XVII. Мечом и словом Божьим! - Александр Вячеславович Башибузук

выскочить. Весь мой немалый опыт подсказывал: если тебя не убили в первые секунды боя, есть немалый шанс выжить, а значит, еще побарахтаемся. Пистоли у меня двуствольные, в каждом по две пули, четыре выстрела хватит, чтобы отправить к дьяволу столько мерзавцев. У Арамиса оружие проще, не дорос еще до такого как у меня, но еще два выстрела он сделать может. Шансы есть, три тысячи невинных блудниц!

К счастью, к кардиналу я поехал в гражданском платье, со шпагой и пистолетами.

— Приготовься… — я толкнул локтем Анри и взвел курки на пистолетах.

Эхом лязгнули пружины.

Совсем рядом грохотнуло подряд два выстрела, следом еще один, потом начался рукопашный бой. По звуку я определил, что палили мушкеты моей охраны, производства моей фабрики, у них звук выстрела очень сильно отличался от остальных производителей.

— Шансы есть… — понимающе кивнул Арамис и вопросительно посмотрел на меня.

— Поехали… — я вышиб ногой дверку и первым выскочил наружу.

Прямо навстречу выметнулся лохматый тип, в грязном дублете с короткой алебардой в руках.

Я вскинул руку ему навстречу, но выстрелить не успел. Бабахнуло за спиной, Арамис успел пальнуть первым.

Лохматого парня снесло с ног, он с воем скорчился, пуля попала ему куда-то в пах.

Я быстро оглянулся. Карета очень удачно перегородила улицу, отрезав неизвестных, нападавших на нас. С моей стороны стоял забор, то есть, к нам им приходилось притискиваться по одному, вдобавок перебираясь через бившуюся павшую лошадь и поломанные дышла экипажа. Вдобавок, еще сражалась охрана.

Мы с Анри могли спокойно перелезть забор и неспешно уйти, но… однако, это гребанное «но» всегда осложняет людям жизнь.

Мы переглянулись с Арамисом, после чего, секретарь быстро вскарабкался на крышу кареты, прицелился и выстрелил, а потом выхватил шпагу и спрыгнул вниз.

Следом залез я. К этому времени картинка уже не выглядела так ужасно. Двое оставшихся на ногах охранников, вместе с Арамисом без особых проблем отбивали атаки четырех нападавших. Однако еще трое убийц неподалеку сноровито работали шомполами, заряжая свои аркебузы.

Пятнадцать метров: для оружия начала шестнадцатого века — это серьезное расстояние для прицельного выстрела, особенно из пистолета. Но я уже немного поправил оружейный прогресс…

Мои пистоли калибром всего двенадцать миллиметров, но на них есть мушка и прицельная планка, вдобавок стволы нарезные. Мало того, эти произведения искусства казнозарядные, унитарного заряжания под шпилечный патрон.

Три тысячи младенцев непорочного зачатия, что-то я разговорился.

— Пора убивать…

Треснуло подряд два выстрела, стоявшие рядом бандиты, рухнули на залитую грязью улицу.

Третий и четвертый успели прицелиться в меня, но их мушкеты так и не выстрелили.

Одного опрокинуло навзничь, а его подельник пронзительно завизжал и схватился за раздробленное колено.

Арамис как раз заколол еще одного убийцу, у остальных сразу поубавилось пыла. Они даже сделали шаг назад.

— Сдавайтесь! — я приглашающе махнул стволами.

— Какие наши шансы? — крепкий парень в вылинявшем колете отскочил еще дальше и уперся спиной в стену. — Мы не пойдем к палачу на помост!

— Останетесь живыми, — я пожал плечами. — А если расскажете все что знаете, возможно, еще немного заработаете.

— Не врешь? — убийцы переглянулись.

— Герцог де Бриенн, никогда не врет, — сухо буркнул я и подал знак брату Фоме, начальнику моей охраны.

В ту же секунду алебарда с хрустом впилась в грудь убийце, задавшему мне последний вопрос.

Фома утер рукавом рассеченную скулу, сплюнул на землю и любезно пояснил оставшимся в живых:

— Его преосвященство никогда не врет, господа, но он очень не любит глупых вопросов.

Все решилось в течение пары секунд, оружие с лязгом упало на землю из рук бандитов.

К счастью или несчастью, нападение на меня обошлось малой кровью. Из моих людей погиб только кучер и один из охранников, остальные отделались ранениями. Брату Жакую раздробило руку, а брату Пьеру колено. Конечности они потеряют, но взамен обретут теплые и хлебные местечки в епископстве, потому что своих людей я не бросаю никогда. Остальные выздоровят с Божьей помощью.

Убийцам повезло гораздо меньше, у них погибло больше половины, но, самое главное, теперь в моем распоряжении оказалось очень много клиентов для допроса. Все просто, смерть Людовика, бегство Сен-Мара, а тут, вдобавок, покушение на меня. Все это звенья одной цепочки и я этот клубочек очень скоро размотаю.

Через час я уже сидел в допросном кабинете в Бастилии и с наслаждением распинал прево и начальника полиции славного города Парижа.

— Господа…

Прево Габриель де ля Рюйен отчетливо вздрогнул, на его полном лице проявилось отчаяние, а кривые ножки подкосились.

Шеф недавно созданной мной полиции, Николя Тутен, огромный, звероподобный громила, в свою бытность грабитель и разбойник, вел себя спокойней, но и его физиономия критически покраснела.

— Видимо на меня нашло помрачнение, когда я обратил к вам свое доверие…

Де ля Рюйен и Николя Тутен зачем-то дружно посмотрели на Арамиса, меланхоличного точившего гусиные перья. Возможно, они подумали, что я очень скоро прикажу своему секретарю вставить эти перья им в задницы.

Арамис ответил всепрощающим и печальным взглядом, в котором четко читалось: извините, несмотря на мое сочувствие, если прикажут, вставить придется.

— Какого дьявола?!! — мне надоело ломать комедию. — Какого дьявола меня хотят убить прямо в Париже, вы, отродья осла и вшивой проститутки? Или мне вспомнить, из какого дерьма я вас вытащил?

Никто из них не ответил, потому они прекрасно знали, чем мне обязаны. Прево, неплохой и умный человек в целом, залез в казну, за что ему грозили галеры, а Тутена должны были просто колесовать на Гревской площади.

— И что теперь с вами делать? Какой девиз у ваших ведомств, я спрашиваю?

Прево еще раз вздрогнул и быстро пробормотал:

— Vigilat ut quiescant, ваше преосвященство!

— Правильно… — я зло вздохнул. — Наблюдать, чтобы вы могли спать. Ладно, я подумаю, как поступить с вами. Есть что сказать?

Оба дружно кивнули:

— Есть, ваше преосвященство!

А Николя Тутен быстро добавил:

— Есть, кое-что есть! Много чего есть…

Прево ревниво зыркнул на него, но смолчал.

— Хорошо, рассказывайте. Вы первый… — я посмотрел на де ля Рюйена.

Прево обрадовано вспыхнул и зачастил:

— Как выяснилось, ваше преосвященство, заговорщики, в том случае, если нападение на конвой не удастся, собирались организовать побег маркиза Сен-Мара из Бастилии. Для этого они планировали подкупить одного из тюремщиков.

— Планировали или подкупили? — я сурово посмотрел на прево.

— Подкупили!