Тафгай 5 - Владислав Викторович Порошин

стороны никто не ожидал, что любовь болельщиков вмиг обернётся ненавистью. Хотя после травли нашего старшего тренера и меня в газетах и журналах, где живописали пьянки и спекуляцию иностранным ширпотребом, кое-что подобное можно было представить. Ведь СМИ — это страшное средство воздействия на умы людей не озабоченных здоровым критическим мышлением.

* * *

Воскресенье 19 марта, я всю первую половину дня посвятил раздаче долгов, за купленные доллары, и сборам к окончательному отъезду с базы «Зелёный город» и вообще из Горького. Решение — сразу после последней игры сезона уехать в Москву, возникло этой ночью. Поэтому рано утром я помыл сумку, которую мне в Череповце бандиты пробили ножом, а потом проделал в ней ещё несколько небольших прорезей. По моему замыслу из старой сумки должна была получиться прекрасная новая переноска для кота Фокса. Но котяра категорически был не согласен, кататься в такой не комфортной обстановке. И как только я его помещал внутрь, он сразу начинал ругаться, громко и грозно мяукая. Именно за этим занятием меня и застал Боря Александров:

— Куда Фокса собрался нести?

— Улетаю сегодня в Москву. — Не стал я ничего скрывать и выдумывать. — Мальцеву уже позвонил, он примет на пару дней. 22-го марта всё равно иногородние сборники будут заселяться в «Юность». Ведь 23-го уже первый товарищеский матч со «Спартаком» в рамках подготовки к первенству в Праге. Хватит. Тащил я команду весь сезон, тащил, и я же теперь ещё и предатель.

— То есть, как выиграем сегодня золото, так ты сразу в аэропорт двинешь? — Спросил «Малыш», почему-то не сомневаясь в победе. — Без банкета, без фуршета? Без злотых медалей, которые торжественно повесят нам на шею?

— Медали будут вручать в конце апреля. Как чемпионат мира закончится, так и состоится в Федерации торжественное собрание. Медали, индивидуальные призы, интервью для прессы, и прочая раздача слонов. А сегодня, если выиграем, городское и областное начальство нам торжественно пожмёт руки. Лично я как-нибудь без этого обойдусь.

Я вновь сунул Фокса в переноску, предварительно подложив на дно свою старую рубашку. И надо сказать, что Фоксец, ощутив знакомый запах, успокоился.

— Сразу бы так, — улыбнулся я. — Если сегодня будешь хорошо себя вести, то завтра покажу Красную площадь.

— Я тоже с тобой еду, — вдруг засуетился Борис. — Как-нибудь без банкета, фуршета и барбекю проживу. Только Алёнке записку оставлю. Надо только пожрать что-нибудь купить, а то у Мальцева кроме пельменей в холодильнике нет ни хрена. Хотя в Москве и отоваримся. И ещё Михалычу надо бы сказать, а то обидится. А я ещё в сборной хочу поиграть.

— Какие твои годы, — усмехнулся я.

* * *

У всех Советских болельщиков есть одна любимая древняя забава — это считать турнирные расклады. А вот если мы забросим за последние пять минут — пять шайб, а те с этими сыграют вничью, а другие обыграют других с разгромным счётом, то тогда всем будет большая радость. Примерно так прикидывали турнирные перспективы Анатолий Тарасов и его помощник Константин Локтев. И картина вырисовывалась следующая: если сегодня 19 марта ЦСКА побеждал аутсайдера московский «Локомотив» с разницей в десять шайб, то тогда в Горьком «Крылья советов» могли не выигрывать у хозяев льда, у местного «Торпедо», а просто сыграть с грозным соперником в ничью. Что вполне было по силам подопечным Бориса Кулагина. Именно при таких раскладах армейцы чудом вырывали золотые медали из «загребущих торпедовских рук» себе. Поэтому накануне Тарасов послал второго тренера Локтева в Горький, чтобы оттуда держать связь по междугороднему телефону, ведь матчи должны были состояться в одно и то же время.

Настроение болельщиков в торпедовском ледовом дворце немного удивило Константина Борисовича. Во-первых, кое-кто пришёл с самодельными плакатами «Тафгай — предатель!». Во-вторых, многие считали, что всё куплено, и продал команду не кто иной, как Иван Тафгаев. А значит каждое прикосновения его к шайбе нужно встречать свистом. Константину Локтеву сразу пришёл на память случай произошедший со Львом Яшиным, которого травили после проигрыша в 1962 году сборной Чили на Мировом первенстве. Тогда газеты из Яшина сделали «козла отпущения». Болельщик, которые ещё недавно его боготворили, царапали вратарю машину, протыкали колёса, в окна бросали камни и в подъезде писали всякие гадости. Кстати и на стадионе свистели, когда мяч оказывался у вратаря московского «Динамо».

«Может, сломается Тафгай? — подумал Константин Локтев, проходя на своё место согласно купленному билету. — Значит, у ЦСКА шансы растут. Значит, не быть никакой сенсации в чемпионате. Сдулось „Торпедо“, не выдержало свалившейся славы. Вот только вопрос — хорошо это или плохо для всего хоккея и сборной страны?».

* * *

Перед началом матча в раздевалке старший тренер Всеволод Бобров сделал небольшое, но неожиданное заявление:

— Сегодняшнюю игру построим по «дюссельдорфскому» варианту, в две пятёрки. Я внимательно проанализировал вчерашнюю встречу. Ночь не спал. Значит так. В первом периоде сыграют пятёрка Тафгаева и пятёрка Свистухина, с молодыми краями Ковиным и Доброхотовым, поработают через смену. Когда Иван на площадке «Крылья» прижимаются к воротам, побаиваются его. И когда Свистухи с молодёжью ни обрезов нет, ни провалов. Они хорошо прессингуют за счёт движения. Далее первая пара защитников: Фёдоров — Куликов, вторая: Гордеев — Астафьев. Ветераны, первый период вне игры. Без обид мужики. Ведь золото нужно взять во чтобы то ни стало. А это что такое? — Бобров покосился на чёрного кота Фокса, который бродил по раздевалке и обнюхивал клюшки, коньки и шайбы.

— Этого Иван принёс на удачу, — высказался Свистухин. — Сегодня сыграем за Горький, и за котов!

— Неприятно, что я с мужиками своими пока вне игры, — встал капитан команды Лёша Мишин. — Но если это нужно для победы, то мы потерпим.

Я тоже встал и молча пожал руку нашему ветерану, так как иногда для победы требуется просто не мешать тем, кто в данный момент лучше готов.

«Дюссельдорфский» вариант оказался для тренера гостей Бориса Кулагина полной неожиданностью. Опасные моменты посыпались на ворота Сидельникова как из рога изобилия. А уже на пятой минуте матча полыхнуло не на шутку. Я, получив пас от Скворцова, на высокой скорости влетел в зону атаки и прострелил на левый фланг, где в касание мощно бросил по воротам Боря Александров. Саша Сидельников по-футбольному прыгнул из угла в угол, но шайба, если вчера упрямо не хотела лететь туда куда надо, сегодня вонзилась в сетку как намагниченная, 1: 0. И трибуны, которые меня на первых минутах освистывали, нехотя кое-где вскрикнули:

— Гол!

— Нормально, — улыбнулся Всеволод Михалыч, встретив нас у борта. — Я примерно