Тафгай 3 - Владислав Викторович Порошин

- Да ну тебя Иван, - махнул Борька рукой, закинув клюшку на плечо, - ты как хочешь, а я с Алёнкой в кино пошёл. У нас сегодня в столовой фильм про индейцев крутить будут. Называется «Оцеола» с Гойко Митичем, между прочим, в СССР его ещё никто не видел. А на эту шайбу я уже смотреть не могу. Тошнит!

- Понимаю, - я прицелился и с куска фанеры клюшкой запустил резиновый диск точно в верхний угол деревянного щита. – Алёнка всяко лучше шайбы. Честно говоря, я думал ты и двух дней не протянешь моих тренировок. Только это, вы там особенно не хулиганьте, а то пока шестнадцать лет - ума точно никакого нет. – Сказал я и снова метнул шайбу в щит.

- Знаю, - недовольно искривил лицо «Малыш» и полетел напяливать вместо синего спортивного костюма с оттянутыми коленками первые в своей жизни джинсы, которые ему подогнали за двести рублей знакомые фарцовщики наших хоккеистов.

Но в одиночестве я надолго не остался. Я сделал чуть больше десяти бросков, как за угол жилого корпуса завернул Сева Бобров. В пальто, в трико, в вязаной шапочке и кедах, одетых поверх шерстяных носков.

- Тафгаев, ты мне знаешь, как уже надоел своим бесконечным бум-бум по доскам? – Спросил он.

- Знаю, Михалыч, - упрямо пробормотал я и поразил нижний угол деревянного щита впритирку с предполагаемой штангой. - Я обещал хет-трик с «Локомотивом» сварганить? Теперь терпи.

- Хоть бы с бабой, с какой спутался, - зло пробормотал Бобров. – Хрен с ним с хет-триком. Забьёшь две банки и нормально. Только прекрати колотить в эти доски. От них итак скоро одни щепки останутся. Пойдем, кофе попьём настоящий бразильский.

- Умеешь ты, Всеволод Михалыч, с игроками находить общий язык, за что тебя и уважаю. Пятьдесят бросков, - принялся торговаться я.

- Пятнадцать! – Топнул ногой Сева. – Или про кофе забудь!

- Пятнадцать и ещё пять, и тогда вода нам как земля, и тогда команда нам семья, - я почесал затылок и согласился с главным тренером, что в фанатизме нет ничего хорошего. - Пошли пить твой кофе.

В комнате Боброва я увидел уже привычную картину. Книги, справочники, газеты и его бумаги буквально повсюду. А так же на столе лежал макет хоккейного поля с чёрными и белыми шашками на нём.

- 29-го «Динамо» неожиданно проиграло «Спартаку» 2 : 3, - сказал Всеволод Михалыч, поставив кипятить воду в электрочайнике. – ЦСКА обыграл «Крылья» 6 : 3. Завтра 2-го декабря «Крылья» сыграют с «Динамо», а ЦСКА с «Химиком» и всё, первая сборная начнёт подготовку к призу «Известий». Она сначала проведёт три игры 5-го со «Спартаком», 8-го с «Динамо» и 10-го с ЦСКА. Как прикажешь мне со второй сборной играть против команды Чернышёва и Тарасова 12-го декабря, когда мы сами соберёмся первый раз 11-го числа?

- В жизни вообще мало справедливости, - согласился я. – Михалыч, водичка закипела.

Сева Бобров ещё что-то тихо себе под нос пробубнил, пока возился с кофе, а взял рукописную таблицу главного тренера и примерно представил, как она может выглядеть к 13 декабря, когда мы сыграем свой 20-ый матч. Получалось очень красиво, наше «Торпедо» могло уйти на перерыв в чемпионате на первом месте, если конечно дважды обыграем «Локомотив» и «Крылья советов».

- Давай ещё раз обсудим составы сборных. – Бобров дал мне кружку с кофе. – У главной команды страны две пятёрки из ЦСКА, одна из «Спартака» и одна из «Динамо». У нас две пятёрки из «Торпедо», одна из «Спартака» и одна из «Крыльев». Я решил защитника Гордеева тоже взять в сборную, некогда нам командные взаимодействия наигрывать за один день. Смотри сюда, - Сева пересел к макету хоккейного поля и расставил на нём шашки.

Целых полчаса я спорил с Бобровым - кто против кого должен выходить на лёд? Он предлагал, что бы спартаковцы сыграли друг против друга, «Динамо» против «Крыльев», а две пятёрки «Торпедо» против двух пятёрок ЦСКА. Я же настаивал, что против «Динамо» должны биться спартаковцы, а против «Спартака» из первой сборной наши «Крылья советов».

- Да почему! – Взревел всегда выдержанный Бобров.

- Всё дело Михалыч в центрах нападения. Если против динамовца Мальцева выйдет наш Свистухин, которым мы усилим пятёрку «Спартака», он и сам не сыграет и Мальцеву не даст. А против Шадрина в центре легко сработает наш более скоростной Анисин из «крылышек». Всё дело в центрах нападения, которых у нас в СССР готовить не умеют. Допустим, появился молодой долговязый парнишка, у которого стартовая скорость не очень, немного неповоротливый, зато голова светлая, его возьмут и сунут в защиту. Ведь мелкие, быстрые и резкие крайние игроки они сразу на поле выделяются, а с центрами возиться надо дольше.

- Ты, Тафгаев, хочешь сказать, что наши тренеры не умеют работать? – Сева от возмущения вскочил со стула.

- Беда всей нашей страны, что в ней слишком много всего. – Я хотел сказать Боброву, что полно земли, пресной воды, полезных ископаемых, леса, много ещё чего разного и, что небольшого ума проходимец, прорвавшийся во власть, может с этого легко стричь бабки, скидывая копейки народу, но вовремя заткнулся и перевёл разговор на спорт. – Много у нас, Сева, хоккейных гениев. Поэтому любой средненький тренер, которому позволят большинство этих самородков забрать себе в команду и будет побеждать.

- Ладно, может ты и прав, - уже более спокойно сказал Бобров и сел на место. - А вдруг мы первую сборную разобьём в пух и прах, как ЦСКА в недавнем матче? Тем более Коноваленко на эту игру от первой команды мы спрячем. Что ж тогда получится, ерунда какая-то?

- А за это пусть у Федерации хоккея голова болит. Ещё по кофе? – Я хитро посмотрел на улыбающееся лицо Севы Боброва, который наверняка уже думал о том, что скоро сам возглавит главную команду страны. Так зачем откладывать это дело на потом?

***

В четверг 2-го декабря на утренней тренировке я, забытый и одинокий, вдруг понадобился буквально всем. Первым, меня обрадовал прямо перед выходом на лёд начальник команды Йося Шапиро. Он подбежал в тот момент, когда я снимал чехлы с коньков.

- Иван, решил я твою проблему. – Стал нашёптывать мне Йося. - Будет тебе вечером новый автомобиль взамен «Победы». «Волга» ГАЗ –