Вадим Воля - ПРО_ЗРЕНИЕ. Или как я избавился от очков за 7 дней

Между тем, качая головой вправо и влево в такт музыке, я подхожу к станции метро. Настроение у меня превосходное, погода отличная, времени в моем распоряжении предостаточно, и я решаю проехаться на метро в центр. Не снимая наушников, захожу в вестибюль станции, оплачиваю проезд, встаю на эскалатор, еду. Некоторое время увлеченно слушаю музыку, но тут, что называется, «ради спортивного интереса», решаю в очередной раз убедиться в сногсшибательных результатах моей зоркости. Выбираю один из приглянувшихся мне рекламных плакатов, старательно моргаю, но вдруг… Вдруг я понимаю, что глаза мои отказываются фокусироваться на выбранных мною строчках. Ничего не понимая, я снова моргаю, еще старательнее, чем в прошлый раз, и снова пытаюсь прочесть надпись. Надпись по-прежнему остается в близорукой дымке. Я снова моргаю и перевожу взгляд на другой плакат. Тот же результат. На третий плакат. Опять та же история. Я отчаянно хлопаю глазами, трясу головой вправо и влево, но ни одна из проезжающих мне навстречу рекламных табличек не становится более резкой. Я в смятении. Я чувствую себя волшебником-недоучкой, в руках которого только что творившая чудеса волшебная палочка вдруг становится самой обыкновенной палкой. Между тем эскалатор спускает меня на платформу станции, куда уже тем временем подали нужный мне поезд. Я захожу в вагон. В вагоне еще раз пытаюсь поймать режим «острого» зрения, однако и тут мне это не удается. Все попытки рассмотреть схему метрополитена с изрядного расстояния заканчиваются ничем. Я пытаюсь понять происходящее. И не понимаю. Глаза мои не устали. Во всяком случае, я не чувствую ни малейшей усталости. В течение упражнений я тщательным образом следил за этим, а время от времени давал глазам отдохнуть, накладывая на них ладони, сложенные лодочками. На всякий случай я и сейчас прикрываю лицо ладонями, хотя и не очень верю, что это сможет что-либо изменить. Так и есть. Ничего не меняется. Я отнимаю ладони, снова смотрю на схему, однако же результат остается тем же. Схема решительным образом отказывается выйти из близорукого тумана. Я повторяю попытку, не очень-то надеясь на результат, и снова не могу поймать режим «острого» зрения. Ничего не меняется.

Тем временем, сделав несколько положенных ему остановок, поезд привозит меня на нужную станцию. Я выхожу из вагона, встаю на эскалатор и двигаюсь к выходу. По пути я мельком проверяю свою утраченную зоркость, «не вернулась ли», оказывается, что нет. Эскалатор поднимает меня в вестибюль станции, и, движимый общим потоком петербуржцев и гостей города, я наконец оказываюсь на Невском проспекте. Здесь поток рассредоточивается, и у меня появляется возможность оправиться и оглядеться, чем я незамедлительно и занимаюсь. В том смысле что оправляюсь и оглядываюсь.

Я смотрю на высвеченные солнцем дома, на голубое небо, мельком (только мельком!) бросаю взгляд и на само солнце. Прикрываю глаза веками и на какое-то время подставляю солнцу свое лицо.

Весеннее солнце выглянуло из-за легких облаков и расцветило панораму пятнами ярких красок. По преимуществу желтой, голубой и розовой. Постояв так некоторое время и понежившись в лучах ласкового весеннего солнца, я двигаюсь вдоль Невского. Я разглядываю нюансы его архитектурных изысков, пробегаю глазами по витринам, по вывескам и тут, к великому своему удовольствию, замечаю, что моя зоркость, на время покинувшая меня в полутемных, мерцающих холодным мертвенным светом тоннелях метро, опять вернулась ко мне! Все восстановилось! Я опять вижу. И вижу очень хорошо. Яркий солнечный свет вернул мне мою былую зоркость! Я вышагиваю по Невскому неторопливой царственной походкой. Внимательным образом изучаю все детали, попадающиеся мне на глаза — фронтоны зданий, ковку и литье оград, решеток и парапетов, замысловатые переплетения алебастровых узоров, скульптурные композиции, рельефы, барельефы, колоннады и балюстрады.

Время от времени мельком я бросаю короткий боковой взгляд на солнце. Иногда я останавливаюсь, прикрываю глаза веками и подставляю солнцу свое лицо. Я понимаю, что глазам необходим солнечный свет. Домой я возвращаюсь поздно.

ВЫВОД, который я бы сделал, будь я читателем этой книги:

Больше света! Лучше бы, конечно, солнце, но на крайний случай сгодится и лампа. Даже люминесцентная. Кратковременный взгляд — меньше секунды! — очень благотворен.

БОЛЬШЕ СВЕТА!

День шестой

Выходной. — Головокружительные метаморфозы. — Технический перерыв. — Новое о пользе автомобилей. — Я больше не очкарик! — Счастливая дата. — Три удовольствия от одной книги

Сегодня у большей части народонаселения нашей страны выходной. Я с удовольствием присоединяюсь к большей части народонаселения и принимаю решение сегодня тоже не работать. (Надо заметить, что подобные решения даются мне особенно легко.) Итак, я решаю весь сегодняшний день целиком и без остатка посвятить отдыху, самосозерцанию и, конечно же, тренировке. Я наскоро завтракаю, одеваюсь и бегу на улицу. День чудесный! Солнце, небо, воздух, весна вместе создают головокружительную атмосферу! Но это еще только половина дела.

Другая же половина дела в том, что метаморфозы, произошедшие со мной (а именно — с моим зрением), столь разительны, столь ошеломляюще эффектны и вместе с тем столь внезапны, что я не успеваю не то чтобы к ним привыкнуть (об этом даже и не идет речи), но хотя бы смириться или уж на самый крайний случай — просто поверить в случившееся.

Даже это мне не дается, или же дается, но с крайним трудом, и я пребываю в состоянии некоторой экзальтации, некоторой эмоциональной приподнятости. Я бодро шагаю по улице. Я дышу. Я смотрю. И что, пожалуй, сейчас самое главное, я вижу! Я шагаю по улице и ловлю взгляды идущих мне навстречу людей, Я ловлю взгляды прохожих. Часто — сумрачные и близорукие. Мне кажется, что их смущает моя беспричинная, по их мнению, улыбка. А меня моя улыбка нисколько не смущает. Я же знаю, что она не беспричинная. Я иду по улице, смотрю по сторонам и ловлю глазами каждую деталь, каждую мелочь, всякий пустяк, попадающий в поле моего зрения. Прошлогодний лист, каким-то чудом довисевший на своем черенке до новой весны, вышагивающая по обочине ворона, трещина в асфальте, пачка из-под сигарет. Все это доставляет мне несказанную радость, и я любуюсь всем этим, как изысканным шедевром прославленного ювелира.

Режим моего «острого» зрения уже так велик, что является главным режимом моего видения. Я по-прежнему время от времени моргаю.

Я делаю это осознанно, но уже не слишком часто. Немногим чаще, чем обычное рефлекторное моргание. То есть примерно так же, как это делают все здоровые, не страдающие близорукостью люди.

С удовольствием замечаю, что и безо всяких морганий вижу несказанно лучше, чем мог себе позволить неделю назад. (Всего лишь неделю назад!) Это не может не радовать.

Я принимаю решение поделиться своей радостью с близкими — хочу отправить по электронной почте письмо со своими оптимистическими руладами. Интернет-кафе находится за углом. Я заворачиваю, прохожу через арку во двор, но на входе вижу надпись о техническом перерыве. (Издалека вижу!) Перерыв в интернет-кафе на один час. Даже меньше. (Осталось минут сорок пять.)

Я нисколько не огорчаюсь. Такого незначительного повода явно недостаточно, чтобы сколько-нибудь омрачить мое сегодняшнее настроение. Я принимаю решение дождаться открытия, а пока хочу немного прогуляться по широкой, метров, наверное, семьдесят-восемьдесят, площади перед зданием Российской национальной библиотеки. (Я очень люблю большие открытые пространства, но в Москве мне их очень и очень не хватает.) И вот я иду по площади, по центральной ее части. Справа и слева от меня на весьма солидном расстоянии (метров, наверно, не менее тридцати) в изрядном количестве стоят припаркованные автомобили. И тут я с восторгом понимаю, что свободно читаю их номерные знаки. Легко! Причем как с одной, так и с другой стороны! Это победа! Ничего подобного я не мог бы себе представить всего еще неделю тому назад. Да! Всего еще неделю назад для того, чтобы разглядеть подобную мелочь, мне бы понадобились очки со стеклами в «минус четыре диоптрии». А сейчас! Сейчас я проделываю это своими собственными, ничем не вооруженными глазами! Три четверти часа я хожу по площади и с наслаждением читаю номерные знаки чужих автомобилей. Сладкое чтение! Никогда и ничего я не читал в этой жизни с большим увлечением! Клянусь вам!

Между тем сорок пять минут моей прогулки истекли, и я решаю вернуться в интернет-кафе. Я подхожу к входу и вижу (опять издали!), что прежней таблички о техническом перерыве уже нет, зато на двери появилась новая, переносящая время открытия заведения еще на час. Меня и это не огорчает. Напротив, я нахожу работников интернет-кафе весьма обходительными по отношению к своим клиентам. Ведь можно же было просто не открывать двери в течение часа — и все. А тут, гляди-ка ты, новую табличку вывесили. Культура! Понимая, что в моем распоряжении появился целый час незапланированных прогулок, я опять иду на площадь перед зданием библиотеки. Мне очень приятно лишний раз убедиться, что я уже не очкарик. Я встаю в центр площади, в самую что ни на есть сердцевину, тщательно вымеряю расстояние до правых и левых автомобилей (мне кажется важным, чтобы расстояния были одинаковыми) и снова с восторгом и наслаждением читаю номерные автомобильные знаки.