Владимир Жданов - Верни себе зрение. Лекции о естественном восстановлении зрения

А теперь, соратники, мы с вами сейчас сделаем «Большие повороты», сделаем их в ритме вальса, более того, по моей команде мы споем один куплет школьного вальса «Давно друзья веселые простились мы со школою». Кто знает этот вальс, подпевает вместе со мной; молодежь, к сожалению, не знает этого вальса, надо выучить и тоже его хором в коллективе петь. Запевать по моей команде, я скажу «три-четыре-начали», запою, и все вместе запоем.

Итак, ноги на ширине плеч, руки висят, начали — грудью, лицом, глазами к окошечку. И раз, и два (запевать по моей команде), и три, и четыре. И раз, и два (легко-легко), и три, и четыре (танцуем вальс). И раз, и два, и три, и четыре. И раз, и два, и три, и четыре. Наш любимый школьный вальс запеваем:

Давно, друзья веселые,

Простились мы со школою,

Но каждый год мы входим в этот класс.

В саду березки с кленами

Встречают нас поклонами.

И школьный вальс опять звучит для нас.

Сюда мы ребятишками

С пеналами и книжками

Входили и садились по рядам,

Здесь десять классов пройдено,

И здесь мы слово «Родина»

Впервые прочитали по слогам.

Ну ничего, для первого раза нормально.:) И наконец, заключительно, «Медвежьи покачивания». Ноги на ширине плеч, поморгали, сделали центральную фиксацию (на табличку можно сделать центральную фиксацию) и начали все к окошечку. И раз, и два, покачивания, как медвежата, четыре, и раз, и два, и три, и четыре. Окно-стена, окно-стена, все хором не в ту сторону, раз-два, три-четыре, поморгали-поморгали глазками, раз-два, три-четыре, раз-два, три-четыре.

Все, сели все на места.

Я попрошу близоруких опять очки не надевать. Дальнозоркие, ну более слабые есть — наденьте, нет — тогда пишите в своих. Откройте конспекты, запишите все заголовок:

Пальминг

Пальминг — это биофарез глаз. Делаем три-пять минут каждый час работы с глазами.

Под пальмингом:

комплимент своим глазам; представить расслабление мышц; представить что-то однородно черное, темное; приятное воспоминание;

При выходе из пальминга носом с закрытыми глазами рисовать буквы-пессимумы, которые вы видите хуже. И вы их начнете видеть лучше.

Система природного оздоровления Порфирия Корнеевича Иванова

На сегодняшний день эта система признана одной из самых мощных систем безлекарственного избавления от хронических болезней.

А сейчас меня немножко послушайте, а потом основные выводы я дам под запись.

Порфирий Корнеевич Иванов

Жил у нас в стране замечательный ученый-самородок Порфирий Корнеевич Иванов. Он родился в конце девятнадцатого века, закончил всего четыре класса церковно-приходской школы. После этого работал, работал в шахте шахтером, он и пил, и курил, и семья у него была. В общем, как бы сказали, жил как обычный человек. Но где-то в тридцать три года с ним в одночасье вдруг что-то произошло, и он почувствовал в себе огромные внутренние силы и желание помогать другим людям. И он стал очень известным народным целителем.

Но знаменит Порфирий Иванов не этим. А он знаменит тем, что он на себе поставил неслыханный в истории человечества научный эксперимент. Он пятьдесят лет своей жизни в нашем суровом климате средней полосы прожил в одних шортах. Он жил в Луганской области, там зима четыре месяца, морозы до минус двадцати. Он снял с себя шапку, пальто, одежду, обувь. Он мог в снегу всю ночь ночевать. И он этим своим научным подвигом старался доказать людям, что даже вот в таких суровейших условиях человек может жить, не беря ничего лишнего от природы кроме набедренной повязки. А при этом быть и духовно и физически здоровым человеком.

Порфирий Иванов разработал уникальную оздоровительную систему, которую свел в виде двенадцати правил здоровой жизни, она называется еще «Детка». И уже после смерти Иванова движение ивановцев полыхнуло по всей стране. По всей стране начали создаваться клубы, где люди по его системе восстанавливали свое здоровье. Такие же клубы были созданы и здесь, у вас в Хакассии. Несколько таких клубов, я знаю, было создано.

И вот эти люди, которые оздоравливаются по системе Иванова, они отличаются от всех других тем, что они утром и вечером в любую погоду набирают ведро холодной ледяной воды, выходят на улицу, ставят эту воду на землю перед собой, босыми ногам встают перед этим ведром, поднимают руки к небу, делают глубокий вздох и просят у Бога себе здоровья: «Господи, дай здоровья моим глазам, дай здоровья моим суставам, сосудам». Ну, у кого что болит. И вот человек вдохнул, попросил у Бога себе здоровья, выдохнул. Второй раз вдохнул, опять попросил себе здоровья, здоровья своим родным и близким, выдохнул. А потом опять вдохнул, попросил здоровья себе, родным-близким и всем добрым людям на земле. И после этого он берет вот это ведро ледяной воды и переворачивает себе на голову, обливает себя с головой.

Вообще говоря, обливание ледяной водой — это давно известная на Руси закаливающая процедура. Но Порфирий Иванов действительно как выдающийся ученый-самородок нашел научное объяснение воздействия ледяной воды на центральную нервную систему человека. И поэтому все напишите:

Обливание ледяной водой это:

1. Самокодирование на оздоровление.

Что такое самокодирование на оздоровление по системе Иванова, я вам поясню на примере, что такое кодирование по методу Довженко.

Многие слышали рекламу, народный врач СССР Александр Романович Довженко запатентовал метод стрессопсихотерапии.

В чем заключается этот метод? Дается широкая реклама для желающих закодироваться, скажем, от алкоголя, позвоните по таким-то телефонам. Человек звонит:

— Хотите?

— Да.

— Приезжайте.

Приезжает. Ему говорят: «Платите деньги». Деньги немалые. Сейчас тысячу рублей примерно стоит закодироваться. То есть человек очень хочет, чтобы его закодировали.

Человек платит деньги, и ему ставят условие: три недели, вот приедет такого-то числа врач-кодировщик, три недели до этого ты не имеешь права употреблять алкоголь и есть шоколад. Понятно? Понятно.

Человек заплатил деньги и эти три недели терпит.

О том, как кодируют по Довженко, мне рассказывал один соратник в Кривом Роге. Его там кодировали. Примерно то же самое рассказал другой соратник в Киеве (я там тоже вел группу), он помогал кодировать. Правда, кодировал не сам Довженко, а один из его учеников, но суть от этого не меняется.

Итак, подходит день, который назначили, приезжает врач-кодировщик и собирает группу этих людей. Группы собирали большие, до ста человек. Заводят их в какое-то помещение (скажем, в красный уголок ЖЭКа), обычно подбирают полутемное, полумрачное помещение, ну уж точно не дворец. И вот заводят этих людей, и выходит перед ними врач-кодировщик. И гнуснейшим и подлейшим голосом начинает им читать лекцию о вреде алкоголя: «Вот, алкоголь — это наркотический яд, а вы его пьете, мозги разрушаете, здоровье подрываете, семьи у вас разваливаются, деньги пропиваете, на работе вас гоняют…» Ну такую ахинею несет, слушать невозможно. Люди сидят, слушают, слушают и начинают засыпать. Он минут двадцать отпел эту песню, пол зала уснуло. А пол зала сидит, чего-то ждет.

Он по-новой начинает: «Вот, алкоголь — это наркотический яд, а вы его пьете, мозги разрушаете…» И вторая половина засыпает. Еще минут через двадцать человека три сидят, еще не спят.

Он вообще нараспев начинает: «Вот, алкоголь…» И эти «бум-бум», глаза закрывают.

И вот когда все уже уснули, он подкрадывается к ящику (у него на столе стоит пустой фанерный ящик из-под папирос) и говорит: «Алкоголь — это страшный наркотический яд». И как кулаком бабахнет по этому ящику! Весь зал в диком ужасе подпрыгивает: «Что такое? Что случилось?» Ну вот такое ощущение, что на тебя рухнул потолок.

А он уже командирским голосом: «Так, лекция моя закончилась, и сейчас перейдем к индивидуальному кодированию. Сейчас пойдете, будете решать с родственниками, кого на сколько. Кодирую на месяц, на три месяца, на полгода, на год, на три года, на пять, на десять и на всю жизнь. Идите и решайте».

Только они привстали, он: «Стоп. Но учтите, я один из лучших учеников Довженко. На какой срок закодирую, в течение этого срока ни грамма, ни-ни. У меня зять не выдержал, помер. (Уууххх, зять помер, надо же. Страху напустил.) Ну, идите теперь и решайте».

И вот пока они там решают, он уже готовит индивидуальный кабинет для кодирования, уже по одному их туда заводят. Ставит кресло, у него есть помощник. Значит, заводит очередного человека, садит его в кресло, подходит к нему, смотрит ему строго в глаза и задает вопрос: «Ну что, три недели не пил?»

Вот это самый ответственный момент всего кодирования, он должен понять, что человек его не обманывает. Потому что если он три недели не пил, он может и три года не пить. А есть люди, которые недели выдержать не могут, они таких не имеют права кодировать (он может сорваться и умереть от этого кода).