Легенды нелегальной разведки. Из истории спецслужб - Иосиф Борисович Линдер

Для координации деятельности оперативных подразделений 14 января 1921 года в составе ВЧК создается Секретно-оперативное управление (СОУ) под руководством В. Р. Менжинского. В состав управления вошли Особый (В. Р. Менжинский), Секретный (Т. П. Самсонов), Оперативный (Б. М. Футорян), Иностранный (Р. П. Катанян) и Информационный (с 10 апреля — И. Н. Стуков) отделы.

На Особый отдел возлагалась контрразведка в Вооруженных силах РСФСР; на Секретный — выявление и борьба с антисоветской деятельностью монархистов, кадетов, меньшевиков, эсеров и т. п. элементов. Оперативный отдел занимался наружным наблюдением и установкой фигурантов розыска; Иностранный — внешней разведкой. Информационный отдел обеспечивал партийно-советское руководство информацией о политическом и экономическом положении страны.

Усиление конспирации в деятельности Коминтерна началось с того, что в начале января 1921 года под его крылом была создана секретная лаборатория по изготовлению фальшивых иностранных паспортов, виз и т. п. документов. Она находилась в подчинении Отдела международной связи (ОМС), как теперь стал называться Конспиративный отдел.

Во второй половине января в Австрию и Германию была направлена первая группа выпускников партийной спецшколы Коминтерна.

Третьего мая 1921 года Яков Серебрянский был переведен в кадровый резерв назначений Административно-организационного управления ВЧК. Возможно, это было связано с его собственным желанием, но, скорее всего, решение было принято в связи с обострением политической ситуации: Серебрянский — бывший правый эсер, и к тому же он не был членом РКП(б).

Обстановка в этот период вновь обострилась. К июню 1921 года на территории советской Белоруссии действовало до сорока банд с постоянным составом до трех тысяч человек. 13–16 июня 1921 года в Варшаве состоялся съезд Народного союза защиты Родины и Свободы (НСЗРС), на котором присутствовал 31 делегат. Среди них активное участие принимали офицеры американской. британской. итальянской и французской военных миссий и западных спецслужб в Польше, а также офицер связи польского военного министерства (фактически НСЗРС стал филиалом как польских, так и французских спецслужб); на съезд также приехали представители белорусских и украинских националистов.

Лидеры НСЗРС считали возможным поднять всеобщее вооруженное восстание на советской территории. Предварительно следовало деморализовать коммунистов и сочувствующих советской власти и максимально дезорганизовать жизнь советских республик. Для выполнения этих задач было решено широко использовать диверсии и политический террор.

В этих условиях операции «активной разведки» в Польше стали адекватным ответом на аналогичные операции диверсионных групп, действовавших на территории советских Белоруссии и Украины.

В 1921 году было выявлено и арестовано около пятидесяти активных членов НСЗРС. Открытый судебный процесс над ними подтвердил связь с иностранными спецслужбами, вскрыл подготовку мятежей и открытого военного вторжения иностранных войск на советские земли.

Основной задачей подразделений специального назначения являлось обеспечение безопасности приграничной полосы путем проведения диверсионно-террористических операций на территории Западной Белоруссии и Западной Украины. Военно-конспиративная деятельность в Польше развивалась одновременно по линии Разведуправления (РУ) РККА и Коминтерна. Главным куратором обеих линий был И. С. Уншлихт.

Наибольшей эффективностью отличались партизанские отряды и группы под командованием таких специалистов «малой войны», как С. А. Ваупшасов, К. П. Орловский.

В. З. Корж, А. М. Рабцевич, — под их отряды маскировались группы «активной разведки» РУ РККА. Кадровый костяк партизанских отрядов в основном состоял из боевиков левых польских партий, в том числе активных агентов Коминтерна. (Отметим, что документы, связанные с деятельностью этих отрядов и групп, частично были рассекречены только после 1993 года.)

В августе 1921 года было выработано и узаконено решение, благодаря которому РУ РККА и ИНО ВЧК могли обращаться за помощью к компартиям других стран исключительно через специальных представителей Коминтерна. Таким образом, к концу лета 1921 года возник так называемый оперативный триумвират, когда каналы политической (ИНО ВЧК) и военной (РУ РККА) разведок тесно переплелись с каналами международных партийных структур. Постепенно межпартийные связи позволили создать широчайшую агентурную сеть, способную решать практически любые задачи.

К концу лета 1921 года закончился первый этап службы Серебрянского в органах госбезопасности:26 августа он демобилизуется из центрального аппарата ВЧК.

Вскоре после поступления в Московский электротехнический институт народной связи (МЭИНС) случилось неожиданное. Не успел Яков проучиться и одного семестра, как его арестовали бывшие коллеги. Второго декабря 1921 года Серебрянский зашел в гости к старому товарищу по правоэсеровской партии Давиду Моисеевичу Абезгаузу, где (случайно?) попал в засаду ВЧК. Почти четыре месяца он находился под следствием.

Пока следователи ВЧК выясняли связи Серебрянского с правыми эсерами, И. А. Пятницкий, секретарь Исполкома Коминтерна) в конце 1921-го — начале 1922 года лично объехал основные зарубежные нелегальные коминтерновские резидентуры («пункты связи», как они чаще именовались в документах) в Австрии, Германии, Италии, Латвии, Литве и Польше. По итогам поездки он подготовил доклад о положении дел и провел реорганизацию центрального аппарата Отдела международной связи, а также пунктов связи на территории РСФСР и за рубежом с целью совершенствования конспирации.

Двадцать девятого марта 1922 года постановлением Президиума Государственного политического управления (ГПУ), рассмотревшего вопрос о принадлежности Серебрянского к правым эсерам, которые в Советской России находились под запретом, Яков Серебрянский был освобожден из-под стражи. Однако его взяли «на учет с лишением права работы в политических, розыскных и судебных органах, а также в Наркомате иностранных дел».

С весны 1922 года совместная секретная деятельность советских спецслужб и спецструктур Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала (ИККИ) была направлена на разложение вооруженных сил белой эмиграции, организацию военной работы компартий в нелегальных условиях, подготовку вооруженных восстаний, обучение национальных партийных кадров в военно-специальной области знаний. Отметим, что значительная (если не основная) часть резидентов и разведчиков, работавших на ИНО ГПУ — ОГПУ и РУ РККА в 1920-1930-х годах, начинала карьеру разведчиков именно по линии Коминтерна. Р. Зорге, Л. Треппер, Ш. Радо, А. Дейч, И. Григулевич (Григулевичус), В. Фишер, А. Шнеэ и многие другие убежденные сторонники интернационализма и коммунизма стали разведчиками по идеологическим соображениям.

Документы Коминтерна показывают, что конспиративная деятельность, связанная с подготовкой и практической боевой работой нелегальных военных организаций на территории иностранных государств, с 1923 года осуществлялась по линии как постоянных, так и временных комиссий ИККИ. Неслучайно член РВСР и заместитель председателя Объединенного государственного политического управления (ОГПУ) И. С. Уншлихт, начальник РУ РККА Я. К. Берзин, начальник ИНО ОГПУ М. А. Трилиссер и некоторые другие руководители специальных служб СССР одновременно являлись членами специальных комиссий Коминтерна. Сотрудники особых структур ИККИ, в свою очередь, действовали в тесном контакте с ОГПУ и РУ РККА, а зачастую и внутри специальных служб как прикомандированные специалисты или кадровые сотрудники. Методы и формы определялись конкретной ситуацией, политической и военнооперативной обстановкой, концепцией организации каждой многоходовой операции.

А Серебрянского продолжал преследовать какой-то злой