Барин 3. Наследник из Бомбея - Роман Соловьев

в душе за это время ничего не дрогнуло? Прямо не человек был, а ходячий истукан… Почему он сразу не взял опеку над Эмили, как только умерла ее мать, а сплавил в пансионат? Похоже в будущем я узнаю еще много глубинных тайн этой странной семейки и достану не один десяток скелетов из припорошенных вековой пылью шкафов рода Мельбурнов…

Меня радовало, что всего пару человек за это время высказались насчет моего странного акцента. Пока я старался разговаривать неторопливо, правильно расставляя ударения и продолжая тренироваться со звуками перед зеркалом вечерами. Еще в школе я дружил с английским и преподаватель всегда хвалил меня за хорошее произношение. Да и в Севастополе был отличный репетитор, Владислав Савельевич. Он заставлял много читать по-английски, петь песни, иногда проводил в компании, где все общались только на английском. Иностранный язык невозможно выучить по книгам, только практика, живое общение и наблюдательность…

Полицейский участок находился в центре города, между центральной площадью и парком. Двухэтажное желтое здание с высокой дверью и бетонным козырьком. На входе скучал высокий констебль в темно-синей форме.

Деррик остановил шарабан в десяти шагах от здания. Я спустился и вежливо спросил констебля:

— Сэр, не подскажите, как найти инспектора Кроули?

— Мистер, подниметесь на второй этаж, первая дверь направо,– широко улыбнулся констебль.

Когда я поднялся по лестнице и постучал в дверь, никто не ответил. Я осторожно вошел в кабинет и осмотрелся. Впервые мне довелось увидеть кабинет полицейского инспектора, почти наполовину заполоненного цветами, кадками с декоративными пальмами и большими колючими кактусами. Инспектор медленно вылез из-под огромного зеленого листа. Он оказался небольшого роста, с длинным острым носом и тонкой ниточкой усов. Глаза-щелки инспектора злорадно поблескивали. Почему-то он напомнил мне противного мышонка.

— Э… мистер Мельбурн?

— Так и есть, инспектор Кроули. У вас здесь цветочная оранжерея?

— В соседних кабинетах идет ремонт. Ничего не придумали лучше, как временно снести цветы в мой кабинет…– вздохнул инспектор.– Проходите к окну и присаживайтесь.

Я осторожно просочился между большими цветочными кадками.

Возле окна стоял большой стол, на треть заставленный цветочными горшками.

Инспектор полил из лейки розовый цветок с резким запахом и бережно протер руки белоснежным платком. Он подошел и встал возле массивного подоконника. Удивительно маленький человек.

Кроули кивнул на стул. Я осторожно присел, но сам инспектор продолжал стоять. Даже стоя он оказался ненамного выше меня.

— Во-первых, рад познакомится, — кивнул Кроули.– Хорошо знал вашего дедушку. Кстати, вы с ним абсолютно не похожи…

— Бывает такое. Так чем обязан?

— Дело пустяковое. Две недели назад ваш управляющий сэр Браун заявил о взломе и краже инструмента на южных складах судоверфи. Позавчера преступников нашли в трущобах на окраине города. Это обычные молодые бродяги. Половину инструмента они успели продать, но оставшиеся вещи будут доставлены к вечеру на судоверфь.

— Отлично работаете, инспектор.

— Служба есть служба…– вздохнул Кроули и достал из папки листок с каракулями.– Распишитесь, что дело закрыто. Сначала я хотел ехать к мистеру Брауну, но узнав, что теперь вы возглавляете судоверфь, отправил посыльного. Извините, мистер Мельбурн, что занял ваше драгоценное время.

— Ничего страшного. Что теперь будет с ворами?

— Думаю после судебного заседания их отправят на рудники, года на четыре. Будет воришкам время подумать. Да, кстати… они очень просили встречи с вами.

— Для чего?

— Известно для чего. Будут просить внести за них выкуп и оставить работать в Портсмуте. Никто из преступников совсем не горит желанием ехать на рудники…

Я задумался. А ведь мне и вправду не помешает помощь парочки жуликов, тем более, которые обязаны мне своим спасением.

— Знаете, инспектор Кроули, раз они украли у меня, пусть тогда действительно поработают на моей судоверфи. Здесь им тоже мало не покажется. Эти четыре года они будут выполнять самую грязную работу. Чистить гальюны, отхожие ямы, вывозить отходы…

— Неплохо придумано. Думаю, сэр, внесете фунтов тридцать и вам позволят оставить бродяг под надзором…– инспектор вздохнул.– Теперь я вижу настоящего Мельбурна. Дальновидного, с холодной головой и трезвым расчетом…

Я совершенно не мать Тереза и совсем не горел желанием отмазать преступников от рудников. Просто мне нужны были глаза и уши теневой стороны Портсмута. Но для начала нужно посмотреть на этих воришек и узнать, что же они из себя представляют.

Через четверть часа меня привели в подвал, где за решеткой сидели двое молодых бродяг. Рыжий крепыш с перебитым носом и худощавый брюнет с впалыми щеками. Констебль остался в дальнем конце коридора и при всем желании не мог подслушать наш разговор. Парни были не на шутку напуганы.

— Представьтесь, — нахмурился я.

— Мистер, меня зовут Сэм,– тихо сказал рыжий.

— А меня Санни,– ответил брюнет.– Я наполовину итальянец.

— Вы просили встречи с начальником судоверфи. Он перед вами. Меня зовут Джеймс Мельбурн.

— Сэр, мы раскаиваемся о своем низком поступке, — кивнул брюнет.– Готовы служить вам верой и правдой…

— Хотите, чтобы я внес за вас залог и оставил в Портсмуте?

— Хэдшвирт, куда нас хотят отправить на рудники, лютое место. Каждый третий оттуда не возвращается, а кто и возвращается долго уже не живет…

— Нужно было работать, а не воровать…

— Сэр, в нашем маленьком поселении нет никакой работы. Мы пришли в Портсмут в надежде на новую жизнь. На судоверфь нас не взяли, и на военный завод тоже… мы обошли все предприятия города. Нашли работу в гостиничной прачечной за шесть шиллингов в неделю, но хозяину показалось, что мы не очень расторопны, через две недели он выгнал нас и взял двух шустрых мальчишек…

— Сэр, прошу… избавьте нас от северных рудников и мы готовы верно служить вам,– печально вздохнул рыжий.

— Вы готовы выполнять любые приказы?

— Безусловно, сэр…

— Но если еще раз замечу в воровстве…

— Больше такого не случится,– вздохнул Салли.– Мы пошли на воровство, когда голодали уже третий день…

— Хорошо. Я внесу за вас залог. Вы будете жить и работать на судоверфи, но иногда выполнять мои личные поручения. Если попытаетесь свалить из города — я подниму весь полицейский участок и вас пристрелят как собак при задержании. Вы уяснили?

— Да, сэр,– кивнули оба.

— Скажите, мистер Мельбурн, о каких личных поручениях идет речь? — поинтересовался Санни.

— Для начала хотелось бы узнать, каким талантами вы обладаете? Я имею в виду криминальные таланты. Только не прикидывайтесь, что