Живой Журнал. Публикации 2013 - Владимир Сергеевич Березин

я писал, что СУП оказался, как я уже говорил, чем-то вроде современного ЖКХ. Взносы платятся, помещения сдаются, но трубы текут, а работники вопиют, что скажите спасибо, что на вас, граждане, ещё потолки не падают (хотя это заслуга ещё прежнего поколения строителей). Но СУП ещё и современная компания — с хорошими окладами, с фронтальной монетизацией и всем, что полагается.

Некоторое количество моих друзей там работали — и довольно большое количество знакомых получало эти деньги.

Правда, надо оговориться сразу: нравственные назидания — это как бочка с говном. Одно неловкое движение, и сами понимаете что будет.

Итак, начинается самое интересное — в разные годы я видел множество людей, что пиздили нефть, недоплачивали налоги, спекулировали квартирами и всё такое. Видел я людей, что делали аналогичные вещи в разных отраслях капиталистического хозяйства — и все они всё равно сходились за общими столами в разных кафе.

Конечно, никому в голову не приходило хвастаться тем, что он, риэлтер (к примеру) выгнал старичков на мороз в Реутов и выгодно перепродал их четырёхкомнатную квартиру в сталинской высотке (у меня много аналогий с недвижимостью, да). Некоторые персонажи умудрялись, конечно, хвастаться — даже в медиа, но не о них речь.

История с СУПом тем интересна, что она задокументирована в Сети — то, как били в бубен, открывая его, как постили картины неземной красоты интерьеров с видом не на пол-Москвы, а на всю Москву. ("Плюс ко всему, офис представлял собой пентхаус с огромной стеклянной крышей в здании «Смоленского пассажа». В общем, мне очень хотелось там работать" — особенно трогательно то, что работа в СУП в фейсбуке фигуранткой не упоминается. Как, впрочем и иными участниками исхода). Туда приходили разные люди, и, будто приняв присягу, вдруг начинали хамить прочим. Мне и некоторым дамам как-то хамил лично юзер другой — перед дамами, правда, потом извинился, ну а я как энтомолог, не в обиде. (Теперь, это событие, давностью в несколько лет смотрится как-то иначе).

А другие люди с разной степенью умения оправдывали другие огрехи компании — часто это выходило как с Полонским и Mirax Group. (И эта фраза тоже как-то ненужно-своевременно смотрится).

Интересна грань, до которой либеральный и метросексуальный (извините) человек готов прощать другим дурную работу — оказывалось, что плохую работу правительства никто не прощает, или там дурную работу незнакомого тебе врача, а собственную бессмысленную работу в качестве офисной плесени или некачественного топ-менеджера всем было легко оправдать.

Те люди, что ездили в Гоа, пили на корпоративах, были как бы видовым образом «свои», потому что места кормления были схожи, как и сорта употреблённого алкоголя.

И если кто-то работал плохо, это было в порядке вещей затратной экономики. И если кто-то подворовывал, или жил на подворованное — это был милый порок, что-то вроде курения.

А вот дурная работа СУПа встала как-то всем поперёк.

Я, кстати, вовсе не могу сказать, что СУП — образцово-плохая структура, помесь гестапо и оргкомитета жидомасонского заговора — вовсе нет. Это просто зеркало определённой социальной среды. Особое такое зеркало.

Например, я как-то работал с нефтью, так там просто нефть не умела разговаривать, а доходный материал, с которым имеет дело СУП умеет говорить и стучать по клавишам. А так-то нефть вам много бы рассказала, и как её за углеводород не считают, и как на землю льют, и про вскрытие нефтяной линзы варварским способом, и как… Ну, понимаете.

В этом и назидание — то есть, размышления о том, где тут грань видовых отношений? Люди в СУПе были ведь не правительством, не чекистами-негодяями, а ровно такими же любителями индийского Коктебеля, как и те, у кого подвисал обвешанный какой-то рекламной хренью журнал.

Это примерно так же, как толпа, вся горящая весёлой энергией протеста, вышла бы на площадь, постояла, и вдруг обнаружила, что половина присутствующих наёбывает другую половину. Ну милые же все люди, да наёбывают — а там, во второй половине, какие-нибудь врачи, что жалуются на маленькие зарплаты и поэтому плохо лечат, но не забывают намекать родственникам на подарки. И учителя с преподавателями, что теперь не намекают сами, а намекают через родительский комитет. И вот все кричат "Долой крыс", но вдруг сами замечают, что выражение лица у них глуповатое.

Тут, кстати, парадокс: благосостояние СУПа, казалось бы, впрямую зависит от контента, так что аргумент «вы же бесплатно пользуетесь, так и не петюкайте» работает, да не совсем. Популярность социального кафе всегда результат симбиоза сервиса и добровольного контента посетителей. Круассаны и писатели. Писатели и круассаны.

Численные показатели, может быть, и растут, а контент конечен как амбра и мускус.

Зеркало, одним словом.

— Врубель, Леонид Ильич.

— Ага, вижу, что недорогая.

И, чтобы два раза не вставать, скажу: я прямо в отчаяние приходил от того, как всё быстротечно, как стремительна жизнь и как внезапно всё оказывается ненужно. Как вот было какое-то веселье, остроумие, как мы все мечтали (особенно вспоминается совместное пение, звук гитарной струны). И вот — все, не осталось ничего. Только ничего не поделаешь — это как смена времён года. Прах к праху, из земли вышло, в неё и вернётся.

Извините, если кого обидел.

05 января 2013

История про то, что два раза не вставать (2013-01-08)

http://www.formspring.me/berezin

— А вас равнодушие злит?

— Смотря чьё. Вот я профессионально заинтересован во внимании публики. А она бывает равнодушна. И что?

Равнодушие равнодушию рознь.

— Владимир, как вы полагаете женская скромность и выдержанность обесценилась в современном мире? Иногда складывается впечатление, что да.

Или я не в том обществе пребываю.

— Выдержанность? Я не очень знаю, что значит в этом смысле «выдержанность» — как выдержанный коньяк? Это всё понятия, сложно определяемые, и в разных культурных слоях по-разному звучащие. В целом в мире ничего не обесценивается. Только нужно разобраться, с какими ценностями мы имеем дело: вдруг скромность это оборотная сторона безволия, спокойствие — равнодушия, искренность — синоним бестактности и эгоизма.

Хрен его, это современное общество поймёшь.

И, чтобы два раза не вставать:

— А вы понимаете современное искусство?

— Это совершенно прекрасный вопрос, и вот почему: много лет назад великий лингвист Щерба придумал такую фразу «Гло́кая ку́здра ште́ко будлану́ла бо́кра и курдя́чит бокрёнка» — фокус в том, что никакой куздры нет, но мы по морфологии слов начинаем конструировать их смысл. Так вот сочетание «современное искусство» такое же бессмысленное, мы, конечно, интуитивно угадываем