Михаил Сухоросов - Игра на слух

— Он-то не пойдет, конечно… Но сволочь он, как вы узнали, еще та, и сообщение кой-куда наверняка отправить успел, так что ждите новых гостей. И, боюсь, посерьезней.

— Так… — Эрик потер подбородок. — Ты думаешь, при серьезной атаке мы долго продержимся?

— Да нет, конечно. Я постараюсь подкрепеление вызвать, но пока то да се… Вы уж постарайтесь.

— А на данный момент?

— Разве что силами местного гарнизона, — зло усмехнулся Герман. — Не думаю, чтоб вам подошло.

— А твои ребята?

— А ты знаешь, сколько нас тут вообще? Восемь человек! Из них пятеро — молодняк, пополнение.

— Однако…

— Да погоди расстраиваться. Как узнают, что вы тут откопали — и подкрепление отыщут, и все что захочешь…

— Да, Герман, нам бы с тобой тоже почирикать, — влез я.

— Почирикать и мне с тобой надо, но вот сейчас я отваливаю. Надо с Институтом связаться, подмогу выпросить, да еще шерифа этого на короткий поводок посадить… В общем, обширная культурная программа. Но случай еще будет, я вернусь.

— Скажи хоть, сюда-то тебя как занесло?

— Почетная ссылка, — горько усмехнулся он. — Отправили в эту дыру, что называется, догнивать. Хочешь, верь, хочешь — нет, первый раз что-то серьезное. Здесь, на Югране сейчас тихо.

ГЛАВА 34

Югран! Это слово взорвалось у меня в голове как граната, угодило в меня, словно мяч с одиннадцатиметрового, словно прямой под ложечку. Значит, я и в самом деле здесь был. Теперь понятно, откуда я знал про болота, лесопилку и прочее… Югран! Как сквозь пелену тумана я видел, что Герман о чем-то настойчиво меня спрашивает, но слов не слышал, только странное тиканье в ушах.

Я машинально выхлебнул в один глоток содержимое стакана, в башке стало слегка ясней.

— Э, бродяга, ты чего? — вид у Германа явно встревоженный.

Надо попытаться улыбнуться… Что я и сделал.

— Порядок. Маленький шок.

— А ведь ты не знал, что это Югран, верно?

— Пожалуй что. Но что местность знакомая, сразу допер.

— Неудивительно… Если еще вспомнить, что в этой самой халупе меня тогда отлеживаться оставили. Только Дэн вернулся, но из него и клещами не вытащить было, что там с вами такое стряслось. Я, кстати, еще когда в Ториане тебя встретил, понял, что с тобой не все в порядке… Вспоминай покуда. И уж постарайся уцелеть. Я вас отсюда попробую до начала драки выдернуть, но кто его еще знает, что получится.

— Буду на связи, — пообещал я.

— Это каким образом?

— Ты что — мысли принимать разучился?

— Почти отвык… Ну, это подходит. Ждите гостей. Не уверен, что они через поселок сунутся, но дорогу я бы на всякий пожарный заминировал. Ладно, счастливо. Пошли, Янек, — Герман вышел, через несколько секунд затарахтели винты вертолета, потом гул отдалился и совсем пропал.

Эрик довольно энергично тряхнул меня за плечо:

— Эй, Мик, что с тобой такое?

— Да так… Возвращение памяти. Неприятная штука, прямо тебе скажу.

— А что ты такое вспомнил?

— Мои проблемы. Извини, мне после всех этих дел передохнуть надо.

— Да, конечно, — поспешно согласился он. — Но мой тебе совет: башку сегодня не напрягай.

— Ага, — вяло согласился я, направляясь наверх. Попутно я ненавязчивым жестом прихватил со стола бутылку. Зачем изобретать новые способы успокоения нервов?..

Югран… Я плюхнулся на диванчик, закурил, потом отхлебнул здоровенный глоток. Значит, Югран… По всем моим прикидкам, та самая операция, из-за участия в которой и тянутся все мои нынешние заморочки. Болото я помню. Мы тогда через него шли, значит, выбрались к дому откуда-то с юга. Помню все это, помню… И темно тогда было так же, как сейчас — когда нас с парашютами выбрасывали. А перед этим — сколько было тренировочных выбросов в неизвестные районы… Приучали к этому миру, натаскивали, а потом…

Шеф. Полулегендарная фигура. грузный, седой, загорелый, в своем вечном светлом костюме, галстук строго перпендикулярно земле… А в его «святая святых», с толстенным ковром на полу, с тяжелыми портьерами, в уголке пристроился еще один тип в штатском, нам с Германом неизвестный. Шеф пристально разглядывает нас из-под нависших бровей, коротко бросает:

— Присаживайтесь.

Это уж само по себе странно… Устраиваюсь на краешке массивного кресла, не сводя с шефа глаз, а он меряет кабинет неторопливыми мягкими шагами. Наконец резко останавливается, в упор смотрит на нас:

— Гадаете, почему вы здесь? Не бойтесь, если вы успели что-то натворить, я об этом пока не знаю… господа выпускники. Предисловиями докучать не буду. Вам предстоит показать себя на серьезном задании. Вы уже знаете — и не понаслышке — что такое боевая операция… Но при этом вы новички, а дело предстоит серьезное и ответственное, от ваших действий будет зависеть крупная операция в Приграничье. Итак, о самом деле: как вам известно, в ряде нестабильных миров имеются наши полигоны, на которых разрабатываются барьерные системы и прочее. С одного из таких полигонов имеет место утечка материалов в один из миров Приграничья. Туда вы и отправитесь. Район утечки совпадает с районом довольно активных боевых действий — и последствия такой утечки вы должны понимать. Будет, конечно, страхующая группа, но неизвестно, сможет ли она к вам пробиться. Задание очень опасное. У вас есть тридцать секунд, чтобы отказаться.

Молчание. (Знал ведь, старая лиса, что мы, услышав такое, скорей на костер пойдем, чем откажемся! Нам ведь было всего-то по двадцать…)

— Итак, с этого момента вы зачислены в группу. Вопросы?

— Район боевых действий, — подаюсь вперед. — Кто и с кем воюет?

— Неважно. Запросите базу данных. Важно то, что на нашей стороне — никого, и те и другие будут пытаться уничтожить вас. А ваша задача — найти и уничтожить источник утечки.

В игру вступает Герман:

— Какого рода материалы?

Шеф пристально на него смотрит, потом — быстрый взгляд на сидящего в кресле:

— Я полагаю, это вам знать стоит. Экспериментальные формы жизни. Источник утечки — ранее разрушенный жесткий канал. Канала теперь нет, но есть зона нестабильности. Еще вопросы?

Герман приподнимается, говорит негромко, раздумчиво:

— Такой вот вопрос, шеф: если задание настолько ответственное, почему на него отправляют новичков? Нас, то есть.

— Думаешь, матерый профи лучше справится? У вас есть некоторый опыт — да. Но поскольку вы новички, у вас еще не замылился глаз, нет устоявшихся привычек. С вами пойдут двое опытных офицеров из третьей штурмовой.

— А координатор?

— Координатор — ваш ровесник. Вы его должны знать… Ладно. А теперь инструктор из Службы Безопасности введет вас в курс дела более подробно…

— Э, Мик! Что с тобой опять? — Эрик присаживается рядом со мной на диван

— Я? Я в порядке.

— Ну-ну… По-моему, люди, которые в порядке, не сидят, уставясь в одну точку. Я уж думал — обморок…

— Зря ты так думал.

— Да что уж ты такое страшное вспомнил?

— Да, ничего жизненно важного.

И что-то еще в голове вертится, покою не дает…

— Слушай, Эрик, а если совсем честно: Чего ради вы меня вытащили? Не за красивые глаза ведь…

— Это ты правильно заметил. Я уже говорил: Грентвиг…

— Грентвиг Грентвингом, а Институт-то здесь при чем? У вас, насколько я помню, установка на невмешательство.

— Что-то действительно помнишь… Причин, собственно, целая гора, но я-то зашел не затем, чтоб их объяснять.

— Э, нет, погоди. Я к вашей группе какое-то отношение имею?

— Если Мастер твой не шутил — а выглядел он весьма серьезно, — ты — один из способов удержать Ущелье, Волка туда не пустить. А тут еще выяснилось, что он из Пришлых…

— Да вы-то в любой момент в Пятерку свалить можете.

— Ты так считаешь? — даже в темноте заметно, как мрачно усмехнулся Эрик.

— А это что-то новенькое… Колись.

— Все частности — потом. Если живы останемся. А дело покуда обстоит так, что мы, Лига, да пожалуй, и Орден теперь в одной лодке.

— Твои б слова, да Магистрам в уши… Армию Волка видел?

— Только сверху. Сильно выглядят, ничего не скажешь… Осадное снаряжение, плюс тяжелые пулеметы, плюс козыри из рукава, вроде всяких драконов…

Да, заваруха предстоит серьезная… И на меня тут все имеют какие-то виды.

Эрик воспользовался моим замешательством:

— Я, собственно, зачем зашел-то: предупредить, чтоб ты свет не включал. Держи фонарик.

— Благодарю. Никто пока не объявился?

— Да нет… Торан уверяет, что может и в темноте их засечь.

— Ну, раз уж Торан уверяет… Выпьешь?

— Давай. А ты б не напивался, в драке все силы понадобятся, а тебя я хочу еще в целости-сохранности до Пещер довезти.

— Да ладно тебе… Убивать себя я больше не дам. Да и пойло сейчас на меня почти не действует. Ты ж меня знаешь: В случае драки в лепешку расшибусь, а буду в форме.