Адъютант палача 2 - Александр Яманов

— Нет, успокойся. Но я завидую твоей неосведомлённости. Вся Европа гудит из-за одной скандальной заметки в английской газете. И Австрии это касается в первую очередь. С другой стороны, чего они вообще хотели? Сначала Франц-Иосиф влез в войну против датчан вместе с пруссаками, а теперь ему открыли глаза на то, что следующей жертвой коварной Пруссии станет её союзник. Вот Вена и всполошилась, вплоть до массовой истерики. Только нас это особо не касается. Даже хорошо, что через три дня мы поедем на воды в Лойперсдорф. Никаких тебе мелких интриг, сплетен, балов, которые надо посещать, а просто две недели в тишине и неге, — мечтательно произнесла княгиня, — Тем более, что твой неугомонный муж собрался нас покинуть.

— Супруг думает об открытии собственного завода. Он нашёл талантливого химика, и тот работает над созданием какого-то передового материала, — быстро ответила Агнешка, будто оправдываясь, — Супруг поэтому и ездит по заводам, дабы перенять опыт. Завтра он выезжает в Рейнланд и Бельгию, где сосредоточена лучшая европейская промышленность. Так он считает, и говорит, что никогда не мешает поучиться у более успешных людей.

— Очень правильные мысли, несмотря на столь юный возраст! Большинство шляхты, к сожалению, думают совсем иначе. Многие вообще живут по глупым заветам предков, считая постыдным заниматься промышленностью и торговлей. Я — имперская княжна, но давно поняла необходимость развития мануфактур и фабрик, не видя в этом урона моей чести. Хотя, моих земель и ренты хватит безбедно жить в Вене или Париже. А какой-то голозадый пан Курванский, не имеющий ничего кроме гонора и долгов, будет с пеной у рта доказывать, что шляхтичу невместно заниматься ничем кроме войны. Кормиться же он должен только с земли! Большей глупости я никогда не слышала. В век механизмов и пара, жить по таким заветам — полный идиотизм! Так что всячески поддерживай своего мужа. Его семья всегда отличалась тем, что не обращала внимания на глупые предрассудки. Возьми того же Альфонса. Ведь богатейший промышленник, и уважаем в русском обществе. Строить костёлы в самом сердце России — это надо обладать поразительным талантом!

— Ещё Юзек хочет открыть ювелирное дело. Он называет это торговой сетью, когда наши магазины будут расположены во всех ведущих европейских столицах и главных русских городах, — с гордостью произнесла Агнешка, — Тебе же понравились две брошки, которые я привезла в подарок? Их изготовили наши мастера. А сами композиции придуманы мною. Я ведь с детства увлекаюсь рисованием, вот муж и сказал, что поручит развитие этого дела мне. У меня, кстати, есть целый альбом с эскизами будущих украшений.

— Хм. А граф наш не промах! Ещё и умён, раз замахнулся на такое! Немедленно возвращаемся, — Мария схватила племянницу за руку и повернула в сторону выхода.

— Куда? Зачем?

— Смотреть твои эскизы, конечно. А то я сгорю от любопытства! Заодно, надо обсудить с твоим мужем будущее сотрудничество. Деньги лишними не бывают, а мне так скучно, что я готова вложиться в ваш проект. Может, чего интересного предложу.

* * *

— Люди точно надёжные? И главное — в случае неудачи, не выйдут ли на нас французские агенты?

С Фредди мы встретились в Антверпене, откуда я должен проследовать на один туманный остров, не очень любимый в России. Дорога до Бельгии была весьма комфортная и быстрая, благо, железнодорожное сообщение в Европе достаточно развито. Немец ехал из Гамбурга и тоже не испытал особых затруднений.

Именно здесь понимаешь, что Россия отстаёт. Понятно, что у нас совершенно иные расстояния, и других проблем хватает. Но почему-то Бельгия умудрилась построить первую железную дорогу на континенте буквально через пять лет после появления страны на политической карте. А наш монарх только в эти годы одобрил строительство ветки из столицы до Царского Села. Только недоумок не способен понять, что железная дорога потянет за собой развитие торговли и промышленности в целом. Но потребовалось проиграть Крымскую войну, чтобы в головах русских властей начали ворочаться какие-то мысли. При этом, за девять лет после позорного поражения, дорогу дотянули только до Нижнего и Рязани. А вот Варшаво-Венский участок вполне себе действует более двадцати лет. Вроде незначительный фактор, но очень показательный. Это я ещё молчу про колоссальное воровство и живодёрское отношение к простым строителям.

Ладно, не буду о грустном. Сейчас в моей повестке совершенно иные вопросы. Мы гуляем с Фредди по городу и обсуждаем вторую часть моего плана. Первый этап представлял из себя информационную атаку на неподготовленные к подобному местные умы. Шуму мы наделали прилично. По крайней мере, даже ограниченные в манёвре прусские газеты, вынуждены были писать о некоем провокаторе. А вот австрийские, и особенно французские — особо не сдерживались. Периодически я хохотал как сумасшедший, читая версии журналистов.

Вторая часть нашего замысла состояла из одновременных акций в Париже и Лондоне. И если в английской столице я буду действовать сам, то во Франции всё придётся контролировать немцу.

— Люди, которые будут работать в Париже, знают меня под прежним именем, — усмехнулся Фредди, видя моё удивление, — Практически для всех я умер двадцать лет назад. Мои старые сослуживцы сильно удивились, когда я вышел на них с подобным предложением. Повезло, что оба находятся в стеснённых финансовых обстоятельствах. Поэтому они быстро согласились на акцию, и даже внесли свои предложения. У них на примете есть один полусумасшедший поляк, который обещал привлечь целую группу патриотов. Он уже во Франции, и должен провести набор людей. Эти недоумки отвлекут на себя внимание, а основная группа устранит генерала.

— Твои товарищи не проболтаются после дела?

— Нет. Они не идиоты и понимают, что это шанс начать новую жизнь. Оба люди семейные, и хотят перебраться в САСШ. Думаю, не нужно их устранять, и лучше честно расплатиться, — Фредди верно понял мои слова.

— Хорошо. Ты, главное, сам не попадись. Вторую часть гонорара твои сослуживцы могут забрать в бельгийском банке, заодно отсюда и уплывут за океан. Тебе лучше покинуть Францию по другому пути — через Швейцарию или Италию. Встретимся в Вене, как и договаривались. И ещё — договорись с исполнителями, чтобы дали знать о себе, когда они обоснуются в Америке. Знаешь, жизнь может повернуться по-разному, поэтому лишние связи не помешают. Тем более, речь идёт о таких решительных мужчинах. Если у тебя больше нет вопросов, то с богом!

* * *

Мне положительно нравится этот мир. Даже грустно осознавать, что он станет гораздо более циничным благодаря моему вмешательству. И ещё неизвестно, к каким последствиям всё приведёт. Ведь