… по прозвищу Кобра – III. В СССР магии нет! - Михаил Востриков

Текстильщики

Всё семейство Татьяны в моём, естественно, присутствии пило чай с маковыми сушками и вафельным тортиком «Север» в комнате её родителей — «большой» комнате, как её все называли. На кухню в пять квадратных метров сразу четверо взрослых, просто, не влезли.

— Мам, пап, — Татьяна смущалась и запиналась, — У нас с Антоном для вас есть важные сообщения!

Родители умильно улыбаясь, молчали и прихлёбывали чай. Самое наше важное сообщение они уже давно расшифровали, но озвучить его, конечно, было нужно. Традиция!

— Во-первых, мы с Антоном… мы с Антоном решили пожениться и просим на это вашего благословения, — наконец-то выложила главную новость пунцовая от смущения Татьяна.

— Бла-го-слов-ля-ем! — хором ответили довольные родители. Видимо, репетировали!

— Во-вторых, мы с Антоном завтра уезжаем на море, примерно на месяц, отдохнуть. К открытию Олимпиады точно будем, мы туда идём. И в-третьих, вы идёте с нами на закрытие Олимпиады четвёртого августа, вот билеты!

И все довольные и счастливые долго смеялись и обнимались!

Занавес!

Сюжет 5. К морю…

За билетами

Текстильщики.

Сразу после завтрака моими любимыми оладушками со сметаной и клубничным вареньем с чаем я собрался по делам.

— Танечка! Ты пока собирайся потихонечку, поезд вечером, а я быстренько съезжу на Курский вокзал, билеты до Севастополя куплю. Много барахла не бери, чтобы не тащить, всё там купим в «Альбатросе», немного валюты есть.

— Думаешь, билеты будут? Люди за полгода на это направление бронируют.

— Не волнуйся, для нас будут, есть там у меня одна хорошая знакомая в кассах.

— Что за знакомая⁈ Молодая, красивая⁈ — сделала вид, что ревнует, Татьяна.

А я и не знал, что нужно отвечать женщинам в таких случаях. Поэтому просто улыбнулся, поцеловал любимую в шею и натянул на себя новые джинсы и рубаху, приобретённые у арестованного фарцы-шпиона на «пятаке» у станции «Проспект Мира». Фарцу мне было не жаль, он же сам хотел меня ограбить. Я посмотрел на себя в большое зеркало в коридоре перед выходной дверью. А что, хорош гусь, модный такой стал чувачок!

Курский вокзал

Из метро, не подходя к кассам поездов дальнего следования с их унылыми очередями длиной в полвокзала, я сразу же пошёл в «Депутатский зал», он же «Зал официальных делегаций». Это был такой тихий коммунистический островок в бурном океане вокзального социализма, образца 1980 года. Здесь можно и было всё, что нужно самому взыскательному путнику — купить или поменять билеты, поесть, выпить, отдохнуть, принять тёплый душ, посидеть со свежей газеткой на сияющем чистотой и свежестью унитазе, даже поспать на хрустящих простынях в отдельной комнате с абсолютной свето- и звукоизоляцией.

Всё здесь было совершенно бесплатно и на мировом уровне: еда — свежая и вкусная, кофе и чай многих сортов, алкоголь разнообразный, включая импортные виды, икра — красная и чёрная, кресла и диваны — кожаные. Заходи и наслаждайся! Конечно, если у тебя было на всё это благолепие право или «ксива»!

Заветный островок коммунизма охраняли от не имеющих вообще никаких прав советских граждан с ворохом чемоданов и орущими детьми — вежливый молодой милиционер и матёрая тётка средних лет в форме советской железнодорожницы. Сразу было видно, что эта её форма не с вокзального склада. Индпошив! При тётке ещё были две миловидные девушки — официантка и помощница.

Я из рук показал милиционеру и тётке свой студенческий билет МГУ. Милиционер радостно отдал мне честь и пропустил. А тётке, отдавая ей четыре купюры по двадцать пять руб., я сказал:

— Два в СВ до Севастополя, на сегодня!

— Конечно, конечно! — улыбнулась и начала суетиться тётка, — Сейчас, сбегаю, оформлю с брони ЦК. Вот самому-то зачем было ездить, Антон Максимович? Прислали бы водителя. Перекусите пока?

— Нет. Не хочу. Хотя… сок апельсиновый дайте. Вечером с женой приедем, перекусим перед отъездом нормально.

Заботливая тётка с радостным бормотанием куда-то унеслась, а милая девушка тут же подала мне высокий стакан со свежевыжатым апельсиновым соком. О, боже, какой он был вкусный!

Пришла довольная тётка. Я забрал у неё наши билеты, а на сдачу демонстративно фыркнул, чем вызвал одобрительные улыбки всех присутствующих. Всё! Сегодня вечером нас с Татьяной ждало небольшое комфортабельное путешествие.

Кто ездил в вагоне СВ, знает, как это клёво прокатиться в нём с любимой женщиной пару суток — в купе на двоих, тихом, с мягкими диванами, уже заправленными хрустящим крахмальным бельём, вежливыми проводниками, душистым чаем с бисквитами в настоящих мельхиоровых подстаканниках, едой из вагона-ресторана и собственным умывальником.

— А кто это, Антон Архипов⁈ — спросил милиционер у тётки, когда я уже ушёл, — С кагэбэшной «ксивой» парень ходит, не хило так!

— Да это же племянник Ивана Васильевича Архипова, заместителя Алексея Николаевича Косыгина, председателя Совмина СССР и члена Политбюро ЦК КПСС, — укоризненно и без запинки ответила тётка, — Ты уже полгода у нас, Паша, пора бы знать контингент!

Меня вычислили…

Текстильщики.

Вернувшись домой, я увидел на кухонном столе початую коробку импортных конфет, таких в московских магазинах не продавали, и три ещё неубранных чайных чашки.

— Танечка! Всё в порядке, билеты взял, сегодня едем. А кого это ты чаем поила? — спросил я нарочито беспечно.

На самом деле я мгновенно насторожился. Незваных чужих людей в квартире быть не должно.

— Ой-й, Антоша, да это же твои друзья по прошлогоднему стройотряду в Перми к тебе заезжали. Ты в дверь, а они к нам. Разминулись в пять минут. Го-Баян Донг… Донгсарович, он из преподавателей, и бригадир ваш, тоже Антон, Городецкий его фамилия. Так они мне представились. Проездом из аэропорта Домодедово на Белорусский вокзал. Расстроились, что тебя не застали. Ну я их чаем и напоила. У них с собою вот коробка конфет была. Правильно же сделала? Весёлые такие, столько случаев смешных у вас там в стройотряде было. Кое-что рассказали! Торопились они, сказали будут звонить, и я им наш телефон дала. Правильно же сделала? А ты мне и не рассказывал, что в прошлом году в стройотряд ездил в Пермь.

А я старательно держал лицо, не нужно близких волновать:

— Вот как? Не рассказывал? Так мы же с тобою только осенью познакомились, расскажу ещё обязательно. Ах-х, как жаль, что не встретились, хорошие ребята, — радостно ответил я.

Мне было действительно жаль, что мы не встретились с наглыми Светлыми Иншими, аж кулаки зачесались…

«Сейчас Таня спросит: 'А откуда же тогда твои друзья знают мой адрес?», — пришла мысль.

Не спросила… Простая душа. Не обратила внимание на явную нестыковку. Кроме того, в квартире я