Тафгай. Том 8 - Владислав Викторович Порошин

у меня билеты в кинотеатр пропадают, — соврал я. — Не порядок, если «Всадник без головы» сегодня останется ещё и без меня в кинозале.

— Не смешно, — сказал, как отрезал, сотрудник КГБ. — Следуйте за мной.

— А ничего, что у меня на потом запланировано посещение дантиста? — Продолжал врать я. — «Зуб мудрости» от мудрости так распирает, что спасу нет.

— Если вы отказываетесь ехать, то я буду вынужден применить силу.

«Если ты, родной, применишь силу, то я буду вынужден тебя искупать в холодных водах реки Москвы, посмотрим как учат плавать в комитете госбезопасности», — подумал я и, криво усмехнувшись, пошагал в чёрную «Волгу» с государственными номерами «СССР». Присел я, само собой, на заднее сиденье, ведь подобных пассажиров принято было транспортировать именно там.

— Стой! — Крикнул я водителю, заставив вздрогнуть и товарища из КГБ. — Поворачивай, я утюг забыл в гостинице выключить. Хотя нет, не забыл. — Добавил я после небольшой паузы. — Трогай шеф, но попрошу не нарушать правила дорожного движения.

«Что ж вы все такие нервные?» — захохотал я про себя, когда «Волга» полетела на запад Москвы, скорее всего куда-то за город.

* * *

В человеке, который мирно кормил уточек в пруду, я сразу же узнал Юрия Владимировича Андропова, члена ЦК КПСС и председателя КГБ СССР. В принципе, большого волнения, что меня доставят в менее приятное местечко, и не было, всё же на берег Москвы десантировалась не целая группа захвата. А вот чувство, что рано или поздно со мной пожелает пообщаться товарищ Андропов присутствовало. Кстати, Юрию Владимировичу я теперь был обязан многим. Если бы не его хлопоты, то был бы я государственным преступником и самым банальным перебежчиком, предавшим Родину.

— Здравствуйте, Иван, — кивнул мне высокий мужчина, одетый в пальто, с профессорскими очками на носу.

— Добрый день, Юрий Владимирович. Вот пошёл в кино, но странным образом оказался здесь. Свернул что ли не там?

— Бывает, — не то серьезно, не то с улыбкой ответил Андропов и спросил, — как вам понравилась жизнь в США и в Канаде?

— В бытовом плане проблем не было. И вообще, что-то я не заметил, что Америка загнивает, как у нас рассказывают в «Международной панораме». — Честно ответил я. — Наоборот динамика развития США и Канады такова, что к 80-му году мы отстанем от этих стран лет на 10, а может и на все 15.

— Да? — Удивился шеф КГБ, перестав бросать уточкам хлеб. — Почему вы так решили?

— Локомотивом американской экономики служит творческая инициатива широких народных масс. То есть двигают прогресс идеи умных и изобретательных людей, которые и сами хотят обогатиться и желают сделать свою страну лучше. А у нас, если допустим человек соберёт электросамокат и пойдёт продавать его на рынок, то его посадят за спекуляцию, а самокат разберут на запчасти.

— Неудачный пример, — поморщился Юрий Андропов.

— Хорошо, поехали дальше. — Я пожал плечами, очень уж мне захотелось раззадорить этого непроницаемого словно памятник человека. — К примеру английская группа «Led Zeppelin». Эти пацаны несколько лет назад репетировали в маленьком вонючем подвале, сочиняли свою музыку и свои тексты. А сейчас концерты этих волосатых ребят собирают огромные стадионы по всему миру и приносят огромные прибыли старушке Англии, а так же и США, и Канаде в виде отчислений и налогов. Рассказать вам, что сделали бы с такими волосатыми хлопцами у нас в Москве? За преклонение перед западом они улетели бы лет на пять в солнечный Магадан.

— Дешёвая популярность, — буркнул председатель КГБ и вновь стал подбрасывать хлеб заскучавшим уткам.

— Хорошо, тогда вернёмся к хоккею. — Усмехнулся я. — Примерный доход каждой команды НХЛ — 10 миллионов долларов в год чистой прибыли, после уплаты немаленьких налогов в казну штата, где базируется конкретный клуб. Вопрос — сколько за прошлый сезон заработал ЦСКА и заплатил денег в виде налогов?

— У нас спорт любительский, — стал постепенно раздражаться Юрий Владимирович.

— Любительский спорт — это когда работяги после смены в охотку в волейбол или в футбол гоняют, — продолжил давить я. — Мастера спорта к любителям отношение имеют лишь формальное, юридическое. Пора честно признать — в нашей стране процветает экономический бардак, бесхозяйственность, показуха и очковтирательство. Главное дать план по валу, а дальше хоть трава не расти. И живёт страна, которая теперь вынуждена закупать на западе хлеб, за счёт продажи ресурсов.

— Н-да, — совершенно спокойно сказал Андропов. — Недооценил я вас, молодой человек. Ладно, я почитал контракт, который вы привезли из НХЛ. Ответьте на такой вопрос — сможет ли наша команда побороться за кубок Стэнли?

— Я могу точно гарантировать выход в финал кубка, если не произойдёт чего-нибудь экстраординарного.

— Хорошо. — Юрий Владимирович бросил остаток хлеба в воду. — Сегодня у нас среда 16-е мая. В Кремль вас вызовут 23-го числа. Представят вам начальника нашей советской команды, сами понимаете, что вас одних в Америку никто не отпустит. Выступите перед членами ЦК с докладом, как планируете побиться за кубок Стэнли. А про экономику мы с вами как-нибудь потом поговорим. Сейчас, извините, время вышло.

* * *

В гостиницу «Юность» я вернулся уже ближе к восьми часам вечера. Всё же после визита к Андропову я заглянул в кинотеатр, посмотрел какую-то муру и немного поспал, успокоив нервы, которые были как натянутая струна. «Странный человек, — думал я про председателя КГБ. — Ведь чувствуется, что Юрия Владимировича многое не устраивает в жизни государства. Но все его реформы в будущем будут просто смешны. Все эти поиски взяточников, охота за тунеядцами и казнокрадами окончится ничем. Ибо все они есть порождение бессмысленной и беспощадной административно-командной системы. Вместо того, чтобы взять лучшее от капитализма и внедрить, вечно ищем некий никем не пройденный маршрут, который лежит точнёхонько по раскиданным граблям».

— Товарищ Тафгаев, — окликнула меня администратор гостиницы на ресепшене. — Вас товарищ поджидает.

Я обернулся в сторону диванчика в холе на первом этаже и обомлел. В самом углу его, опустив голову на колени, сидел один из лучших хоккеистов мира Валерий Харламов. По крайней мере причёска была точно его. Благо милиция отсутствовала поблизости и я, приподняв Харламова под руки, повёл в свой номер.

— Не положено, — заволновалась администраторша.

— Вы разве не понимаете? —