С чем вы смешиваете свои краски? - Дмитрий Соловей

вникая в сюжет. Фильм-то не новый, видели его не один раз, но за неимением других развлечений народ пришёл приобщиться к искусству.

Меня же старая лента порадовала обилием известных комедийных актёров, и не прошлого, а самого что ни на есть настоящего. Тот же Ростислав Плятт, Рина Зелёная, Фаина Раневская и, конечно же, сама Орлова — звёзды советского кинематографа. Фильм «Весна» был снят в 1947 году, а Любовь Орлова, если я не путаю, 1902 года рождения. В фильме ей уже сорок пять лет. Должен отметить, что она очень неплохо выглядела для своего возраста. Сам не заметил, как увлёкся игрой актёров и самой комедией, перестав замечать, что вместо экрана простыня, комары кусают за голые коленки и неудобно сидеть на траве.

Обратно возвращались мы уже в полной темноте. Дарья Ивановна возмущалась, что фонарь на пересечении улиц кто-то разбил, перекидывалась фразами с соседями, попутно поясняя нам детали поселковой жизни. Дед, кстати, успел договориться об удочках, но меня терзали сомнения насчёт комарья рано утром. Не сожрут ли?

— Бужу один раз, — предупредил дед, ковыряясь при свете керосиновой лампы за сараем в поисках червей. — Не встанешь, уйду без тебя.

Спасибо хозяйке, которая снарядила меня на рыбалку как следует. Сапоги у соседки моего размера взяла, куртку тоже с чего-то плеча выдала, а кепка у меня своя была. Брезентовая куртка оказалась сильно велика, но, закатав рукава, я решил, что в самый раз в такой объёмной одёжке от комарья прятаться. В то, что встану на рассвете, я не сомневался, очень уж хотелось на рыбалку сходить. По этой причине подскочил я даже раньше деда и был готов вовремя, как тот пионер.

— Идём на озеро, там дальше ещё одно есть, но куда мне с моим костылём, — пояснил дед порядок действий. — Наловим на уху, и ладно.

Если быть объективным, то рыбалка оказалась не так плоха, как он опасался. С берега и с мостка на особо крупные экземпляры не стоило рассчитывать. Хотя за пару часов мы килограмма два разной величины рыбёшек натаскали. В основном это была кошачья радость, но меня захватил сам азарт клёва.

— Хорош, — наконец решил дед, сворачивая удочки.

Бабушка к нашему возвращению давно хлопотала на кухне. Самовар пыхтел, на столе высилась стопка блинов, хозяйка принесла молока и сметаны от соседки.

После завтрака я храбро отправился знакомиться с Димкой, живущим через забор с правой стороны. Мне его рекомендовала Дарья Ивановна, как наиболее близкого по возрасту претендента в друзья. Пацан оказался выше меня на полголовы, но более тощий и неухоженный. Волосы ему давно не стригли, да и не мыли, под глазом синел свежий синяк, руки были покрыты цыпками, а во рту не хватало переднего зуба. Этот факт пацана явно радовал. Он со знанием дела выстрелил слюной через прореху между зубами в мою сторону и всё же поприветствовал.

— Чё, из Москвы, дачник? — поинтересовался он.

Далее он гордо сообщил, что в этом году идёт в школу, но так и быть, сделает одолжение и пригласит меня в свои игры. Играть не особо хотелось, поэтому я наплёл нечто невнятное и под предлогом запрета от бабушки ретировался на свою территорию.

Бабушка без дела не сидела и взялась мне шить нужную сумку для художественных принадлежностей. Основная причина такого энтузиазма была в том, что у Дарьи Ивановны имелась швейная машинка. Больше времени мы потратили, чтобы примерить ручки. Я же не хотел волочить сумку по земле, а рост имел невысокий. По этой причине сумка получилась вытянутой по длине, зато имела несколько кармашков для мелочей и даже для банки под воду.

Деда я тоже подключил к своей экипировке, уговорив его обточить края фанерки, валяющейся в дровяном сарае. Это у меня будет планшет. Солнышко конкретно припекало, когда мои сборы были закончены. Я думал, что родственники откажутся куда-то идти, но дед, напротив, захотел поваляться на бережку, а не сидеть во дворе. Меня же их компания устраивала в плане того, что никто из хулиганистых пацанов не пристанет и не отнимет мои сокровища.

Акварелью я и в прошлом теле давно не занимался. Пока был студентом, очень любил этот вид живописи, после сменились приоритеты, затем настала эра компьютерных программ и я окончательна ушёл от живописи в дизайн.

К чему я это говорю, да к тому, что акварель требует большей практики, чем любая другая техника. Это только кажется, что всё очень просто. Исправить и «смыть» ошибки в акварели сложно, а подчас невозможно, иначе останется «грязь» вместо воздушности и красивых заливок. На данный момент меня эти технические детали мало волновали. Что бы я ни изобразил, какие бы ляпы ни допустил, для пятилетнего мальца это будет ух как круто!

Родственники в мою гениальность не особо верили. Их вполне устраивало то, что внук не носится по посёлку, а смирно сидит на берегу под присмотром взрослых. Дед, лёжа на покрывале, вскоре задремал, бабушка, спрятавшись от солнца под зонтиком, читала что-то из классики, я же пристроился в тени невысокого куста.

Боже мой, как я давно не брал в руки кисти! Ах этот запах красок! Некая ностальгия накрыла меня. Еле взяв себя в руки, я поспешил набрать в банку воды и, расположившись в тени куста, занялся делом.

Первый и второй пробные этюды были ни о чём. Я приноравливался, отмечал свои ошибки. Новый альбом имел слегка «жирную» бумагу, с которой скатывалась краска. Позабыл, что листы нужно изначально смочить. Тут же сообразил, что не озаботился палитрой. Пришлось выдирать последний лист альбома для этих целей. Попутно выяснил, что вода в озере неидеально чистая и имеет чуть сероватый оттенок. Пока для моих этюдов это не столь принципиально, но лучше брать воду в колодце и приносить собой.

Мой третий акварельный набросок вида на озеро, мосток и край берега получился вполне достоверным. Дождавшись просыхания первого слоя, я нулевой белкой стал добавлять деталей. Как раз на прорисовке опор мостка и их отражения в воде проснулся дед. Кряхтя он сел, затем встал и отправился в мою сторону для проверки.

— Э-э-э… Мать, иди сюда. Посмотри, что Сашка намалевал-то, — опешил дед. — Ты что, это сам всё?

— Кто же ещё? — не понял я подобного вопроса.