Связующее звено - Андрей Валерьевич Степанов

смерив взглядом с головы до ног сперва меня, потом Дитера.

— Пожалуй, вы и правда не похожи на ищеек из Третьего. А-а-а, — довольно протянул он, увидев, как изменилось мое лицо. — Кажется, вы тоже с ними знакомы. Узнаю этот вид. Вид людей, которые пострадали от их рук. Поднимемся ко мне, там безопасно. И явно теплее, чем здесь.

Мы с ростовщиком переглянулись. Парень не назвал имени, но фактически признался, что он — именно тот, кого мы ищем. Доверия Вани не вызывал, но иного выбора у нас не было. Раз он упомянул Третье отделение, нам было, о чем поговорить.

После нескольких часов, проведенных под ноябрьским снегопадом, мы были рады оказаться в тепле. Съемная квартира Вани действительно оказалась на последнем этаже с видом на Клязьму и нестройные ряды домиков итальянского квартала.

Немец ткнул пальцем в окно, указав мне на вид, а потом поднял большой палец. Я слабо улыбнулся. Хорошо, что моя догадка оправдалась.

Вани оказался не из тех радушных хозяев, которые любого гостя готовы накормить. Единственным плюсом было тепло в квартире, куда оно централизованно подавалось от котельной в подвале.

Скинув пальто, итальянец поежился, несмотря на то что в квартире было довольно тепло. Он еще раз посмотрел на нас.

— И чем же изгнанник может помочь вам в борьбе со злом?

Глава 11. Пропавшие червонцы

— Ты бы нам хоть сесть предложил, — сказал Дитер.

— Я даже не знаю, с кем говорю, поэтому подожду, пока вы не представитесь, — ответил Вани сухо.

— Барон Абрамов, — кивнул я.

— Тот самый? — недоверчиво острый взгляд был мне ответом.

— Именно. Бабуля Четти не сомневается в этом.

— Интересная рекомендация, — фыркнул Вани.

Теперь, когда я точно был уверен в его происхождении, едва заметные отличия в его внешности сразу же давали о себе знать: черные волосы, чуть длиннее, чем нужно, узкое лицо с высокими скулами и впалыми щеками, густые брови — все это, на мой взгляд, сразу же выдавало в нем итальянца. В любом другом случае я бы ничего не заметил.

— Дитер фон Кляйстер, — в тон хозяину квартиры ответил ростовщик. — Теперь мы можем сесть?

— Садитесь, — равнодушно ответил Вани, а потом задумался: — вот ваше имя звучит более знакомо. Где я мог его слышать?

— Вероятно, имя Тарас для тебя тоже будет звучать знакомо?

— Тарас? — переспросил итальянец, потом сделал рассеянный вид, но тут же быстро собрался, так что было сложно понять, притворяется он или нет. — Да, слышал что-то.

— Мы ищем золотые червонцы, к которым он имел отношение, — быстро сказал я. — А ты — последний человек, который знаешь про них и про этого усатого вора.

— Ха-ха... — Вани посмеялся, но сдержанно и быстро замолк. — У меня были кое-какие сомнения насчет вас, что вы не те, за кого себя выдаете, — он подхватил валявшуюся на полу газету, раскрыл ее, перелистнул несколько страниц. Посмотрел на меня поверх листа: — да, хорошо. Барон Абрамов. Верю, охотно. И в Дитера фон Кляйстера тоже верю. Да, я знал Тараса.

— Еще бы ты его не знал, — немец перестал играть в хорошего парня. — Прекращай ломать комедию, парень, мы тебя ищем с раннего утра.

— И были сегодня у бабушки Четти?

— Моя известность нам помогает, — добавил я.

— Разве что, — итальянец хлопнул себя ладонями по коленям. — Хочу сказать только одну вещь: едва ли я смогу сообщить вам многое. Потому что Тарас пропал...

— Он мертв, — перебил я.

— К счастью, — тут же вставил Вани.

— Разве вы не были с ним в одной банде? — спросил Дитер, немного успокоившись.

— Банда — это слишком непристойное слово. Но мы с Тарасом были совсем не в ладах. Поэтому горевать о нем я не буду. Хотя и радоваться его смерти тоже не стану. Как он умер?

— Он поссорился с государством, — в этот раз я выразился куда пафоснее обычного, что тут же отразилось на лице Вани:

— Не смешите. Он не мог поссориться с государством, потому что он на него работал. Это был его секрет. Вот уж не думал, что кто-то придет про него выведывать, — внезапно он повеселел. — Но раз уж вы даже добрались до бабушки Четти, кристо! Похоже, вам это действительно нужно!

— Тарас? Работал на Империю? — моему удивлению не было предела. — Этого не может быть. Он же похитил...

— Кого? — тут же спросил Вани, сверля меня взглядом, полным любопытства. — Для меня он пропал еще весной. Он тогда помогал мне с моим участком.

— Что за участок? — спросил я, опередив в этом вопросе Дитера. Тот предоставил мне возможность вести беседу.

— На фабрике, это не относится к вашему делу. Это наши внутренние проблемы. Дела профсоюза, из которого меня выперла моя же семья.

— Хорошо, черт с ним, с этим участком. Допустим, это и правда не так важно, — я начал прикидывать сроки, и получилось, что Тарас исчез из поля зрения Вани чуть раньше, чем я предполагал. — Расскажи все, что знаешь.

— А мне что с этого? — итальянец переобулся в воздухе и сменил тактику.

— Новое пальто, — пробурчал Дитер. — Послушай, юнец, Тарас свистнул у меня денег столько, что тебе и не снилось. Могу поделиться, если поможешь найти.

— Что мне с этих денег?

— Так, перестань корчить из себя последнего аскета. Тебе все равно что-то нужно, проси, — предложил я.

— Мне? Просить? — презрительно бросил Вани.

— Да что с тобой? Только что ты был готов все рассказать и вдруг передумал! — воскликнул я, чувствуя, что скоро начну злиться не меньше ростовщика.

— С чего ты решил, что я собирался что-то вообще рассказывать?

— Гаденыш! — Дитер вскочил, взмахнув тростью, но итальянец молнией рванул к нему, перехватив еще на замахе. У шеи ростовщика он держал компактный пистолет, а его левую руку итальянец клещами стиснул чуть ниже локтя:

— Да мы же просто поговорить пришли! — воскликнул я. — Что за игры!

— Я не потерплю оскорблений в собственном доме! — рявкнул Вани.

Упершись костяшками пальцев в висок, я изо всех сил старался не закатывать глаза.