Мэлор Стуруа - Гленн Тарнер Заячья Губа

Подобная вера — индульгенция. Она оправдывает любое преступление ради успеха, увенчанное успехом. Подобная вера — шоры. Она списывает неуспех в графу элементарного невезения. Гленн Тарнер живет по евангелию от Марка. Недаром на письменном столе его служебного кабинета в Орландо всегда лежит пузатая Библия, а рядом с ней — музыкальная шкатулка, выполненная в форме миниатюрного «роллс-ройса». Когда ее заводишь, она начинает играть песенку «Невозможная мечта» из бродвейского мюзикла «Человек из Ла-Манчи». Конечно, сам Тарнер не Дон-Кихот. Сражаться с ветряными мельницами не в его духе. Но вот засорять головы других видениями невозможной мечты — его призвание, более того — бизнес.

…Нашествие Заячьей Губы на гарвардскую Школу бизнеса потрясло ее, но не убедило.

— Парни вы, видать, башковитые, хотя и со странностями, — говорил будущим капитанам американского бизнеса Гленн Тарнер. — Вы втемяшили себе в голову, что дела можно делать исключительно по-гарвардски, и никак иначе. Для вас иначе — от лукавого. Так вот, приезжайте ко мне в Орландо и убедитесь сами. Я предоставлю в ваше распоряжение самолет — надо торопиться! Возьму на себя все расходы — зачем жаться? Открою перед вами все бухгалтерские книги — зачем таиться? Итак, поехали!

Фом неверующих, пожелавших прикоснуться к косметическим язвам Христа из Орландо, набралось сорок человек. Через несколько дней их привезли в аэропорт Ла Гардия на вокзал «Батлер эйвиэйшн», к взлетной дорожке которого Гленн Тарнер пригнал реактивный лайнер «Фэлкон фэн», купленный по случаю у «Дженерал электрик». Фюзеляж лайнера, выкрашенный в красно-бело-голубой цвет, был оклеен иллюстрациями из жития Заячьей Губы.

На борту самолета гарвардских скептиков приветствовали сирены-стюардессы и личный представитель Тарнера некто Дэйв Кларксон, он же наглядное пособие и неопровержимое свидетельство величия фирмы «Смей быть великим».

Пока «Фэлкон фэн», пожирая пространство, мчит сорок гарвардских разбойников из Нью-Йорка в Орландо, послушаем рассказ тарнеровского Али-бабы о сокровищах «Смей быть великим».

В отличие от других фирм, входящих в конгломерат «Гленн В. Тарнер энтерпрайзис, инкорпорейтед», компания «Смей быть великим» торгует идеями. Торгует по принципу Остапа Бендера: идеи наши — деньги ваши. Идеи фальшивые, с фальшивым названием — «Позитивное отношение к жизни». Деньги — реальные, хотя и несколько девальвированные доллары.

«Позитивное отношение к жизни» — история сказочного обогащения Тарнера, «несмотря на физический недостаток— заячью губу, дефект речи и отсутствие образованиям. Эта история, наговоренная самим Тарнером на магнитофонную ленту и отснятая на ленту целлулоидную, распадается на четыре курса-евангелия. Курс первый— приготовительный. О том, как выбраться из нищеты. Курс второй — о том, как разбогатеть. Курс третий— о том, как стать миллионером. Наконец, курс четвертый — о том, как стать мультимиллионером. Курс первый для приготовишек стоит триста долларов. Цена полного курса значительно дороже — пять тысяч долларов!

— Неужели их покупают? — спросите вы. Еще как! Люди влезают в долги, чтобы стать миллионерами; впадают в нищету, чтобы разбогатеть. Тарнеровское предложение — грамматический нонсенс и психологический шедевр — пользуется огромным спросом, который в свою очередь пришпоривает предложение. Купив курс третий— о том, как стать миллионером, вы приобретаете «право» на продажу полного курса с комиссионными в девятьсот долларов в свою пользу. Став обладателем курса четвертого — о том, как стать мультимиллионером, вы получаете «право» на комиссионные в две тысячи долларов. Остановка за малым: найти таких же, как и вы, идиотов и всучить им евангелие от Тарнера. А в идиотах недостатка нет. В Америке почти все хотят стать миллионерами. Только «идиоты» не хотят быть ими. Но это, так сказать, диалектическое противоречие.

Дэйв Кларксон уже на старте подцепил дюжину тепленьких идиотов. Тарнер приметил Кларксона и поставил его у штурвала пропаганды «Позитивного отношения к жизни». Последний в знак благодарности изобрел «Кэш из бест, инкорпорейтед», то есть «Наличными лучше» — систему кредитных карточек (опять диалектическое противоречие!), распространяемых по принципу идей «Смей быть великим».

— Мы уже продали около двадцати тысяч кредитных карточек «Наличными лучше», — с гордостью рассказывал мистер Кларксон гарвардским скептикам, расхаживая вдоль пассажирской кабины лайнера «Фэлкон фэн».

— Просто невозможно понять секрет вашего грандиозного успеха, — пробурчал кто-то из гарвардцев.

— Понимать не надо. Надо верить, — ответил, покровительственно улыбаясь, мистер Кларксон…

Тем временем под крылом «Фэлкон фэна» замаячили пригороды Орландо,

— Это предприятия «Коскот». На их территории могут свободно разместиться четыре футбольных поля. Прошу пристегнуть ремни и погасить сигареты. Мы идем на посадку. Слава великому Тарнеру! Спасибо за внимание! — экзальтированно прощебетала одна из сирен-стюардесс.

По бетонированной дорожке гигантским лампасом струился красный ковер — протокольная привилегия, которой обычно пользуются главы государств. (В конце концов, в ранце любого слушателя гарвардской Школы бизнеса можно найти герб президента — или Америки, или «Дженерал моторе», что в общем одно и то же. Недаром знаменитое изречение Джексона, президента этой крупнейшей в США корпорации, гласит: что хорошо для «Дженерал моторс» — хорошо для Америки.) Почетный караул состоял из красивейших девушек Орландо, наряженных в рискованные туалеты фирмы «Эмкот» и размалеванных косметикой фирмы «Коскот». «Люди Тарнера — особые люди, и выглядят они по-особому!» — вещал плакат, высоко поднятый над их очаровательными головками в париках фирмы «Фэшкот».

На полшага впереди почетного караула застыли сам Гленн Тарнер Заячья Губа и «мисс Орландо». На Тарнере был его обычный костюм цвета спелого граната, на «мисс Орландо» — норковая мантия, шлейф которой благоговейно поддерживали наши знакомые карлики Джон и Грэг — «66 дюймов на двоих».

— Вам выпала золотая возможность увидеть меня в подлинных масштабах, — обратился к прибывшим Тарнер и простер руку в сторону своего портрета, закрывавшего все здание аэровокзала и добрый кусок неба над ним. (Этот портрет считается «самым большим в мире». Возможно, так оно и есть. Для того чтобы дать читателю некоторое представление о его размерах, скажу: длина одной только заячьей губы составляет полтора метра!)

После освежающих коктейлей гарвардцев погрузили в автобусы фирмы «Транскот» и повезли в штаб-квартиру «неудержимого». Всю дорогу «неудержимый» неудержимо разглагольствовал:

— Я собираюсь совершить прорыв в фармацевтическую промышленность. С этой целью я уже основал фирму «Витакот». Рекламным девизом ее продукции будет: «Полная гарантия безвредности! Хотите — принимайте, не хотите — не принимайте!» Не правда ли, здорово?

Кто-то поинтересовался по поводу источника рекламного вдохновения Тарнера.

— Разумеется, я черпаю его не у дегенератов с Мэдисон-авеню[12]. В моем родном Мэрионе был торговец фисташками. Зазывал он клиентов на первый взгляд несколько странным образом: «Купите самые плохие в мире фисташки!» Это интриговало людей. Пакетики с фисташками шли нарасхват. Если фисташки оказывались хорошими, их покупали вновь, если же нет — никто не жаловался. Так будет и с моими витаминами…

Наконец, автобусы фирмы «Транскот» остановились перед парадным подъездом фирмы «Коскот». Сорок гарвардских разбойников вступили в волшебную пещеру «Смей быть великим». Они миновали выставку-экспозицию продукции конгломерата «Гленн В. Тарнер энтерпрайзис, инкорпорейтед». (Надпись над входом гласила: «Эти товары произведены на третьей от солнца планете».) Затем углубились в извилины электронного мозга конгломерата — просторный зал, нашпигованный компьютерами «Интернейшнл бизнес мэшинз» и копировальными станками «ксерокс». Откуда-то сверху лилась нервическая бит-музыка. Прошли кабинетные соты оффисов вице-президентов и директоров и очутились в большой ротонде, посреди которой была вштопорена винтовая лестница, окаймленная мраморным фонтаном. Дальше начинались личные, вернее, лично-служебные апартаменты Гленна Тарнера.

Здесь гарвардских скептиков подвергли вежливому обыску. Руководил процедурой Кларк Стоун, начальник службы безопасности «Коскота» и телохранитель Заячьей Губы.

— В моем «ганге»[13] тридцать два парня. Все как на подбор. Муха не пролетит. А техника? Ни одно подслушивающее устройство не остается необнаруженным! В случае тревоги высшего порядка мистер Тарнер нажатием кнопки абсолютно герметизирует свою штаб-квартиру, отсекая ее от внешнего мира. Это мы скопировали с фильмов о похождениях Джеймса Бонда…