Волчья стая - Максим Калинин

Для гридня кучковского, похоже этой информации было недостаточно, или что другое на уме, и он решил продолжить

- А ну пойдём к боярину пусть он судит, кто вы на самом деле, да куда путь вам держать следует.

Вот и лекарство от моей зевоты с утра пораньше подоспело, а главное ведун смотрит так весело, как будто на нас представитель власти сейчас не осерчал, а историю весёлую сказывает по дружбе закадычной. Я решил поинтересоваться

- Как звать тебя, и кто ты таков друже?

Воин выхватил меч и собирался ткнуть им меня в грудь, шест ожил в руках и описав дугу на мгновение быстрее действий дружинника, одним касанием сбил клинок в сторону, а вторым выбил его точно попав по навершии рукояти. Меч из руки гридня вылетел и воткнулся в стену, а его хозяин по инерции сиганул в след за оружием, пропахав лицом пол. Товарищи агрессора подскочили ко мне, но тут же остыли, наблюдая мою безмятежность, добрую броньку с оружием и явно лучшую подготовку поединщика

- Э… ты чего… так нельзя, мы дружинники.

Я окинул их взглядом,

- Отчего же нельзя? Ежёли первыми за меч схватитесь, то очень даже можно, другой раз и поучать не буду, сам меч достану. Посрамлённый старший, достал меч из стены и поколебавшись решил сунуть его в ножны. Потом буркнул

- Всё уходите, куды шли и вылетел из трактира за ним поспешили и товарищи.

Щедро расплатившись, с трактирщиком мы по привычному отправились в сторону заходящего солнца, пока мои мысли блуждали вокруг необходимости внедрения средневековой бейсболки, или козырька к шлему от яркого солнца, нас нагнал конный отряд из шестерых воев во главе с богато одетым всадником.

- А ну стоять! Вздумали прилюдно моего человека обидеть и вергельд не заплатить?

Похоже нас нагнал сам боярин или воевода его, как минимум, а это воинство его из ближников должно быть самых лучших. Ведун взялся за дипломатию

- Никто твоего человека не собирался обижать боярин, первым он железо выхватил да напасть удумал, видишь ведь не простой я человек, потому перед богами могу поклясться в том. На железо же мы токма деревом ответили и опять не задев его не разу, а что сопатка в крови, то он сам упал и в этом клянусь тебе Перуном молниеруким. Повисла пауза, кони под всадниками переминались и двигались по кругу унимая пыл недавней погони. Всё выходило правильно, вот только потеря лица перед своей дружиной от каких-то пеших, а значит не очень знатных не давала разойтись просто.

- Вы должны мне серебряную гривну.

Фрелаф безмятежно ответствовал, нам вовсе не хочется покупать себе твоего человека, уважаемый воин. За такие деньги мы и получше найдем.

- А это уже началось издевательство. Дальше оставалось делом техники, взглядом мой боевой дед указал цели. Рывок и оттолкнувшись посохами от земли мы синхронно взлетаем на конь, выталкивая наездников в свободный полёт с травмами. В этот момент произошло странное, как будто мир насытился яркими красками, а движения противников сделалось, как у мух в киселе, тягучее. Мне достался крикун, зато конь у него самый лучший, одновременно шестами начали получать по загривкам остальные. Все шестеро всадников мирно улеглись по обе стороны тропинки, контуженные ударом дубового шеста по затылку.

Тепереча мы с волхвом Фрелафом выглядели гораздо солидней, на добрых конях с двумя заводными, чинно продолжили путь на запад.

Меня разбирало справиться у ведуна, что было то и как всё со стороны смотрелось, но я подключил битого опытом соревнований, сорокалетнего тренера и решил, если будет надо он сам расскажет, всё-таки он волхв. Так и случилось, к тому времени моя выдержка уже готова была дать трещину. Фрелаф заговорил

- Вижу сила в тебе Андрей просыпается, двигаешься ты стремительно, глазу не заметить. Не зря я в Кучково городище завернул, там место особое, вот токма сложно там обряды нужные сотворить. Уразумел поди, для чего надобно нам в леса древлянские на капища, скрытые от люда праздного. А пока тебе придётся зверя внутри себя приручать, как получится и звать его, когда туго, научится надобно.

Сколь ловко я не сигал на коня, да с него, а все равно привычку долго двигаться на средневековом байке надо вырабатывать. Потому бежал теперь рядом с транспортом, дорогою усваивая науку от Фрелафа, как другом стать коню и верностью чтоб служил тот мне. Уже привычно на ночлег устраивались в лесу, стреножив наш табун небольшой. Ведун взялся кашеварить, попутно рассуждая.

- Завтра селение будет, там зерна надобно прикупить. Лошадки то наши привередливые им травушки мало будет, лакомства подавай, через это и сдружишься пуще, а ещё расседлать да в речке искупать, заботу проявить и уважение.

На правах старца Фрелаф первым остался бодрствовать у костра, оборонять наш лагерь уже под утро, предстояло мне. Лошади считаются лучшими сторожами, чуют они опасность загодя, порой лучше собаки, но на коняшку надейся, а сам не плошай, потому и несли мы дозор посменно.

Ночная, кромешная чернота, сменялась серостью предрассветных часов и наползающим от речки туманом, первыми трелями просыпающихся лесных птах. Зафыркали растревоженные лошади, с опаской поглядывая на подступающую с запада чащу. Я выхватил мечи и перебежал под прикрытие старого дуба. Если там лучник ворога, то пусть теперь ещё попадёт. Мои старания разглядеть опасность оказались четными, зато нос уловил запах, пахло зверем, пахло волком и мне показалось, что запах знакомый. Тихонько позвал

- Ракша, это ты Ракша.

В глубине леса, качнулись ветки кустов, и я ощутил пятым чувством, что явно не один зверь удаляется от нашей поляны. Мне очень хотелось знать, что это моя Ракша, с ней и волчатами всё хорошо. Но я не увидел. Рассказ ведуну об утреннем происшествии не произвел на него ровно никакого воздействия, старый просто покивал, не прекращая кушать, как знал и без того.

Глава 6 Селище Прозора

С первыми лучами солнца мы выступили в путь и уже к полудню добрались в довольно крупное селище почти такое же, а может и поболее, моего прежнего. Стояла деревенька очень живописно в излучине большой реки, с крепкими избами, окружённая пахотой и готовыми огнищами. Над долиной разносился умиротворяющий шум жизни, замешанный из криков детворы, мычания скотины и звона кузнечного молота. Деревенька влюбляла в себя с первого взгляда.

- Вот тут бы на скале крепостицу поставить, чтоб с большой