Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

дам тебе в рыло, жидовская морда", — и как вцепится нашему Арончику в ухо, мерзавец! Когтями и зубами. Рвёт. Сейчас меня стошнит.

Зачем я всё это рассказываю? А вам не ясно? Неужели? Мне жалко. Не кота — мне вас жалко.

Я скоро умру, шутки в сторону. Я об этом знаю до-сто-вер-но. Достоверно. Достоверно. Но вы мне не верьте. Я ещё буду долго жить. Нарочно. Да, и у меня будут дети. А кот… а что кот? Сбежал, ну, и хуй с ним. Его вообще не было. Понятно? КОТА НЕ БЫЛО! Вот так.

Прости меня, Арон. Я предал нашу мужскую дружбу. Я злой старик-жидовская морда. Моя фамилия Робинзон.

Из уха идёт кровь. Я хочу своего кота!

"Арон! Если ты читаешь эти строки, пожалуйста, отзовись. Девять лет мы жили душа в душу, вспомни! Мы вместе справляли день нашего рождения, вращали глазами, тёрлись о стену, смотрели телевизор, слушали музыку, ворчали, ели, пили таблетки, спали и видели друг друга во сне, разговаривали, думали, испражнялись, кончали жизнь самоубийством… Твоя шерсть повсюду. Твой запах непобедим!".

Снимите с меня наручники! Мой кот, что хочу — то и делаю. Могу убить. И себя тоже. Всех. Свиньи. Фашисты!

У меня кровоточит ухо. Я хочу кота. Назад. Назад кота! Назад кота! Назад кота! Я умираю.

Готово.

13 февраля 2002

История о красоте

Все нынче задались вопросом о том, кто мир спасёт.

Я однажды присутствовал на одном странном литературном мероприятии. Дело было на берегу Дона. Ветер колыхал скатерти накрытых столов и пел в откупоренных бутылках. Среди общего гомона и хруста одноразовых вилок встал один мордатый писатель, похожий на кабана и начал речь:

— Я думаю, что Достоевский был всё-таки прав, — сказал он. — И красота всё-таки спасёт мир. Так давайте выпьем за красоту русского оружия. Господ офицеров прошу пить стоя…

А с Дона снова подул ветерок, и запахло свежестью и скошенным сеном.

Самое интересное, что всё это мероприятие было посвящено Толстому. Ну, я понимаю, что Мышлаевский считал, что Толстой — великий писатель, потому как артиллерийский офицер, а не штатская штафирка…

А встать… Ну, пришлось встать — куда денешься.

А лето… Что ж лето — это хорошо, хорошо его ожидать дома. К сожалению, на пути ещё весна — пора неустойчивости и смятения.

18 февраля 2002

История о шашлыках

Однажды я посетил собрание гораздо более странных людей, чем я сам. Речь пойдёт, правда, не о шашлычниках, а о фантастах. И вот я ходил мимо нетрезвых сочинителей, их поклонников, критиков и издателей этого жанра. Часть каждого из определений подходила и ко мне.

Там познакомился я со странной парой — девушкой, занимающейся public relations и её молодым человеком. Молодой человек оказался не совсем молодым, мне ровесником, к тому же бывшим чекистом, а ныне хозяином сети оружейных магазинов. Он проникся ко мне светлым чувством, поскольку я был, кажется, единственным, кто не приставал к его барышне. Я не делал этого, правда, не из моральных соображений, ибо таковые соображения меня редко посещают, а из эстетических. Пара была странная, от девушки исходил какой-то эротический запах, что заставлял мужчин, стоящих с ней рядом сводить скулы, выделять слюну и втягивать животы.

Я же человек упитанный: втягивай — не втягивай, толку не будет. К тому же пара эта была обречённая — буржуазный оружейник и богемная барышня. Итак, оружейник предложил мне зайти к друзьям — друзья, приехавшие в ту лесистую местность сепаратно и самостоятельно, жарили шашлык.

Поломавшись для виду, я согласился. Первым я увидел симпатичного нетрезвого человека, что насаживал на шампур мясо, собираясь при этом проткнуть себе ладонь. Я отобрал у него инструмент и принялся жарить шашлык самостоятельно.

Вечерело. С замёрзшего озера раздавался рёв заблудившихся снегоходов. Они волокли за собой безжизненные тела свалившихся новорусских седоков. Пахло снегом и дымом. Вдруг какая-то дама говорит мне в спину: "Там ещё два шампура. Сделай их быстренько!"…

Что-то мне в этом тоне не понравилось. Что-то в этом тоне было нехорошо. Что-то в нём было от приказа. Но что делать — своё присутствие надо было оправдывать. Не отвечать же, право, что я так, забрёл пожевать чего-нибудь на дармовщинку. И я повиновался.

Наконец, совсем стемнело. И тут дама произнесла: "Эй, знаешь, вот возьми водочки ящик, что остался, и донеси до номера. Мы тебе ещё двадцаточку накинем".

Так я заработал денег, продолжая оставаться Почётным гостем фантастического мероприятия. Оружейник, впрочем, претендовал на комиссионные, но ему было отказано. Один писатель, которому эта история была поведана в лицах, пытался перекупить её у меня за большие деньги, но ему было отказано тоже. Нечего лапать. Моё.

19 февраля 2002

История о капусте и корице

Однажды я тушил капусту. Я стал владельцем кочана капусты, которую принесли в мой дом две возвышенные барышни. Впрочем, они принесли мне ещё и бутылку вонючего самогона, который сами и вылили в кухонную раковину. Потом они пытались играть в жмурки, делать самокрутки из моих документов, озарять пионерскую ночь синими кострами моей мебели. Однако вскоре они растворились в ночи, а я остался наедине с мирозданием, в котором храпят лидеры мировых держав — попеременно, правда. То один, то другой. В котором всё связано — семантика и поэтика, еда и философия, предназначение и ирония. Мирозданием, в котором природоохранительные организации сидят с удочками на берегах океанов, пожарники тупо корчат рожи в начищенные медные каски, физкультурники пилят гантели в ожидании золотого клада, службы спасения ловят единственную старушку, которая не хочет переходить улицу, дети душат друг друга в песочницах. Один я стою на страже мира, прогресса и человеческого счастья поэтому и принялся я, как поэт Бродский утилизовать трофейное, предаваясь той самой поэтике. Но по случайности, перепутав баночки с пряностями — вместо приправы насыпал в капусту корицы. Капуста получилась захватывающей и поэтичной, как коричная и пряная проза писателя Бруно Шульца. Однако этот вкус не успел укорениться во мне. Потому как сижу я, ощущая капусту внутри себя, а возникают другие ночные люди и говорят: пойдём, братан, есть итальянской еды. Ну, отвечаю, пойдём. Пошли. Там, значит, жареные баклажаны в томатном соусе на фарфоровой сковородке прыгают, телятина по-тирольски, сложенная горкой, а там и итальянские конвертики подвалили… Ну, в общем, вкус капусты я и забыл.

20 февраля 2002

История с географией

Да… География — странная вещь. Вот меня всё время занимала