Альянс Нерушимый - Александр Борисович Михайловский

вопроса, по крайней мере, здесь и сейчас. Наша приемная дочь так расстроилась, что готова удариться в слезы.

— Ольга Владимировна не только юная девушка, но еще и правящая императрица, а потому имеет право знать причины постигшей ее беды, — жестким тоном произнес я. — Урок номер один для любого монарха — оскорбительное пренебрежение еще никого и никогда не доводило до добра. И хоть до совершеннолетия нашей приемной дочери тамошним русским государством управляет Регентский совет, за ней остается право неотменяемого вето, которое я готов поддержать всей своей мощью и авторитетом. Безвольной куклой-марионеткой на троне она не будет, это я обещаю с гарантией.

— Спасибо вам за все, Сергей Сергеевич, — всхлипнула юная императрица. — Вы были очень жестоки, когда говорили, что Папа и Мама сами привели нас к этому ужасу, но при этом совершенно честны. А еще вы пообещали, что я не стану игрушкой в руках господина Маринина и иных прочих, а я уже знаю от госпожи Анны и госпожи Кобры, что ваше слово так же надежно, как вексель госбанка.

— В нашей семье, невзирая на возраст и пол, тебе всегда скажут правду в глаза и никогда не бросят в беде, — ответил я. — Кроме этого, должен сказать, что мой гнев был направлен не против твоих родителей, а против тех, кто давал им дурацкие и прямо злобные советы. Урок номер два для монарха — окружение всегда стремится заключить своего господина и повелителя в коробочку, отсечь его от независимой информации из мира за стенами дворца, чтобы иметь возможность представлять все события и явления в нужном им свете. Явление это было известно достаточно давно; обнаружив такой контроль, арабские халифы и турецкие султаны без всякой пощады рубили головы своим визирям. Европейские государи были погуманнее, но и у них министры то и дело вылетали в отставку и опалу, а иногда дело доходило и до плахи. Петр Великий, к примеру, обнаружив обман по мелочи, лупил своих соратников палкой, а если вскрывалась какая-нибудь измена, казнил виновных смертию.

— Я не просто запомню ваши слова, а запишу их у себя на манжетах, — сказала моя приемная дочь. — А теперь, Сергей Сергеевич, будьте добры представить мне членов своей семьи. Вашу супругу я уже знаю, но скажите, кто эти пять молодых женщин? На служанок в вашем доме, на мой взгляд, они совершенно не похожи.

— Во-первых, — сказал я, — мою супругу тоже стоит представить полным порядком. Ведь она мне не только жена и мать моего сына Сергея Сергеевича-младшего, княгиня Артанская и галактическая императрица, но и еще и боевая соратница, присоединившаяся ко мне еще в самом начале похода по мирам, штурм-капитан Елизавета Дмитриевна Серегина-Волконская, героиня многих и многих наших совместных славных дел. Мы с ней два сапога пара, слепленные из одного теста. Во-вторых, эти молодые женщины — мои названные сестры Шарлин, Эйприл, Грейс, Линда и Алиша. Если твою историю воистину можно назвать страшной, то они родились и жили в таком кошмаре, какой нормальному человеку невозможно и представить. Но потом в этот мир-инферно пришли мы с соратниками, и все ужасы в нем закончились в один миг. Мы такое умеем. Впрочем, это длинная история, которую не совсем удобно будет рассказывать за обедом. Это как-нибудь потом. Просто пока прими к сведению, что в моем доме эти пятеро почти равны тебе по положению — ты моя приемная дочь, а они любимые названные сестры. А сейчас, мои дорогие дамы, давайте садиться за стол.

Мир «Слепого Тумана» 17 июля 2022 года, 11:55. Североамериканский Корпоративный Директорат, Вашингтон, Белый Дом, Овальный кабинет

Последние четверо суток с момента попытки ядерного нападения на Российскую империю были отмечены для Североамериканского Корпоративного Директората знаком сомнений и неуверенности. Это решение, принятое на прошлом заседании Правления, было вызвано чувствами безумной ярости и разочарования, охвативших руководство Директората после того, как вынырнувший невесть откуда гигантский космический корабль неизвестной цивилизации вдребезги разгромил и обрек на уничтожение союзный корпоративному государству флот эйджел. Никто из космических наемников* тогда даже не смог спастись бегством — один за другим их настигли стремительные и беспощадные малые корабли, вдруг появившиеся из чрева гигантской матки, и взяли на абордаж, чтобы убить там всех**.

Примечания авторов:

* воинствующие кланы темных эйджел руководством Директората воспринимались именно таким образом, в основном из-за того, что они выполняли боевые задания и другие насильственные действия за плату бартером, в основном живым товаром.

** председатели правлений и генеральные директора крупнейших американских корпораций судили неизвестных им врагов эйджел по себе и своим космическим союзникам. Ни те, ни другие точно не стали бы возиться с пленными и обратили бы в свою добычу только материальную составляющую разгромленного флота.

Тогда бы господам членам Правления Директората посидеть на попе тихо, настороженно оглядываясь по сторонам, но они уже мысленно положили к себе в карман весь мир, а потому не желали признавать очевидного. Все неизвестное опасно, а то неизвестное, что вооружено настолько, что способно с легкостью разгромить немаленький наемный флот эйджел, опасно в энной степени. Решение нанести по Российской империи внезапный массированный ядерный удар было принято с перевесом всего в один голос, и подал его Президент Правления Корпоративным Североамериканским государством мистер Чарльз Артур… Клинтон-старший. По обычаю, Президент должен и обязан был голосовать, только если мнения четырнадцати других членов Правления разделятся ровно пополам. Во всех остальных случаях он должен воздерживаться, никак не вмешиваясь в борьбу мнений.

Каждый из четырнадцати небожителей, наделенных правом решать вопросы жизни и смерти американской нации, представлял в Правлении один из крупнейших банковских, производственных или торговых холдингов. При этом олигархами в привычно российском понимании этого термина никто из этих людей не является. Даже в семействах Рокфеллеров и Морганов наследники основателей этих семейств совокупно контролируют не более четверти капитала своих «семейных» фирм. Все остальное размыто по множеству мелких держателей, да и сами богатейшие люди Америки не гнушаются владением пакетами акций «сторонних» холдингов