Ирина Мокроусова - Друзья Путина: новая бизнес-элита России

Ознакомительный фрагмент

Вовка сразу сказал мне, что работает в КГБ. Практически сразу. Может, он и не должен был этого делать. Некоторым он говорил, что работает в милиции. Я, с одной стороны, осторожно относился к этим ребятам, потому что сталкивался с ними. Я выезжал за границу и знал, что с любой группой ездили якобы инспекторы или представители Министерства культуры, с которыми нужно было держать язык за зубами. Я одному коллеге своему как-то говорю: «Да ладно, нормальные, хорошие ребята». А он ответил: «Чем больше ты с ними разговариваешь, тем больше на тебя том на Литейном, 4».

Я у Володи никогда не спрашивал ничего про работу. Мне, конечно, интересно было: а как там? Но точно помню: как-то раз решил все-таки его со всех сторон окружить и выяснить про какую-нибудь спецоперацию. Но ничего у меня не вышло. А потом я его спросил: «Я – виолончелист, я играю на виолончели. Я никогда не смогу быть хирургом. Но я – хороший виолончелист. А у тебя что за профессия? Я знаю, ты – разведчик. Не знаю, что это значит. Ты кто? Что ты можешь?»

И он мне сказал: «Я – специалист по общению с людьми». На этом мы разговор закончили. И он действительно считал, что профессионально разбирается в людях. А когда я развелся со своей первой женой, Ириной, он говорил: «Я точно предвидел, что так и будет». Я был с ним не согласен, я не считал, что у нас с Ириной все было ясно с самого начала. Но слова его произвели на меня большое впечатление. Я гордился и очень дорожил тем, что он – специалист по общению с людьми[25].

После годичного обучения по специальности «внешняя разведка» в Краснознаменном институте КГБ им. Юрия Андропова (1984–1985 гг.) заграничная мечта оказалась на расстоянии вытянутой руки. В институте Путину пришлось усиленно учить немецкий язык, которым он теперь владеет в совершенстве. Он понял, что его готовят для поездки в Германию. Восточную или Западную? Командировку в ФРГ можно было получить, только поработав в Центральном аппарате КГБ. Путин ждать не стал, и в 1985 г. уехал в ГДР. Вместе с семьей – к тому моменту 33-летний Володя уже был два года женат на бывшей бортпроводнице из Калининграда Людмиле Шкребневой, у них была маленькая дочка Маша. Катя родилась уже в Дрездене.

Особенности работы Владимира Путина в ГДР с официальной точки зрения окружены тайной, что, в общем-то, вполне объяснимо. В своих интервью он говорил об этом периоде своей жизни крайне расплывчато: интересовала любая информация по линии, как раньше говорили, главного противника, а главным противником считалось НАТО.

«Важно было знать, кто, как и что делает, что творится в МИДе интересующей нас страны, как она выстраивает свою политику по разным вопросам в разных частях света. Или – какова будет позиция наших партнеров на переговорах по разоружению, например. Конечно, чтобы получить такую информацию, нужны источники», – рассказывал Путин. Он занимался вербовкой источников информации, получал информацию, обрабатывал и отправлял в центр. Рутина, одним словом. Но чем не повод для инсинуаций?

Благодаря пытливым российским и зарубежным журналистам служба Путина в Дрездене обросла легендами – одна другой невероятней. По одной из версий, в составе специальной группы он занимался добычей западных технологий, иначе говоря, промышленным шпионажем. Путин якобы действовал через иностранных специалистов, работавших на дрезденском заводе «Роботрон», производящем компьютеры для стран соцлагеря (Путин: «Я не занимался технической разведкой, не работал по этой линии. Что же насочиняли-то обо мне столько? Полная чушь!»). По другой – он курировал поведение советских студентов в ГДР. Или контролировал секретаря дрезденского отделения Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) Ханса Модрофа, а также отслеживал антикоммунистические акции протеста в ГДР (Путин: «Я встречался с Модрофом пару раз на официальных приемах. Этим и ограничилось наше знакомство. Он общался с людьми иного уровня – командующим армией, нашим старшим офицером связи»). Или контролировал всю сеть советской агентуры в Западной Германии. Или участвовал в операции «Луч», цель которой – вербовка ведущих функционеров правящей тогда в ГДР Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) и чиновников ГДР в ожидании организованной Горбачевым сдачи ГДР Западу (Путин: «Я ею не занимался. Даже не знаю, проводилась ли она или нет. Имеется в виду, насколько я понимаю, работа по политическому руководству ГДР. Я к этому не имел отношения»).

Последнюю легенду, впрочем, не подтвердил руководящий КГБ в тот период Владимир Крючков, назвав Путина обычным разведчиком, каких много. Впрочем, если премьер-министр и совершал когда-то подвиги вроде участия или даже руководства операцией «Луч», то вряд ли можно всерьез надеяться, что Крючков или сам Путин об этом откровенно расскажут. Разведчики ведь. Предположительно там же, в Дрездене, Путин свел короткое знакомство с некоторыми людьми, занимающими сейчас ответственные посты во власти и в бизнесе.

В воспоминаниях Владимира Усольцева, который называет себя коллегой Путина по службе в ГДР, разведчики, жившие в Дрездене в путинский период, называются только по именам: Сергей, Борис, Николай, Виктор, Володя-малый[26]. Кто все эти люди и где они сейчас? Сергей считался лучшим другом Володи-малого – они вместе пили пиво «Радеберг». В Сергее угадывается Сергей Чемезов, в Володе-малом – сам Путин. Они и впрямь вместе служили в Германии.

«Действительно, мы работали в ГДР в одно время. В 1983–88 гг. я возглавлял представительство объединения “Луч” в Дрездене, а Владимир Владимирович приехал туда в 1985-м году. Жили в одном доме, общались и по службе, и по-соседски. В общем-то обычное дело, в длительной загранкомандировке всегда тянешься к соотечественникам», – рассказывал в одном из интервью Чемезов[27].

После возвращения в Москву Чемезов устроился на работу во внешнеторговое объединение «Совинтерспорт», был там заместителем гендиректора. По долгу службы, признается, приходилось сталкиваться и с Владимиром Путиным: «Владимир Владимирович, как известно, с начала 1990-х работал в Смольном, курировал в мэрии Петербурга во многом схожие вопросы. Поскольку профессиональные интересы пересекались, время от времени мы встречались. По делам. Личные отношения также сохранили, бывали друг у друга в гостях, но случалось это нечасто, все-таки жили в разных городах».

«Совинтерспорт» – интересная структура. Экспорт всего, что было у СССР, сосредоточился в руках гигантских монополий. «Союзнефтеэкспорт», например, продавал за рубеж нефть, а «Совинтерспорт» – спортсменов. После падения железного занавеса у «Совинтерспорта» работы было хоть отбавляй. Спортсмены и тренеры покидали страну десятками: таких зарплат, как за рубежом, в СССР никогда не было.

Уезжали футболисты – они стали дорогим товаром на рынке трансферов после удачного выступления сборной на Чемпионате Европы в 1988 г. Одним из первых был продан полузащитник киевского «Динамо» и сборной СССР Александр Заваров – за $5 млн туринскому «Ювентусу». Лучший вратарь мира 1988 г. по версии Международной федерации футбольной истории и статистики Ринат Дасаев достался испанской «Севилье». И, наконец, в 1990 г. уехал в Эмираты, чтобы возглавить сборную этой страны, прославленный футбольный тренер Валерий Лобановский. За ними потянулись и хоккеисты. В 1999 г. Вячеслав Фетисов оказался в клубе НХЛ New Jersey Devils, через год за ту же команду стал играть Алексей Касатонов. Их друзья и партнеры по «пятерке» тоже уехали за океан: Сергей Макаров – в Calgary Flames, Владимир Крутов и Игорь Ларионов – в Vancouver Canucks.

И это только малая часть покинувших страну спортсменов и тренеров. По признанию агента «Совинтерспорта» Владимира Абрамова: «Мы их продавали “пачками”! В страны Персидского залива, в Иран, ОАЭ, Бахрейн. В Африку сколько уехало. С 1988-го по 1994-й мы отправляли в год от 20 до 50 специалистов»[28].

Торговлей спортсменами Чемезов занимался до 1996 г., когда оказался в Администрации президента вместе со своим сослуживцем из Германии. И это не совпадение. «Не скрою: на должность руководителя управления внешнеэкономических связей меня рекомендовал Владимир Владимирович», – рассказывал Чемезов. В Администрации президента он занимался зарубежными активами страны: «Пытался упорядочить использование российской загрансобственности, возвращал государству некогда ему принадлежавшее, но утраченное в результате бездарного хозяйствования. Порой вскрывались такие факты, что впору было за голову хвататься. Например, огромный участок земли в центре Иерусалима, с царских времен являвшийся российской территорией, Никита Хрущев обменял на апельсины, фактически подарил Израилю. Это даже не Аляска, проданная за золото!»

Дальнейший карьерный рост Чемезова тоже был связан с продвижением Путина по служебной лестнице: Путин – в премьер-министры, а Чемезов – в директоры ФГУП «Государственная компания “Промэкспорт”». А когда при Путине-президенте «Промэкспорт» объединили с другим спецэкспортером вооружений – «Росвооружением», Чемезов стал заместителем директора, а затем и директором единого «Рособоронэкспорта».

Конец ознакомительного фрагмента