Литагент «АСТ» - Пушкин и 113 женщин поэта. Все любовные связи великого повесы

Истомина Евдокия Ильинична

Евдокия (Авдотья) Ильинична Истомина (1799–1848) – талантливая петербургская балерина. Она была капризной, избалованной красавицей, всегда окруженной роем многочисленных поклонников.

О ней говорили: «В театре, на сцене, в танцах с грациозными и сладострастными движениями – прелесть!» Истомина блистала на столичной сцене до 1836 года.

Пушкин был очень ею увлечен. Он сам впоследствии вспоминал об этом предмете своей страсти: «…Когда-то волочился подобно кавказскому пленнику», хотя еще в 1817 году отразил образ жизни Евдокии Истоминой в едкой эпиграмме «Орлов с Истоминой в постеле…», в стихотворении «Лаиса, я люблю твой смелый, вольный взор» (1819) и в 1-й главе «Евгения Онегина» (1823), а также вспоминал о ней в «Двух танцовщицах»: «Истомина в моде, она становится содержанкой, выходит замуж. Ее сестра в отчаянии – она выходит замуж за суфлера. Истомина в свете. Ее там не принимают…»; в замыслах и планах «Русского Пелама» (1834–1836): «Характеры… Истомина, Грибоедов, Завадовский… введено в действие много лиц, причастных к театру: драматург Шаховской, балерина Истомина, в связи с ними актриса Ежова, поклонник Истоминой Завадовский и, по-видимому, в связи с дуэлью Завадовского с Шереметевым из-за Истоминой – Грибоедов».

Евдокия Истомина с января 1823 года исполняла роль Людмилы в балете на тему поэмы Пушкина «Руслан и Людмила», поставленном в Петербурге. Также она танцевала партию черкешенки в балете «Кавказский пленник», поставленном Дидло по поэме Пушкина.

30 ноября 1823 года Пушкин, с нетерпением ожидавший вестей об этой постановке, писал брату Льву из Кишинева: «Пиши мне о Дидло, о черкешенке Истоминой, за которой я когда-то волочился…»

Как прима-балерина императорского театра она имела жалованье 10 000 рублей в год. С ней близко дружили В. В. Шереметев, А. П. Завадовский, А. И. Якубович, А. С. Грибоедов и др. Первый из них был ее содержателем, тратя на нее до 300 тыс. рублей в год. Однажды она, поссорившись с Шереметевым, ушла к Завадовскому. Шереметев в порыве ревности вызвал Завадовского на дуэль и смертельно ранил его. Тогда же, в 1818 году, Якубович, будущий декабрист и поклонник Истоминой, вызвал на дуэль еще одного ее близкого друга – А. С. Грибоедова. По некоторым сведениям, на этой дуэли у Грибоедова была прострелена левая рука и вроде бы по этой покалеченной руке в январе 1829 года в Тегеране и был опознан его труп.

Колосова Александра Михайловна

Александра Михайловна Колосова (1802–1880) – известная петербургская актриса, дочь Евгении Ивановны Колосовой (1782–1869) – балерины.

Актерскую квартиру Колосовых часто посещала театральная молодежь, в первые послелицейские годы там часто бывал и Пушкин. С Александрой Михайловной он встречался также у Шахновского, Ивелич (соседки Пушкиных) и в петербургских театральных кругах. Колосова вспоминала: «…Он [Пушкин]… стал довольно часто посещать нас, смешил своею резвостью и ребяческою шаловливостью. Бывало, ни минуты не посидит спокойно на месте; вертится, прыгает… перероет рабочий ящик матушки; спутает клубки гаруса в моем вышиванье».

Александра с необычным успехом начала выступать на сцене с конца 1818 года после окончания театральной школы. Первый бенефис Колосовой состоялся 8 декабря 1818 года, когда после исполнения главных ролей в «Заире» Вольтера и опере-водевиле «Мнимые разбойники», она с блеском станцевала русский народный танец. Затем большой удачей Колосовой стало исполнение роли Антигоны в трагедии Озерова «Эдип в Афинах».

В январе 1819 года Александра Колосова сыграла главную роль в трагедии «Эсфирь» Расина, в которой до нее блистала Е. С. Семенова. Пушкин в статье «Мои замечания об русском театре» (1820) писал: «В скромной одежде Антигоны, при плесках полного театра, молодая, милая, робкая Колосова явилась недавно на поприще Мельпомены. 17 лет, прекрасные глаза, прекрасные зубы, нежный недостаток в выговоре обворожили судей трагических талантов. Приговор почти единогласный назвал Сашеньку Колосову надежной наследницей Семеновой. Во все продолжение игры ее рукоплесканья не прерывались. По окончании трагедии она была вызвана криками исступления…»

У Александры Михайловны одно время была размолвка с поэтом из-за его страстного увлечения Е. С. Семеновой. Некоторые пушкинисты считают, что ссора была вызвана завистниками: Пушкину передали, будто бы Колосова смеялась над его внешностью и назвала его мартышкой, на что поэт ответил злой эпиграммой «Все пленяет нас в Эсфире» (1820).

П. А. Катенин и А. С. Грибоедов, друзья Колосовой, стали укорять Пушкина и настаивать, чтобы он помирился с ней. Пушкин сознался в своей опрометчивости и, несмотря на свой неуступчивый характер, был готов явиться к ней с повинной, но не успел – его отправили из Петербурга на юг. Однако примирение произошло, перед отъездом в апреле 1821 года поэт передал Катенину отречение от своей эпиграммы «Кто мне пришлет ее портрет». Будучи уже в Молдавии, поэт снова повинился перед Колосовой в стихотворении «В кругу семей» (1821).

После окончания ссылки осенью 1827 года Пушкин возобновил свои отношения с Колосовой. К этому времени Александра уже вышла замуж за известного актера В. А. Каратыгина, хорошего знакомого поэта. Она очень хотела поставить в театре «Бориса Годунова» Пушкина, но цензура не разрешила эту постановку.

В феврале 1837 года Александра Михайловна присутствовала на отпевании Пушкина в Конюшенной церкви.

Голицына Мария Аркадьевна

Мария Аркадьевна Голицына (1802–1870), ур. Суворова-Рымникская – внучка великого полководца А. В. Суворова, фрейлина, жена (с мая 1820 года) князя М. М. Голицына (1793–1870), камергера, действительного статского советника.

Мария Голицына была очень талантливой, имевшей хорошее музыкальное образование и прекрасный голос женщиной, оставившей глубокий след в художественном восприятии поэта. Ее пение очень высоко оценивали В. А. Жуковский, А. И. Тургенев и П. А. Вяземский.

Пушкин познакомился с ней, по-видимому, в Петербурге в 1818 году. Поэту очень нравилось, как она исполняла романсы, написанные на его стихи. Известно, что в южное путешествие он отправлялся очень неохотно. М. О. Гершензон считал, что причиной этому было сильное чувство Пушкина к Марии, и его очень волновала вынужденная разлука с любимой женщиной. И, действительно, вскоре после отъезда поэта, 9 мая 1920 года, Мария согласилась на замужество с князем Голицыным.

Тем не менее через некоторое время поэт снова встретился с ней в Одессе, где тогда жила ее сестра Варвара. По возвращении из ссылки в Петербург Пушкин возобновил свои встречи с Марией Аркадьевной. С. М. Дельвиг писала в это время, что поэт очень увлечен «некоей кн. Голицыной, о которой он пишет много стихов». В середине мая 1828 года она была в числе наиболее близких поэту лиц, приглашенных в салон Лавалей для прослушивания его «Бориса Годунова». В этот же период он вписал в ее альбом написанное ранее (1823) стихотворение «Кн. М. А. Голицыной».

Овошникова Евдокия Ивановна

Евдокия (Авдотья) Ивановна Овошникова (1804–1845) – воспитанница Театрального училища (в 1822), солистка балета. Она была дамой сердца Н. В. Всеволожского, приятеля Пушкина и его сослуживца по Коллегии иностранных дел, любителя театра и литературы, переводчика французских водевилей, члена литературного кружка «Зеленая лампа».

С Евдокией Пушкин встречался в 1819–1820 годах в доме у Всеволожского и на театральных вечерах. Он упомянул ее в послании к Всеволожскому «Прости, счастливый сын пиров» (1819). Позже, 27 июля 1821 года, Пушкин писал брату: «…Вот еще важнее: постарайся свидеться с Всеволожским – и возьми у него на мой счет число экземпляров моих сочинений… экземпляров 30. Скажи ему, что я люблю его, что он забыл меня, что я помню вечера его, любезность его… Овошникову его, лампу его – и все елико друга моего…»

В конце октября 1824 года, будучи в Михайловском, Пушкин писал Всеволожскому: «Не могу поверить, чтобы ты забыл меня, милый Всеволожский – ты помнишь Пушкина, проведшего с тобою столько веселых часов – Пушкина, которого ты видел и пьяного и влюбленного, не всегда верного твоим субботам, но неизменного твоего товарища в театре, наперсника твоих шалостей, того Пушкина, который отрезвил тебя в страстную пятницу и привел тебя под руку в церковь театральной дирекции, да помолишься господу богу и насмотришься на госпожу Овошникову…»

Видимо, поэт имел в виду Овошникову и Всеволожского, наметив план нового романа «Русский Пелам»: «Пелам выходит в большой свет и наскуча им вдается в дурное общество… Продолжает свою беспутную жизнь. Связь его с танцоркой…»

Киселева Софья Станиславовна

Софья Станиславовна Киселева (1801–1875), ур. Потоцкая – жена (с 1821) генерал-майора П. Д. Киселева, полячка. Ее мать, гречанка Софья Константиновна Глявонэ (Клавоне), из подавальщиц турецкого трактира стала женой И. Витта, затем любовницей графа Прованского, короля Людовика XVIII, генерала Салтыкова и светлейшего князя Г. А. Потемкина, а после его смерти – женой коронного гетмана Станислава Потоцкого. В последнем ее браке родились две дочери – Софья и Ольга.