Мы уходим в степи - Николай Владимирович Зайцев

— Господин полковник, — отозвался капитан. — Звонили со штаба армии.

— И что? Не тяните! — произнес полковник.

— Необходимо подтверждение данных воздушной разведки.

— Что ж, — снова посмотрев на меня, произнес полковник. На это раз его голос звучал немного мягче. — Раз необходимо, значит подтвердим. Не так ли, прапорщик?!

— Так точно, господин полковник! — отрапортовал я, не осознавая того, о чем сейчас говорилось. Вопросы пролетали в голове, как те всадники, что пронеслись мимо меня с четверть часа назад. Какая воздушна разведка? Что нужно подтверждать? И самое главное, какая роль во всем этом отводится мне?

— Похвально, — ответил полковник и, переведя взгляд на капитана, добавил — Что скажете, капитан? Если такие молодцы у нас в армии, то победа над красными не за горами?

Капитан молчал, по всей видимости, не зная, что ответить.

— Подпоручика Аверина ко мне, — вдруг распорядился полковник. Голос его снова стал похож на несгибаемый стальной жезл.

— Слушаюсь, — капитан отдал честь и удалился.

— Что ж, господин прапорщик, прошу к столу, — обратился полковник ко мне. — Разумеется не праздновать.

С этими словами полковник неслышно усмехнулся.

— Праздновать будем после победы над врагом, — и снова, уже строго добавил. — Что стоите? Прошу. Прошу.

Я подошел к столу. Молча, не смея поднять голову, посмотрел на карту. Толком ничего не понимая во всех этих условных обозначениях, я старался соотнести их с тем, что удалось увидеть с высоты, когда самолет, в котором я чудом оказался, стремительно падал.

— Узнаете? — спросил полковник

— Трудно…- язык будто присох к небу. Я старался скрыть, охватившее меня волнение и ответ дался как-то коряво .– Хотя можно соотнести…

— Старайтесь, голубчик, — заметил полковник. — Это приказ. От этого зависит исход нашего общего дела.

— Общего дела, — зачем-то повторил я.

— Именно! — повысил голос полковник. — Победа над врагами нашей Отчизны и есть наше общее дело!

— Разрешите, господин полковник, — в дверях показался знакомый мне подпоручик Аверин.

— Проходите. Как раз кстати, — пригласил Аверина полковник. — Мы как раз с господином прапорщиком обсуждаем суть того, что является для нас для всех общим делом.

Аверин подошел ближе и незаметно кивнул головой, мол, что происходит. Я в ответ также, стараясь быть незаметным, пожал плечами.

— То, что я вам сейчас скажу, господа офицеры, — полковник старался говорить негромко. — Должно остаться сугубо между нами.

Мы переглянулись с Авериным и снова уставились на полковника. Тот внимательно посмотрел сначала на меня, затем на подпоручика, словно убеждаясь в том, стоит ли доверять нам то, что он собирался сказать. Затем прошелся по кабинету и снова подошел к карте. Взяв в руку тонко очиненный карандаш, он зажал его между большим и указательным пальцами и тыкнув в карту, словно указкой, прочертил небольшой круг. Мы смотрели за его движениями не отрываясь.

— В этом районе сосредоточены большие силы красных, — сказал наконец полковник. — Это показывают данные воздушной разведки. То есть ваши, прапорщик.

Я напрягся. В голове смутно мелькали отрывки того, как я оказался в той маленькой церкви, как схватился за хоругвь, как меня накрыла яркая вспышка света. Какими-то туманными сюжетами в голове возникали неясные картины самого полета. Рев аэроплана, выстрелы из пушек, отмечавшиеся белыми облачками пороховых газов, множество снующих туда-сюда людей, похожих с высоты на муравьев и наконец ужасной силы толчок в борт самолета, мертвый пилот, падение.

— Так точно, господин полковник, — сказал я уверенным голосом, по крайней мере мне так казалось и показал на карту. — Именно в этом районе нас и подбили. С высоты было трудно определить истинное количество сил красных, но можно сказать, что их было не мало. Плюс пушки.

— Плюс пушки, — то ли передразнил, то ли всерьез произнес полковник и тут же выпрямился, и добавил. — Так вот, господа, чтобы не теряться в догадках с какой истинной вражеской силой нам предстоит вести бои, командование армии ставит перед нами задачу.

Тут полковник на секунду замолчал и, переходя на негромкую речь, закончил:

— Провести наземную разведку, выдвинувшись в расположение красных небольшой группой. Командовать группой будет подпоручик Аверин. В вашем подчинении, подпоручик, насколько мне известно, отряд конных казаков. Выберите из них с десяток самых надежных. Вы же, Григорьев, как офицер, проводивший воздушную разведку и знающий примерное место дислокации вражеских сил, будете «глазами» группы. Это значит, что прокладывание маршрута движения ложится целиков на ваши плечи. Задача ясна?

— Так точно, — выпалили мы с подпоручиком одновременно.

— Тогда, господа, не смею боле задерживать. На сборы минимальный срок. Данные разведки нужно собрать как можно скорее. Надеюсь, вы понимаете всю серьезность и важность этой операции?

— Так точно, — вновь повторили мы с Авериным в один голос.

— Тогда с Богом, господа! — закончил полковник, давая понять, что разговор окончен.

Мы, приставляя каблуки сапог, кивнули головами и следуя один за другим, покинули кабинет.

— Что, тезка, — произнес Аверин, задумчиво глядя в темнеющее небо. — Накрылась наша шурпа вместе с кулешом?

— Отчего же, — парировал я. — Господин полковник сказал «как можно скорее». А чтобы скорее выполнить задание, нужны силы.