Красно-белый - Владислав Викторович Порошин

— Молодец парень! — Заорали с трибун сторонние сочинские болельщики, снова искупав меня в аплодисментах.

— Давай хет-трик! — Выкрикнул кто-то, пока я семенил на свою половину.

Однако, мои партнёры по команде были не так рады, тому счёт стал — 3: 0. Сначала напихал мне Гаврилов, что я единоличник, затем добавил Ярцев, что я тут перед девочками красуюсь, и наконец, Хидиятуллин пригрозил, если буду много выделываться, то он разберётся со мной в раздевалке. Я хотел было огрызнуться, и пригрозить сам выбитыми на открытый воздух зубами, но решил не ерепениться. Когда дойдёт до дела, я всем покажу, как выглядит моя коронная, отработанная многими годами тренировок, двоечка в челюсть.

А после возобновления игры, получив третью плюху, футболисты из Пятигорска решили больше не рисковать, не лезть вперёд и стараться как можно чаще контролировать мяч. Минуты четыре они только и делали, что катали его в защите и откидывали вратарю. Мой «Спартак» вяло пытался идти в прессинг, так как многие ребята уже подустали. На бровке же вновь стал разминаться нападающий, по мою душу. Поэтому я рванул в бессмысленный отбор.

Завладеть мячом, бегая одному против четырёх игроков защиты — это утопия, даже если они и из второй Союзной лиги. Однако поле центрального стадиона в городе Сочи и идеальный газон на итальянском «Сан-Сиро» — это две большие разницы. Поэтому незаметная кочка, сжалившись над моими метаниями, вдруг сыграла за меня. Мяч, катящийся низом от крайнего игрока обороны центральному защитнику «Машука» внезапно подпрыгну и изменил направление, а я, рванув, бросился двумя ногами вперёд. И именно из-за какого невероятного усилия мне удалось дотянуться до черно-белой футбольной сферы. После чего я резво вскочил, и уже по прыгающему мячу рубанул со всей дури, которой было много в молодости, взъёмом. На этот раз траектория мяча получилась крайне неприятной для голкипера из Пятигорска. И вроде он всё видел, и расстояние было двадцать пять метров минимум, но футбольный снаряд, пролетев на высоте в полтора метра, так закрутился, что резко нырнул вниз точно перед вратарём. Бедный кипер «Машука» прыгнул, сматерился, видя как мяч, ударившись о газон, перелетает через него и поплёлся вынимать в четвёртый раз новенький с чёрно-белым рисунком кругляш из сетки своих ворот.

— Молодец! Молодец! — Раздалось с трибун.

Я помахал рукой болельщикам, которых было где-то тысячи две на двенадцатитысячной арене, и побежал на смену, где меня уже поджидал злой ассистент Константина Ивановича Бескова. Кстати, сам метр по традиции смотрел игру сидя на зрительской трибуне, чтобы лучше читался рисунок ажурной, комбинационной игры.

— Единоличник, мать твою, — бросил мне в спину ассистент, выпуская в поле Александра Калашникова, и тут же скомандовал в сторону скамейки запасных. — Черенков разминайся, сейчас заменишь Корешкова на правом краю полузащиты.

— Нормально сыграл, — улыбнулся Фёдор Черенков, когда я уселся на его место. — Только влетит тебе сегодня от Константина Иваныча.

— Когда кладёшь три штуки, и тебя ругают — это мелочи жизни, а вот когда ты три верных момента запорешь, и к тебе нет претензий, то это уже клиника. — Усмехнулся я в ответ.

Неожиданно ко мне подошёл «Дед», то есть Николай Петрович Старостин, смерил меня долгим взглядом и после небольшой паузы сказал:

— Футбол, молодой человек, игра коллективная. В следующий раз не стоит забывать об этом.

— Для меня, как для нападающего, Николай Петрович, стеночки и забегания — это факультатив, а забитые мячи уже обязательная программа, — ответил я моментально, так как по жизни не привык лезть за словом в карман.

— Ну, ну, — хитро усмехнулся легендарный начальник московской команды «Спартак».

Глава 3

Как позже я узнал, команду поселили в молодёжный центр «Спутник», в бетонную высотку в живописном месте на берегу маленькой речушки Агура. Свежий воздух, рядом в отдельном двухэтажном здании — библиотека, кинозал и одна из первых профессиональных дискотек в Союзе, где по вечерам гуляла как приезжая, так и местная молодёжь. В общем отвлекающих от футбола факторов было более чем достаточно. Но у старшего тренера Бескова особо не забалуешь, поэтому сразу после победы над «Машуком» из Пятигорска, со счётом — 4: 0, как только футболисты поели, состоялся «разбор полётов». Ведь второй тренер команды Фёдор Сергеевич Новиков, которого я сначала впопыхах и не заметил, пока шёл матч на магнитофон начитал тактико-технические действия каждого отдельного футболиста. Это такая статистическая загогулина: сколько пасов отдал, сколько единоборств выиграл, сколько раз обыграл соперника, пробил по воротам, забил голов и много другое.

И когда весь физически крепкий коллектив собрался в небольшой служебной аудитории, на первом этаже спального корпуса. Старший тренер Константин Бесков, опираясь на данные своего помощника, каждому выставил оценки:

— Ринат Дасаев — оценка пять. Свою работу выполнил на отлично. Виктор Самохин — оценка четыре, большой процент брака при передачах вперёд. Вагиз Хидиатуллин — оценка четыре, дважды проиграл верховую борьбу. Сергей Шавло — оценка четыре с плюсом, нужно было несколько раз отдать вперёд, а ты все играл поперёк поля, да назад…

Под это монотонное зудение и под множеством свалившихся на меня неожиданных перемен, я постепенно стал засыпать. Нет, я всё понимаю, разбор игры даже против команды второй лиги — дело важное и ответсвенное. Но можно же было устроить его завтра утром? Зачем сейчас нас всех мучить?

— Никонов! — Прозвучала моя фамилия из уст старшего тренера, поэтому я встрепенулся. — Оценка три с минусом.

«Как три с минусом? — я чуть со стула не упал. — Я же три банки заколотил!».

— Как три с минусом? — Спросил я, из-за чего на меня устремились десятки глаз.

— У тебя брак в передачах по первому тайму — 50 %. Я бы тебе влепил кол, но учитывая забитые мячи оценка — три с минусом.

— Так это защитникам с полузащитниками, которых никто не прессингует ошибаться негде, — от возмущения я встал со стула. — Пятьдесят процентов брака для нападающего, которому надо идти в обыгрыш, принимать мяч, когда на спине висит соперник, это хороший показатель.

— Никонов сядь я сказал! — Выкрикнул второй тренер Новиков, низенький суховатый мужчина лет пятидесяти, с въедливыми хитрыми глазами.

— Никонов — оценка два! — Тут же осадил меня и Константин Бесков.

Я плюхнулся на стул. И мне кто-то из запасных ребят, которых я ещё плохо различал, шепнул:

— Дурак, если оценка два, то про премиальные можешь забыть.

— Разберёмся, — пробурчал я, опустив голову.

Если бы кто-нибудь из моих пацанов, тренировавшихся под моим руководством, забил три штуки, сыграв не по установке, а по наитию, то я