Сын Тишайшего-2 - Александр Яманов

Вот так и живу. Бабы только нет, зато потребность в ней велика. Недавно с трудом удержался, чтобы не предложить знахарке заняться постельными утехами. Женщина она красивая, ещё и ухоженная, насколько это возможно в здешних реалиях. Однако это жуткий моветон. Я царь, женат, а Юлия старше лет на двенадцать. Аксинья, почувствовав неладное, пригрозила отходить меня собственной клюкой. Да и лекарке досталось, мол, нечего хвостом вертеть.

Забавно, что у меня нынешнего весьма пластичная психика. Будто переключается режим с человека из XXI века на Фёдора. Юлию я воспринимаю вполне нормально, ведь для меня прошлого она даже молодая. Но и в Апраксиной вижу не малолетку, а законную супругу. Даже, несмотря на её возраст. Никогда не понимал мужчин, женящихся или вступающих в связь с девочками-подростками. Есть в этом нездоровая тема. Но мне здешнему скоро двадцать два, а законной жене девятнадцать.

Марфу из Коломенского я выставил. Нечего здесь кислой миной отсвечивать. А то хорошо устроилась, коза. Нравятся богомолья, вот и катайся. Мой приказ игнорировать нельзя, поэтому за прошлый год и начало этого царица совершила немало вояжей. Только в монахини она уходить не собирается. Как с ней быть, не знаю. Добиться внятного ответа не получается, девушка сразу замыкается. Пробовал несколько раз, но бесполезно. Будто на стену натыкаешься.

А вообще, плевать на молодую дуру. Надо срочно найти любовницу, иначе недотрах начнёт влиять на мой характер и принимаемые решения.

[1] Алексей Семёнович Шеин (1652 — 1700) — русский государственный и военный деятель, боярин (с 1682), ближний боярин (с 1695), генералиссимус (28.06.1696?).

[2] В 1641 году Торричелли впервые в мире выводит выражения горизонтальной дальности полета снарядов, закладывает теоретические основы составления таблиц дальности стрельбы и совершенствует квадрант Тартальи, вводя отвес и деления на градусы.

Глава 3

— Присаживайся, Василий Васильевич, — машу на гостевое кресло и обращаюсь к Щукину: — Чайку нам принеси.

Секретарь кивнул и тихо затворил дверь. Я потихоньку оборудовал свой кабинет по лекалам офиса XXI века. Многое упиралось в изготовление мебели, но экспериментальный цех наконец смог выполнить мои хотелки. Поэтому сейчас в комнате стоит привычный письменный стол с ящиками, вдоль стен расположены два шкафа с документами, а для гостей приготовлены два кресла. Понимаю, что перед царём надо стоять, но во время долгих обсуждений посетителям разрешено сидеть. Когда нужно снять стружку или поставить кого-то на место, то моё неудовольствие народ выслушивает стоя. Сейчас же деловая беседа с нужным человеком, поэтому не вижу смысла в соблюдении этикета.

Из других достижений можно похвастаться канцелярией, которую пришлось хорошенько дрессировать. Зато полученный результат радует. Помимо Щукина с Колычёвым, в новом аппарате трудятся три писца, архивариус и гонец. Очень удобно получилось. После того как люди притёрлись, работать стало гораздо легче, ещё и дела решаются существенно быстрее.

Кстати, Голицын тоже завёл себе нормального секретаря, оценив полезность такой фигуры. Но сегодня речь не о развитии канцелярского дела в XVII веке.

— Они поверили, государь. Король Ян вынужден был собрать Сейм и оправдываться перед магнатами. А ведь поляки готовятся к походу. И сейчас Собескому нельзя собачиться со шляхтой. Вот письмо от посла и иные грамоты, — Голицын передал мне объёмную стопку листов.

Тема нашей встречи — Польша. К сожалению, интернета и даже телеграфа здесь нет, поэтому все переговоры проводятся через послов. И приходится ждать, пока доставят корреспонденцию от Возницына[1], отправленного в Варшаву, а затем принимать решение и делать выводы.

Пробежавшись по тексту, откидываюсь на спинку кресла. Мы не просто так отправили к полякам столь опытного человека. Андрусовское мирное соглашение подошло к концу, и пора заключать новое. Собеский хочет «вечного мира», но требует вернуть Киев. Русские войска должны были покинуть город ещё одиннадцать лет назад, но Алексей Михайлович решил повременить. Позже началась многолетняя война с Портой, и Польше было не до древней столицы Руси. Самих панов тогда неплохо потрепали, заставив отказаться от Подолии. Поэтому они могли только возмущаться, сил на новый конфликт у них не осталось. А затем сменился политический вектор, и вопрос о спорных территориях просто заморозили.

Сейчас Москве и Варшаве нужен мир. Ведь поляки скоро влезут в новую войну с османами, нас она ждёт чуть позже. С таким сильным противником не шутят, поэтому необходимо подстраховаться, дабы не воевать на два фронта. Но мы никогда не отдадим Киев, а магнаты не позволят признать присоединение города к России. Получается патовая ситуация.

— Думаешь, больше чем на семь лет не согласятся? — спрашиваю князя, положив бумаги на стол.

— Здесь такое дело, государь. Король надеется на успех в войне с Портой. Ему без разницы на пять или десять лет заключать мир. Главное — обезопасить восточные рубежи. Статьи договора нам изменить не позволят, и от Киева Польша не откажется. При этом надо учитывать, что Сейм может поступить назло как нам, так и Собескому, — усмехнулся Голицын. — Возницын постарается привлечь на нашу сторону часть магнатов, особенно тех, чьи вотчины расположены на границе. Но лучше на них не надеяться. Неизвестно, чего им завтра в голову придёт, или просто обманут. Но несколько влиятельных родов будут нас поддерживать, у них там сейчас новая грызня. Поэтому для многих важно насолить старым врагам, путь это пойдёт на пользу России. Коронный канцлер Велёпольский[2] недоволен желанием короля воевать и всячески ему мешает. Ещё и литовский канцлер Кшиштоф Пац[3] воду мутит. Этот вообще себе на уме, и непонятно, чего задумал. Считаю, надобно отправить людишек в Вильно. Вдруг получится заключить тайный союз с литвином. Сейчас от него толку мало, а лет через пять может пригодиться.

Угу. Времена меняются, а поляки прежние. Хотя сейчас противостояние между нашими странами ещё не достигло точки невозврата. Мы даже можем вместе воевать против исконных врагов — турок, крымских татар и шведов. На почве этого противостояния вполне возможно договориться. Но затем придётся делить Западную Русь, а значит, начнётся очередная фаза противостояния. Я считаю, что сейчас России выгодно подписать многолетний мирный договор. Польша уже мертва, в отличие от Швеции с Портой. Поэтому нам выгоднее использовать панов, даже временно отказавшись от притязаний на земли и защиты православных. Они от нас никуда не убегут. А вот силы в будущем конфликте сохранятся.

Хорошо, что Дума не вмешивается в международные вопросы, вернее, делает это аккуратно. Здесь играет роль авторитет Голицына, заслужившего его своими предыдущими деяниями. Ну и в другие дела