Тафгай. Том 8 - Владислав Викторович Порошин

20. Зато хоккеистам некогда бегать по кабакам и бабам, — буркнул я. — НХЛ — это прежде всего бизнес. Если бы у них был чемпионат наподобие нашего — 34 матча, то они бы в два счёта разорились и пошли бы на паперть милостыню просить. Кстати, я пометил встречи которые можно привезти сюда в Москву. По договору мы имеем право сделать до 12-и таких выездных игр.

— Кто за перелёты и проживание иностранцев у нас в Москве будет платить? НХЛ? — Спросил не отрываясь от календаря Старовойтов.

— Принимающая сторона, естественно. Вы сами посчитайте какая получится выгода от продажи билетов.

— Кхе! — Громко кашлянул глава Федерации. — Знаешь, Ваня, я тебе скажу так — сюда везти этих хоккеистов — это же целая морока. Мы вас туда посылаем для чего? Чтобы вы для страны валюту зарабатывали, а не наоборот. — Чиновник замолчал, поводил пальцем по игровому календарю и наконец разродился. — Поэтому 28 декабря эту вот команду Нью-Йорк ёкарный бабай.

— «Нью-Йорк Айлендерс».

— Вот её, — ткнул пальцем в список Андрей Васильевич, — можно привезти, не обеднеем. Затем 30-го декабря Бостон и 2-го января Лос-Анджелес. А остальные матчи наш советский человек по телевизору посмотрит. Мы с телевидением этот вопрос порешаем.

— Если мы себе берём всего три матча, то можем наш гонорар в контракте с НХЛ увеличить до 4,5 миллионов долларов.

— Сколько! — Вскрикнул Старовойтов, который пока на главную цифру не смотрел, ради которой всё и затевалось. — Твою мать! Вот это мы с тобой Ванечка молодцы!

Тут секретарша принесла кофе, а сам глава Федерации, открыв резной шкафчик, накапал себе несколько капель дорого коньяка. И прежде чем мы продолжили беседу выпил для успокоения.

— Кто будет оплачивать проживание, перелёты, и зарплаты хоккеистам нашей будущей команды? — Спросил он удовлетворительно крякнув, когда жидкость, бодрящая кровь попала внутрь.

— Аренда жилья, трансфер, то есть перелёты и переезды, а так же аренду хоккейной арены оплачивает американская сторона. — Я отхлебнул кофе. — Кстати, НХЛ нам бесплатно предоставит старшего тренера, знакомого с особенностями тамошней лиги, врача, пресс-секретаря, чтобы мы во время интервью не опозорились и генерального менеджера для решения мелких оргвопросов по-ихнему законодательству.

— Добре, — заметно оживился чиновник. — А то наши тренеры тут передерутся за место в американской команде. Пусть Штаты платят. Молодец! — Он вновь пожал мою здоровенную ладонь. — А зарплаты хоккеистам пойдут из каких денег? Из этих 4,5 миллионов?

— Само собой. — Я пожал плечами и добавил. — Если оплачивать труд 20 спортсменов за 8 месяцев, скажем так по 15 тысяч долларов на брата, то это получится всего 2,4 миллиона.

— Ну это не нам с тобой решать. — Криво усмехнулся глава советского хоккея, у которого можно было прочесть на лбу, что парням предложат играть исключительно за Родину. — Сначала я это всё отвезу в ЦК, а ты жди вызова в Кремль. Это всё дело будет решаться там, на самом верху. Кстати, как команду предлагаешь назвать?

— Название сделаем стандартное — «Москва Ред Старз». То есть «Красные звёзды» из Москвы.

— Замечательно! — Обрадовался Андрей Васильевич и посмотрев на часы, протянул мне руку, что означало окончание моей аудиенции.

— А когда и с кем мы будем обсуждать состав будущей ледовой дружины? — Я встал и пожал крепкую ладонь бывшего хоккеиста ЦДКА. — Там в контракте прописаны обязательные члены нашей команды — Харламов, Коноваленко, Васильев, Боря Александров и я конечно же.

— Тебя вызовут в ЦК, там ты и всё и обсудишь. Ух и задаст тебе Тарасов за Харламова, ха-ха! — Загоготал товарищ Старовойтов. — Главное чтоб он тебя какой-нибудь железякой по голове не хряпнул, ха-ха.

— Разберёмся, — буркнул я.

* * *

«Сколько ждать мне этого вызова? — думал я по дороге в Лужники. — Неделю? Две? Месяц? Учитывая, что на Вашингтонский саммит Брежнев летит 18-го июня, то месяц — это крайний срок. В конце концов не я это предложил — покорять НХЛ. Да и получится ли? Большой вопрос. Для всех парней такой режим игр станет сложным испытанием».

В маленьком тренировочном катке «Кристалл» за прошедший сезон ничего не изменилось. Здесь был всё такой же грязный лёд, почерневшие обшарпанные борта, неудобные деревянные кресла на крошечных трибунах. Зато в этом месте царил самый настоящий дух хоккейного творчества, именно на этом катке наигрывались новые комбинации и создавались новые хоккейные сочетания. Всеволод Михайлович Бобров сегодня по традиции вёл тренировочное занятие в коньках и с клюшкой в руках. Кончено, за скоростями молодых здоровых парней он не успевал, зато некоторые элементы демонстрировал сам. Особенно нюансы касающиеся тактической грамотности — вход в зону атаки, выход из-под прессинга, игра в средней зоне.

— Привет, чемпионы! — Крикнул я хоккеистам, которые чего уж греха таить, работали сегодня без огонька, так как длинный сезон закончился и всем уже хотелось отдохнуть от наскучившего хоккея.

— Иван! — Заорали парни и, побросав свои занятия, тут же покатили к борту.

— Честно признаюсь, не ожидал, что вы выиграете чемпионат СССР! — Голосил я пожимая парням руки. — Составчик-то пока сыроват!

— Сам ты пока сыроват! — Захохотал Валера Васильев, признанный советской прессой лучшим защитником прошедшего чемпионата. — И вообще, ты за кубок Стэнли проставиться должен. А то как-то не по-русски получается.

— Вечером в «Юность» приходите! — Кивнул я. — И Валерке Харламову звякните, у меня к нему разговор.

— Ну-ка, что тут устроили! — Гаркнул Бобров. — Живо на лёд! Отрабатываем в ход зону. Первая тройка пошла! Здоров, — пожал мне руку Всеволод Михайлович, когда парни вернулись к своей хоккейной работе. — У Старовойтова был?

— Только что от него.

— Значит в следующем сезоне ты у меня забираешь Васильева и Александрова? — Старший тренер кивнул на молодого и перспективного форварда. — А я с кем останусь за чемпионство биться?

— Братья Голиковы и Саша Мальцев — это первая ударная тройка, Капустин, Жлуктов и Балдерис — вторая. — Невозмутимо ответил я. — Пару защитников, в качестве компенсации, Фёдорова и Куликова забери у «Спартака», из которого я никого с собой не увожу.

— Ладно, разберёмся, — пробормотал Всеволод Михалыч. — Меня один вопрос мучает — а нужно ли нам всё это дело? У нас свой хороший чемпионат. Суперсерию мы