Цундоку. Японское искусство коллекционирования книг - Тайки Раито Пим
В подобных случаях, как правило, мы чуть более снисходительны к самим себе. Невозможно, чтобы человек интересовался всем в одинаковой степени. Однако уже сам факт, что мы приобрели научный журнал, говорит о том, как мы подходим к поиску интересующей нас информации. Эта книга может так и остаться лежать нераспакованной, но мы все равно можем быть уверены, что эта покупка принесла нам пользу, ведь именно она подтолкнула нас к поиску новых знаний.
Умберто Эко, ничего не зная о существовании такого феномена, как цундоку, смог очень точно его описать.
Знакомые приходили к нему в гости. Видя перед собой огромную библиотеку – около тринадцати тысяч экземпляров (о таком мечтают наверняка многие из вас!), – спрашивали, читал ли он все эти книги. Из раза в раз следовал очевидный ответ: «Нет».
Во-первых, потому что прочитать тринадцать тысяч книг физически невозможно. Во-вторых, потому что «непрочитанные книги куда ценнее и важнее книг прочитанных».
Столь богатая домашняя библиотека Эко, которую он не переставал постоянно пополнять, служила для писателя своего рода наглядным напоминанием о том, как много он еще не знает об этом мире. Глядя на все эти книги, писатель чувствовал интеллектуальный голод, в нем просыпался интерес двигаться шаг за шагом все дальше и глубже в своем познании.
Возможно, вы когда-нибудь замечали за собой схожую манеру поведения, разговаривая с друзьями, коллегами или просто знакомыми. Беседа может касаться чего угодно, но часто мы замыкаемся в собственном знании, в собственном видении ситуации, выражая свое мнение. Факты, на которых мы при этом основываемся, были взяты из личного опыта, из разговоров с другими людьми и, конечно, из книг, которые мы прочитали. Мы относимся к своим познаниям как к чему-то очень личному и дорогому. Более того, мы готовы ревностно отстаивать свои позиции вплоть до того, что иногда перестаем прислушиваться к людям, призывающим нас раздвинуть рамки в голове и посмотреть на вещи под другим углом.
Иметь дома много непрочитанных книг – значит постоянно напоминать себе о том, сколько всего еще предстоит узнать, и о том, каким долгим может оказаться этот путь. Непрочитанные книги одним своим существованием призывают нас мыслить шире и не бояться соприкасаться с чужим мнением, которое (точно так же, как и тысячи страниц, которые мы пока не открывали) есть неизведанная территория.
Воспитывать детей в окружении книг
Если ребенок воспитывается в доме, полном книг, он будет быстрее и легче развиваться. Будут и долгоиграющие последствия. Об этом свидетельствуют результаты исследования австралийских ученых. Они решили проверить, действительно ли чтение книг в подростковом возрасте положительно сказывается на уровне грамотности, математических навыках и умениях обращаться с техникой во взрослой жизни. В исследовании принимали участие мужчины и женщины из 31 страны. Результаты показали: если в доме, где воспитывается ребенок, будет хотя бы 80 книг, он будет лучше считать и быстрее читать, когда вырастет. Этого будет достаточно, чтобы в будущем обеспечить ребенку более высокий уровень грамотности, развить навыки в области информатики, а также коммуникативные способности. Как показывает исследование, на все это прямым образом влияют книги. Что самое интересное, речь идет не о чтении, а лишь о наличии книг дома.
Если с ранних лет малыша будут окружать книги, он быстрее познакомится с этим новым для себя предметом и привыкнет к тому, что они сопровождают его в повседневной жизни. Таким образом дети научатся распознавать книги среди тысячи других предметов и будут считать их неотъемлемой частью жизни и обстановки, в которой находятся. У них с малых лет будет просыпаться интерес к этой необычной «игрушке», им будет хотеться взять ее в руки и рассмотреть. Но быть окруженными книгами важно не только в самые ранние годы жизни. Это в равной степени справедливо и для подростков: положительно скажется на их когнитивных способностях, когда они станут взрослыми.
Я знаю, что я ничего не знаю. В таком случае я хочу не знать как можно больше
Американский эссеист и писатель ливанского происхождения Нассим Николас Талеб в своем бестселлере «Черный лебедь» призывает нас не переоценивать строгие индуктивный и дедуктивный методы мышления, а обратить внимание на то, сколько пользы порой можно вынести для себя, если в чем-то сомневаешься.
Талеб дает специальное название всем тем книгам, которыми уставлены наши книжные полки и которые напоминают нам о том, сколько всего мы еще можем для себя открыть. Он называет их «антибиблиотекой».
Цундоку по своей сути усиливает эффект цепной реакции: чем больше мы читаем, тем больше будем покупать книг, к которым никогда не притронемся. То же самое имел в виду и Умберто Эко: «Чем больше человек знает, тем больше непрочитанных книг на его полках». Именно так устроена «антибиблиотека» каждого из нас.
Знания, которые мы получаем в процессе чтения, не только подталкивают нас к другим, новым открытиям, но и дают понять: даже если бы все наше время мы тратили на то, чтобы становиться умнее, наших стараний все равно было бы недостаточно. В сравнении со всей информацией о мире, теоретически доступной к познанию, наш личный опыт неизбежно будет казаться крайне бедным. Однако, как ни странно, когда мы для себя это уясняем, мы уже не реагируем так, как, возможно, следовало бы ожидать: мы не отчаиваемся, не перестаем читать и не прекращаем покупать книги. Напротив, нам нравится окружать себя знанием. Мы не претендуем на то, что вся эта информация станет нам однажды доступной. Но мы не перестаем пополнять свою домашнюю библиотеку.
Ведь книга, которую ты прочитал, уже никогда не будет завораживать так, как книга непрочитанная, полная тайн и загадок.
По сути, необходимо признать, что Сократ был прав. Квартира человека, который избрал для себя стиль цундоку, словно заявляет от лица своего хозяина всему миру: «Я знаю, что ничего не знаю!» И я уверен в этом настолько, что хочу предоставить вам конкретные, материальные доказательства. Я знаю, что я ничего не знаю, но мне нравится, что повсюду меня окружает источник знания.
И когда мы говорим про «знания», мы не имеем в виду то, о чем пишут в школьных учебниках. Ведь есть люди,
