Тафгай. Том 9 - Владислав Викторович Порошин

на ворота Виктора Коноваленко, но получив две шайбы в разящих контратаках быстро «сдулись», и уже больше думали о том, чтобы доиграть без травм и повреждений.

Кстати, оба раза отличилась моя тройка нападения. 6-ю шайбу после красивой комбинации положил Валера Харламов, а 7-ю воткнул Боря Александров. А вот шайбы под номером 8 и 9 были записаны уже на моё имя. И мне даже изобретать-то ничего не пришлось, я лишь дважды удачно сыграл, подставив клюшку под бросок от синей линии. Вратаря Роги Вашона гости заменили, чтобы не добивать его психику. Но мы уже остановиться не могли.

— Дей ми десет! — требовал десятую шайбу новоиспечённый тренер Иржи Холечек, стуча кулаками по краю хоккейного борта. — Дей ми десет!

— Сергеича с ворот убирай! — гаркнул я тренеру, пока мы перекатывали шайбу в зоне атаки.

— Шайбу-шайбу! Молодцы! — беспрерывно скандировали болельщики.

Не знаю как, но Виктор Коноваленко сам догадался, что ему нужно покинуть ворота, чтобы мы выпустили шестого полевого игрока и дожали соперника. Он глянул на табло, где истекали последние двадцать секунд, и как заправский конькобежец в прямом смысле слова рванул к нашей скамейке запасных. Взамен тут же выпрыгнул Вацлав Недомански.

— Кам? — опешил Холечек.

— Еди до прдели? — отмахнулся нападающий, послав надоевшего соотечественника в одно интересное место.

Тем временем защитник Юрий Тюрин, не выдержав паузу, с кистей накинул шайбу на пятачок. Наверное, Юра полагал, что моя клюшка сегодня чем-то сродни волшебной палочки, один взмах и шайба в сетке. Однако на сей раз крюк моей клюшки и чёрная вёрткая шайба разминулись. Она плюхнулась в сутолоку перед воротами и принялась скользить и прыгать под моими коньками и коньками защитников гостей. А новый вратарь «Кингз», несколько секунд созерцая этот бардак, взял да и прыгнул прямо под ноги, чтобы накрыть шайбу своим телом.

Однако голкипер гостей сначала уронил Терри Харпера, затем на вратаря присел свой же здоровяк Барри Лонг, а вредная непослушная шайба досталась мне. Но находясь спиной к воротам, которые перекрывали три этих богатырских тела, я глупить и жадничать не стал. Я катнул её чуть-чуть в сторону, на то самое место, куда прибежал со скамейки Вацлав Недомански. И чехословак прямо перед самой сиреной вколотил десятую шайбу в ворота «Лос-Анджелес Кингз».

— Гоооол! — заорали зрители на трибунах Дворца спорта, и тут же раздалась долгожданная для гостей финальная сирена.

— Шайбу-шайбу! Молодцы! — стоя горланили на трибунах болельщики пока наша «Москва Ред Старз» совершала круг почёта.

Широкоплечие ребята в серых пальто, появившись, словно из-под земли, мгновенно перекрыли все входы выходы, которые вели из хоккейной коробки в подтрибунное помещение. А я, пока мы медленно катили по кругу, откровенно прощался с друзьями и партнёрами своей команды.

— Насколько тебя обещали упаковать? — рыкнул Валера Васильев, покосившись на стражей закона и порядка.

— Три года с конфискацией клюшки, намудника и коньков, — буркнул я.

— Намудник-то им зачем? — проворчал Боря Александров.

— Спокойно юноша, Дядя Ваня так шутит, — хмыкнул Валерий Харламов. — Ты, Иван, тренировки там не бросай, упражняйся, когда будет возможность. Мы ещё за сборную Испании выступим, — тихо шепнул мне 17-ый номер сборной СССР. — Я до 81-го года в Союзе не останусь. Я теперь шаману верю, как самому себе.

— Торжественно клянусь, — грустно улыбнулся я, — что как только бригадир даст сигнал: «кончай работу», так топор, кайло, лопату или пилу сменю на клюшку и шайбу.

— Не смешно, — промямлил Харламов и тут же меня приобнял вратарь Виктор Коноваленко.

— Обязательно пиши, — прошептал он. — С этого дня я — хоккейный пенсионер. Время у меня сейчас будет навалом, я к тебе приеду.

— Напишу, — пробурчал я и громко произнёс, — мужики, спасибо за сегодняшний матч! Спасибо за хоккей! Бог даст, ещё поиграем.

Глава 6

Выпускница Пермского пединститута Надя Лебедева сельскую жизнь представляла себе исключительно по сюжетам из программы «Время», где хлеборобы бились за урожай, и по фильму «Дело было в Пенькове». В той романтической киноленте приехавшая в глухую деревню из Ленинграда молодая специалистка Тоня влюбилась в обычного тракториста и осталась поднимать с колен местный колхоз до тех пор, пока тракторы с помощью табуляторов не начнут пахать землю без посторонней человеческой помощи. Поэтому когда Надежду распределили учителем русского и литературы в крохотный городок Александровск, который от деревни мало чем отличался, девушка не сильно расстроилась. Тем более ей пообещали, что обеспечат жильём, возместят неизбежные коммунальные расходы, а ещё вместе с ней в александровскую школу №1 учителем английского языка отправилась выпускница с параллельного курса. А вдвоем, как известно, веселее.

Однако по приезде на новое место жительства Надя поняла, что три года отработать в таких условиях будет ох как не просто. Во-первых, жильём оказалась комната в деревянном частном доме, которую сдавала одинокая старушка. И делить эту комнату она была вынуждена со своей коллегой Викой Беляевой. Во-вторых, водопровода в доме не было, холодильник и телевизор отсутствовали как класс, а туалет системы сортир располагался во дворе. А когда заморосили осенние дожди, то на раскисшей улице можно легко было провалиться в грязь по колено. В-третьих, из развлечений в городке имелся лишь кинотеатр «Спутник» и дом культуры, где по субботам проходили танцевальные вечера. Но местная молодёжь так напивалась на этих танцах, что Надежда и её коллега Виктория от посещения дома культуры решили вообще воздержаться. А самое обидное заключалось в том, что тракторист с интеллигентным лицом актёра Вячеслава Тихонова в этом городке не проживал.

— Я так больше не могу, — заявила в один из унылых октябрьских вечеров Вика, высокая симпатичная с густой копной светло-русых волос девушка. — Дуры мы с тобой Надька! Нужно было на пятом курсе не за книжками сидеть, а замуж выскакивать и ребёнка рожать. Тогда бы нас никто в эту «Тмутаракань» не послал.

— За кого замуж? — проворчала Надя. — Может за тобой и ходил табун кавалеров, а у меня был всего один воздыхатель, да и тот никакой.

— Вот и надо было этого воздыхателя брать за грудки и перевоспитывать! — с жаром прошептала подруга по несчастью. — И потом ты вполне симпатичная девчонка: лицо миловидное, фигурка что надо. Только каштановые волосы я бы на твоём месте перекрасила под блондинку. И от мужиков отбоя бы не