Мой Советский Союз Магических Республик - Сергей Викторович Вишневский

машина, аккуратно встанет, и выставили лоток.

— Кирюха, слушай сюда! — скомандовал Кот. — Он сейчас оборотов подаст и бетон польется из это воронки. Я его буду по желобу лопатой прогонять, а ты в стороны раскидывай. Просто вправо и влево. Понял?

— Понял! — махнул рукой Осетренко, уже перекрикивая поднявшиеся обороты двигателя. С виду даже большой барабан бетономешалки начал вращаться чуточку быстрее.

Работа пошла, но крайне быстро. Водитель, врубив нужные рычаги, не стал заморачиваться с регулировкой и просто ушел с сигаретой в зубах в сторону Геннадича.

— Твою мать! — громко крикнул Кирилл. — Сема! Слишком быстро! Я не успеваю! — начал кричать он, понимая, что бетон повалил мелкой речушкой и у него просто не хватает скорости расталкивать его в стороны.

— Греби, гондольер! — закричал Семен, что сам едва справлялся. — Греби, как не греб никогда! Остановимся — через край попрет!

* * *

— Таким образом, мы получаем, что почки — не просто фильтрующий орган, — громко читала лекцию женщина с кафедры. — Почки — это неотъемлемая часть организма, связанная при помощи нервов, крови и лимфы. И тут мы подходим к самому важному — регуляции! Почка постоянно находится в системе равновесия. Нам не надо ее напрягать, чтобы она работала, так?

Женщина обвела лекционный зал взглядом.

— А это значит что? Что этот баланс, это равновесие как-то поддерживается. Правильно?

— Да… — нестройным хором отозвался зал.

— А как мы все знаем, для того, чтобы поддерживать баланс, организму проще использовать гуморальный, как самый малозатратный, способ регуляции. И мы с вами подходим к самому важному… К чему?

Преподаватель обвела взглядом зал.

— Ренин-ангиотензин-альдостероновая система… — хриплым голосом произнес Семен, что сидел на стуле, растекшись и вытянув ноги. Руки безвольно висели вдоль тела.

— Шестьдесят пятая страница, — отозвался Кирилл, что находился рядом в точно таком же состоянии.

— Что? Никто не читал до этого места? — повторил вопрос лектор.

— Приперлись с утра пораньше, первые места заняли, а ничего не пишете… Если знаете — поднимите руки и ответьте — обернулась к парням Ленка и злобно на них зыркнула.

— Лен… Не поверишь… — устало прохрипел Кот. — Хотели бы, да не можем…

— Ответить? — нахмурилась староста курса.

— Руку поднять… — отозвался с такой же хрипотцой Кирилл.

Глава 7

Семен с Кириллом стояли у доски.

Семен в футболке с закатанными рукавами. Волосы торчат от пота, глаза горят. Кирилл в рубашке с закатанными рукавами, только верхние две пуговицы расстегнуты. Тоже взлохмаченный.

У обоих в руках мел.

— ЦАГ… Готов? — направил указку на Семена русый парнишка с их курса.

— Готов! — уверенно заявил тот и принялся разминать шею.

— ТЦГ… Готов? — указал на Кирилла парень.

— Готов! — отозвался Осетренко.

— На позиции! — скомандовал парень с улыбкой до ушей.

Немногочисленные студенты, что еще сидели в классе притихли. Ребята смотрели на «дуэлянтов» по-разному. Кто-то с улыбкой, кто-то с неодобрением, но все с большим интересом.

— Начали! — дал отмашку парень.

И тут же тишину класса разорвал стук мелков о стену.

— Не мельчим! — прикрикнул секундант.

В этот момент в класс вошла староста. Леночка хмуро глянула на парней у доски, что прямо на ее глазах на скорость воспроизводили пространственную формулу триплета ДНК, затем на притихший класс и тяжело вздохнула.

— Ну, дети, ей богу… — проворчала она, подойдя к своему месту.

— Лен, ты у комсорга была? — обратилась к ней девушка рядом, когда староста присела на место.

— А? Да. На счет тебя договорилась, — кивнула староста.

— Спасибо! Должна буду… — с улыбкой ответила та.

— Что они тут устроили, Лид? — обратилась Леночка к подруге, достав тетрадь и ручку.

— Закусились, кто быстрее напишет триплет ДНК, — пожала плечами Лида с улыбкой. — Устроили дуэль. Даже перчатку друг другу в лицо бросали.

— Перчатку?

— У уборщицы взяли. Резиновую, — хохотнула та.

— Мальчишки, — вздохнула староста. — Что за детский сад?

Лида же подалась вперед и тихо спросила:

— Слушай, а ты не знаешь, у Семена кто-то есть?

Староста глянула на парней, что выстукивали дробь по доске, а затем глянула на подругу.

— Есть.

— Серьезно? Кто? Из ПолиМага?

— Работа у него есть. На ней женат, — недовольно буркнула та, усевшись на место. — Они ничего больше не творили, пока я у комсорга была?

Лида подняла брови и спросила:

— А ты на улицу из корпуса сегодня выходила?

— Ну, я как-то сюда пришла и…

— Пока тут окно между парами было, они мела где-то целую коробку достали.

— И что?

Девушка молча кивнула на окно.

Леночка поднялась, подошла к окну и молча выглянула на улицу.

— Вот ведь балбесы, — проворчала она, обнаружив что асфальт перед корпусом покрыт теми же пространственными формулами ДНК. — И сколько они…

Девушка нагнулась к окну, но конца и края этого безобразия на асфальте было не видно. Она открыла окно, выглянула на улицу и с удивлением уставилась налево. Там дорога, до самой остановки и задняя стенка остановки была покрыта формулами. Глянув вправо, она обнаружила, что формулы повторяются до самого парка.

— Ну, блин! Два идиота! — рыкнула Елена.

— Да-а-а-а! — раздался крик Кирилла за спиной. — Есть!

— По условиям поединка, — начал громко вещать русый парень. — Победил… Осетренко!

— Он мельчил! — попытался возразить Семен.

— Все четко по правилам! — тут же отозвался тот и положил на дезоксирибозу ладонь.

— Кот! Осетренко! — окликнула их Лена. — Хватит придуриваться! Уберите с доски и марш сюда! Дело есть!

Парни, переругиваясь, убрали с доски и направились к старосте.

— Чего у тебя? — спросил Семен, когда парни подошли.

— Вам листов мало? — глянула на них девушка. — Зачем было асфальт расписывать под хохлому?

— Так ведь интереснее, — хмыкнул Кирилл. — Никонова вон, стоя учит. Ну, а мы на асфальте пишем. Все равно до первого дождя. Тем более, осень. Последние солнечные деньки.

— Ладно, я не об этом. Я с комсоргом разговаривала. Душевую вам выделим. Ключ у вахтера возьмете, но дубликат сделайте сразу, чтобы перед практикой не носиться и вас не искать. Оригинал вернете. Понятно?

— Другой разговор!