Странник - Михаил Русаков

на десятку206, взял иглу большего размера и стал вводить раствор подкожно создавая подушку, превышающую по размерам будущий разрез на 2-3 сантиметра в каждую сторону, и, по мере необходимости, набирая в шприц новокаин. Иглы были многоразовые и откровенно тупые, Сергей Петрович, про себя, чертыхался и с тоской вспоминал острые одноразовые иглы 21-го века. Закончив с обезболиванием подкожки207, он положил шприц и, глядя на Лизу, сказал:

– Скальпель.

Увидев протянутый инструмент, он спросил:

– А брюшистого208 нет?

– Брюшистые все тупые.

– Ладно, давайте такой.

Сергей Петрович сделал разрез кожи и подкожной клетчатки длиной 10-12 см и тут же прижал его марлевой салфеткой, которую заранее взял в левую руку. Отдав скальпель Лизе, он взял протянутый ею бильрот и, слегка отодвинув марлевую салфетку, зажал кончиком инструмента кровоточащий сосуд. Зажимов было немного, их хватило только на одну сторону разреза.

– Давайте вязать.

– Шёлк или кетгут?

Сергей Петрович на несколько секунд задумался, вспоминая свойства этих давно вышедших из употребления нитей.

– Кетгут209.

Ася открыла стоящую на столике у стены банку, а Лиза корнцангом вынула из неё пучок перевязанных узлом ниток, положила его на стол и отделила несколько ниток, а остальные опять скрутила в узел. Сергей Петрович посмотрел на нитки и спросил:

– А потоньше нет?

– Есть.

Лиза, опять корнцангом, положила нитки в банку и, немного в ней покопавшись, вынула другой пучок и показала Сергею Петровичу.

– Годится.

Лиза отделила несколько ниток, а остальные убрала обратно в банку. Сергей Петрович, всё это время прижимавший салфетку к той части раны, где сосуды не были пережаты, отпустил её, дал Лизе зажим, висящий на сосуде, а сам взял нитку и подвёл её под кончик зажима. Слегка путаясь в концах нитки, сказалось длительное отсутствие практики, он затянул узел, Лиза расстегнула кремальеру210 и сняла зажим, а Сергей Петрович завязал второй узел и, взяв со столика куперовские ножницы211, отрезал нитку, оставив концы 5-7 миллиметров. Лиза взяла следующий зажим, а Сергей Петрович, прикинув размеры оставшихся кусков нитки, короткий скинул в таз для мусора, а длинным перевязал сосуд, пережатый этим зажимом. При этом ножницы он продолжал держать в руке, чем очень удивил Елизавету. Перехватив ножницы, он отрезал нитку, оба конца выкинул в таз и взял со столика следующую. Так они перевязали все пережатые зажимами сосуды и Сергей Петрович, сменив салфетку, пережал сосуды на второй стороне разреза. Пока они с Лизой их перевязывали, он тихонько радовался тому, что заканчивал институт в то время, когда электрокоагуляторы, значительно облегчающие процесс остановки кровотечения из мелких сосудов, ещё были редкостью в наших больницах и его научили этой старой методике.

Покончив с кожей и подкожной клетчаткой, Сергей Петрович вновь взял шприц и накачал новокаин в лежащую под ними мышцу. Потом надрезал скальпелем фасцию212, которую раствор новокаина отслоил от мышцы, и расширил разрез ножницами. Потом он, с помощью закрытых зажима и ножниц, аккуратно расслоил и раздвинул в стороны мышечные волокна. Добравшись до фасции на противоположной стороне мышцы, он ввёл под неё ещё новокаина. Раненый, лежавший до этого спокойно, напрягся и застонал. Сергей Петрович понял, что добрался до гнойника. Взяв скальпель, он решительно проткнул фасцию. Больной дёрнулся, а из прокола под давлением вырвалась струя гноя и залила Сергею Петровичу халат. Отсоса не было, поэтому пришлось осушать гной салфетками. Когда стало возможным рассмотреть дно раны, Сергей Петрович расширил скальпелем отверстие и пальцем ощупал полость гнойника изнутри. Поняв, что полость значительно больше, чем проделанное в её стенке отверстие, он расширил это отверстие ножницами. Ещё раз проверив полость изнутри, он остался удовлетворён полученным результатом. Возникшее кровотечение из мелких сосудов он останавливать не стал, а промыл полость перекисью водорода (её Ася налила в рану прямо из флакона), потом гипертоническим раствором и затампонировал салфетками (по мере необходимости Ася поливала их гипертоническим).

– Всё. Всем спасибо! Сделайте повязку со мхом, а я пойду попробую сменить халат.

Сняв перчатки и сделав пометки под фамилией раненого на заготовленном списке палаты, Сергей Петрович вышел в коридор и обнаружил там сестру-хозяйку с каталкой для перевозки больных, заваленной новыми комплектами больничных пижам, которые она раздавала раненым.

– Здравствуйте, Сергей Петрович! Ой, как Вы испачкались. А нам привезли новые пижамы для раненых, халаты для врачей, полотенца и постельное бельё. Целый грузовик! Если ещё и стирать будут нормально, то заживём! Я Вам новый халат уже положила в ординаторскую. Правда отгладить не успела. Как только управлюсь с пижамами и прочим, поглажу другой и поменяю. А этот Вы киньте около моей каптёрки, я с ним потом разберусь.

– Здравствуйте и большое спасибо. Сейчас переоденусь. А насчёт стирки… Это ведь АХЧ? Не знаете, там остался кто-нибудь толковый?

– Остался. Рафик остался. Его Федулов, старый зам по АХЧ зажимал, а теперь он всё наладит.

– Ну дай Бог.

Сергей Петрович прошёл в ординаторскую и обнаружил, что на его столе лежит сложенный халат с застёжкой спереди. (“Ну даёт товарищ Крымов, и суток не прошло, а халаты уже здесь. И не только халаты…”). Поменяв халат, он отнёс старый к комнате сестры-хозяйки и вернулся в перевязочную, чтобы закончить с перевязками оставшихся раненых. Но с этим вышла небольшая заминка – в последней палате, которую оставалось перевязать, как раз меняли пижамы. Пока ждали пациентов, зашла старшая сестра.

– Здравствуйте, Сергей Петрович. Лиза, прибыл новый начальник аптеки. Тебе что заказать?

– Всё заказывай, всё кончается. Ну ладно, не всё. Но бинты, марлю, вату, растворы новокаина, и ноль пять, и ноль двадцать пять, крепкий раствор марганцовки, раствор перекиси, мазь Вишневского почти кончились, на завтра точно не хватит.

– Подожди, я так не запомню, надо записать.

Лиза вновь, уже не торопясь, продиктовала, что и в каких количествах заказать, а Сергей Петрович попросил включить в заявку и мох сфагнум. Пока она писала, потянулись раненые, все в новых коричневых пижамах. Проблем с ними не было и, быстро закончив и поблагодарив сестру, Сергей Петрович забрал свои записи и пошёл писать истории213. Светлана Павловна, также одетая в новый халат на пуговицах и уже закончившая писать свою часть историй, просматривала подготовленную старшей сестрой заявку в аптеку.

– А зачем нам столько перекиси, марганцовки и мази Вишневского? Вот ещё и мох какой-то…

Старшая сестра, сидевшая тут же, пожала плечами.

– Не знаю, Елизавета заказала, – и испуганно оглянулась на Сергея Петровича.

– Наверное, это я виноват, все запасы извёл.

Светлана Павловна пожала плечами, подписала заявку и отдала