Настоящий американец - Аристарх Риддер

Эмметт Браун из «Назад в Будущее», аналогия показалась мне уместной, я тоже в некотором роде путешественник во времени.

— Мистер Уилсон, — снова заговорил Циперович, — как вы понимаете это завещание простая формальность, так как все имущество вашего отца пошло на покрытие судебных издержек и уплату штрафа. Здесь находятся личные вещи, которые я должен передать вам.

С этими словами Циперович подал мне совсем небольшую коробку. Открыв её, я увидел несколько альбомов с фотографиями, пару странных то ли амулетов, то ли оберегов и медальон. Ну наконец-то удача, эта безделушка явно золотая, да еще и с каменьями. На деньги от его продажи, я сделаю ставку и выиграю нормальные деньги.

Медальон оказался не простым, а с фотографиями внутри его. Открыв его я как будто оцепенел.

На левой стороне я увидел изображение отца Фрэнка, только в молодости, он оказался поразительно похожим на своего сына, практически копия. А на правой была фотография красивой улыбающейся женщины в свадебном платье, матери Фрэнка.

Черт, не могу я это продать. Сентиментальность или дурость, хотя это одно и тоже, но не могу. Четко осознал, что это будет предательством по отношению к Фрэнку. И не важно, что в коробке есть и другие фотографии его семьи. Мироздание не простит мне этого. Фрэнк — не партнёр по бизнесу, не конкурент, он мой шанс на вторую жизнь. Предам Фрэнка — просру шанс. А он мне необходим. Мне нужна эта жизнь, чтобы отомстить.

— Мистер Циперович, это всё? — вернул я внимание адвокату.

— Да мистер Уилсон, всё.

— Хорошо, — я встал с кресла, — тогда мне пора. Джентльмены, — кивком головы я попрощался с остальными.

— Роза тебя проводит, — немного замешкавшись, произнес Циперович. Было видно, что я его снова удивил, он явно ожидал от меня другой реакции.

Уже идя по коридору вслед за женой адвоката я услышал его разговор с Шапиро.

— Ну что, Эйб, с этим закончили. Тебя с семьёй ждать сегодня у меня?

— Конечно Майкл, как обычно, ты же знаешь я покер не пропускаю, а Роза с дочерью моего младшего брата обожают лото.

— Отлично, тогда жду вас в восемь.

Когда я вышел, на улице похолодало и пошёл снег. Часы показали без четверти пять. Надо ускориться, предстояло продать остатки вещей из дома Фрэнка и успеть на вечерний поезд до Нью-Йорка.

В Мидлтауне мне было делать больше нечего. Но я сюда еще вернусь. Обязательно вернусь.

Глава 7

За газонокосилку я выручил чуть больше десяти долларов. Да и то только потому что пожилой хозяин ломбарда меня узнал.

— Здравствуй Фрэнк. Давненько я тебя не видел в городе. И ни один из членов твоей семьи никогда не переступали порог моего ломбарда в качестве клиентов. Что, всё совсем плохо?

— Вы правы мистер Фоцис, даже хуже чем плохо, — над дверью ломбарда висела вывеска «Ломбард Фоциса», так что сориентироваться труда не составило. Приёмщик выглядел как типичный грек, не нужно быть гением, чтобы догадаться что сейчас, в эпоху семейных бизнесов за прилавком будет или сам хозяин или кто-то из членов семьи.

— Ладно, ты парень умный, в колледже учился, значит не пропадёшь. Давай, показывай что у тебя для меня…

Через полчаса я не особо довольный сделкой вышел на улицу. Вернее даже не сделкой, а тем что меня пожалели. Поганое чувство. Это я мог проявить милость, кинуть с барского стола кость пожирнее, но чтобы наоборот. Твою мать! Надо как можно быстрее решить вопрос с деньгами.

— Это же Фрэнк Уилсон! — раздалось с противоположной части дороги. Это что еще за напасть? Я сейчас совсем не настроен на разговоры.

Напротив меня остановились три девушки. Судя по расцветкам их пальто изображали они светофор, что меня немного позабавило и переключило мысли с жалкой десятки, которую удалось выручить от продажи газонокосилки.

— Леди, — приподнял я шляпу, изображая добропорядочного американца.

— О Фрэнк, мне так жаль! Почему тебя не было на похоронах? Прими мои соболезнования! Ты с чемоданом? Так ты приехал или уезжаешь? — двое из них, перейдя дорогу, принялись друг друга перебивать и строить мне глазки.

— Фрэнк, — в голосе третьей, что была в красном пальто и такого же цвета шляпке, в отличие от ее подружек, преобладали ледяные нотки. Она подошла ко мне последней и сделала это с явной неохотой, лишь из вежливости.

Судя по фотографии, что я нашел в вещах Фрэнка, меня изволила поприветствовать бывшая невеста. В живую она была еще краше, и будь я в возрасте реципиента, вполне бы мог на нее запасть.

— Сара, — отзеркалил я ее холодную улыбку.

Ее подружки тут же умолкли в предвкушении грандиозного скандала.

— Распродаешь остатки имущества, — и столько в этих словах прозвучало ехидства, что мне эту девицу в красном захотелось выпороть. — Ты такой же неудачник, как твой отец. Правильно сделала, что разорвала помолвку.

— Помолвку разорвала, а кольцо не вернула, — вернул я ей любезность.

— Я вернула тебе кольцо! — лицо девушки вспыхнуло и под стать одежде приобрело красный оттенок.

— Если бы вернула, оно бы было у меня.

Мой логичный довод отчего-то возмутил Сару.

— Я тебе его по почте отправила! — прокричала она, привлекая внимание прохожих. Даже владелец комиссионки вышел на улицу взглянуть на разыгравшееся возле его магазина представление.

— По почте, — усмехнулся я. — А предложение я тебе тоже по почте делал?

— Я не могла передать тебе кольцо лично! Я же не знала, когда ты соизволишь вернуться в город! — ее оправдания более походили на обвинения.

— Понятно, у тебя, как всегда, во всем виноват я, — горький вздох и завершающий штрих. — Спасибо тебе, Сара, за то, что я остался без кольца матери, — я вновь приподнял шляпу. — Леди, — кивнул я ее подружкам, прощаясь, и, не обращая внимания на выкрики Сары с требованием немедленно вернуться, пошагал в сторону вокзала.

Разумеется, я не знал принадлежало ли обручальное кольцо матери Фрэнка, это была лишь догадка. Но она очень вписывалась в канву скандала. А мне так хотелось выпороть эту девчонку, хотя бы словесно. И я не стал себе в этом отказывать. Пусть Фрэнк порадуется на небесах. Ну а я двинул на вокзал.

* * *

А вот это интересно. На поезде добраться до