Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников
Камил несколько раз предпринимал попытки вырваться из невидимой клетки, однако ни одна из них так и не принесла желаемого результата. Тогда он развернул драккар носом к сильно приблизившемуся центру воронки, чтобы рассмотреть, куда же их затягивает оказавшаяся совершенно непреодолимой сила. Вдруг там и в самом деле обещанные напарником адские врата?
Направленные вниз прожекторы высветили клубящуюся серым выпуклую поверхность, несомненно, представлявшую собой средоточие разыгравшегося катаклизма. Если не его причину. Не врата, но что-то очень и очень близкое по смыслу.
– Похоже на зарывшуюся в грунт дымчатую сферу, – заметил молчавший до сего момента Мэтт. – Причем, по самым скромным оценкам две трети ее находятся под поверхностью. Тебе это ничего не напоминает?
– Напоминает, – Камил сосредоточенно рассматривал очередное загадочное явление. – Я бы сказал, что это макушка пампагнера, если бы твердо не знал, что его здесь нет и быть не может.
– Это почему же?
– Во-первых, пампагнер – космическое тело... вроде планеты или астероида, а потому вряд ли будет прятаться в каменной толще. Его место в открытом пространстве. А во-вторых... как и все на этом свете он просто обязан иметь массу, поскольку является объектом исключительно материальным. А здесь... посмотри на детекторы. Ничего. В лучшем случае, это призрак пампагнера.
Мэтт скептически взглянул на командира.
– Ну... мы с тобой уже, кажется, выяснили, что в этом проклятом всеми богами месте техника ведет себя на редкость неадекватно. Как можно доверять окончательно сбрендившим датчикам?
– Аппаратура драккара лишь подтверждает то, что я и без того знаю. Мои чувства утверждают: нет здесь никакой гравитационной аномалии, хоть убей!
– Ах, чувства...
Камил снисходительно пояснил:
– Любой грагал непременно ощутил бы наличие даже не массы, но как минимум мощного поля тяготения, способного закрутить вокруг нас само пространство. А здесь – ничего...
Он выразительно пожал плечами. Мэтт поглядывал на командира с нескрываемой иронией. Мол, чувства грагалов – вещь настолько эфемерная и... хм... мягко говоря, недостоверная, что ни один серьезный десантник полагаться на них не станет.
«Ну и глупо, – подумал Камил, без труда прочитав мысли напарника по скептическому выражению лица. – Неоднократно доказано, в том числе практикой, что спектр восприятия у грагалов куда шире человеческого. А в условиях отсутствия работоспособного инструментария внутренние ощущения вообще становятся единственным надежным ориентиром.»
Некоторое время молчали. Каждый пытался сложить более-менее целостную картину из кучи разрозненных фактов и почему-то никак не мог.
Установившаяся в кабине напряженная тишина оказалась порушена самым неожиданным образом.
Над головами внезапно пронеслось нечто не слишком большое, однако прекрасно различимое в свете прожекторов... ударилось о клубящуюся поверхность в центре воронки и тут же кануло в небытие. Словно камень, брошенный в реку. Дымчатая завеса мгновенно отозвалась яркими всполохами, напоминавшими полярные сияния, но через несколько секунд все успокоилось.
– Что это было? – осведомился Мэтт. – Метеорит или...
– Не успел рассмотреть, – отозвался Камил. – Слишком быстро все произошло. Похоже на автоматический зонд. Хотя истины мы никогда не узнаем, потому что видеофиксация, скорее всего, порадует нас лишь белым шумом.
– Это как сказать... – Мэтт склонился над пультом. – Взгляни-ка на детекторы. Ожили, родимые...
Камил повернул к нему зеркальное лицо.
– Ого! – удивленно произнес он. – Вот это значения... и они непрерывно растут! Кажется, что-то назревает.
– А как же твои чувства, грагал? – напарник, слегка прищурившись, буравил командира ехидным взглядом. – Отвечают взаимностью?
– Отвечают, отвечают... еще как. А ты? Совсем ничего не ощущаешь?
– Все, что я ощущаю, – так это то, что нас сносит прямиком на вожделенно клубящиеся врата местной преисподней. А я туда категорически не хочу.
Камил отвернулся и в очередной раз попытался запустить двигатель «Эпиорниса», лелея призрачную надежду на освобождение, однако чуда снова не произошло. Мэтт разочарованно крякнул и откинулся в кресле.
– Похоже, фортуна смотрит куда-то в сторону, – негромко произнес он.
Командир не ответил. Замерев в полной неподвижности, он прислушивался к однозначно трактуемой реакции организма. Чувства ошибаться не могли: где-то там, в районе мнимого пампагнера, внезапно пробудилось и шевельнулось некое крайне массивное тело... несколько мегатонн, никак не меньше. Шевельнулось, мощным напором раздвинуло дымные границы клубящейся серой макушки и начало неторопливое вознесение в усеянные яркими звездами небеса.
«Эпиорнис» сильно качнуло.
– В чем дело? – осведомился Мэтт. – Что-то происходит, а я опять не в курсе?
– Оттуда, – Камил указал на серую полусферу в центре Зоны, – только что вылетело нечто очень большое... я даже не знаю, как сказать. Массой с Дисномию, как минимум. Нас зацепило его крайне мощное гравитационное поле.
Десантник с сомнением посмотрел на командира.
– А тебе точно не померещилось? – спросил он. – Качка была, не отрицаю. Но что касается причины... Почему-то ничего похожего на пронесшееся мимо небесное тело я не заметил. К тому же... представляешь, какова должна быть плотность при таком-то поле? Вот то-то и оно. Почти как в центре белого карлика.
Он недоуменно покачал головой.
– Я тоже ничего не вижу, – подтвердил Камил. – Но это не значит, что у меня галлюцинации.
– И где же теперь твое чудо расчудесное?
– Там, – Камил ткнул пальцем вертикально вверх. – Зависло у нас над головой. Впечатление такое, будто замерло перед последним прыжком. Похоже, нас ждет нечто небывалое...
– Здесь все небывалое, – буркнул Мэтт. – Если вырвемся отсюда, непременно напишу книгу «Как я побывал внутри того, чего не может быть».
– С удовольствием почитаю. Пришли подарочный экземпляр... и непременно с дарственной надписью.
Десантник не ответил, лишь задрал голову кверху и принялся напряженно разглядывать оставшийся доступным участок неба.
– Я же говорю – оно абсолютно невидимо, – напомнил Камил, недоумевая, что именно напарник пытается там обнаружить. – Рассматривать звезды – занятие бессмысленное и бесполезное... если, конечно, ты не философ и не влюбленный. Ты же, надеюсь, не философ?
– Почти. Глядя на эту штуку точно станешь, – Мэтт ухмыльнулся, но тут же посерьезнел. – Просто пытаюсь определить, куда именно может полететь твой загадочный массивный объект, если мифическая катапульта все же сработает.
– Ну и как? Определил?
– Прямо над нами созвездие Льва. Я бы сказал, что это направление самое приоритетное. Если, конечно,
