США в XX веке. От бургера до Буша. Полная история - Алекс Каплан

Во время конференции в Касабланке обсуждались не только грандиозные политические, но и текущие военные вопросы. Впоследствии это стало традицией. Конференции союзников приняли формат встречи в верхах, где одновременно с решением проблем грядущего мироустройства обсуждались и военные планы на ближайшее время – на следующий год. Подобные обсуждения имели место и на конференции в Касабланке, хотя тогда они проходили строго в англо-американской военной плоскости – ни советского, ни французского участия в обсуждении планов не предполагалось. Наоборот, США и Великобритания размышляли в основном над тем, как наилучшим образом уклониться от выполнения данных Советскому Союзу обещаний открыть второй фронт в Европе. О том, что высадиться во Франции в 1943 году не удастся, решили практически сразу – после слабых возражений некоторых американских военных. Во Франции дислоцировалось более 40 немецких дивизий, и провести масштабную десантную операцию при наличии на побережье крупных сил противника посчитали абсолютно невозможным за неимением достаточного количества транспортных судов, отсутствием превосходства в воздухе и недостатком общих сил для столь грандиозного предприятия. Американский генералитет вновь попытался перетянуть одеяло войны с европейского театра боевых действий на тихоокеанский, но неудачно – их не поддержал американский президент, трезво оценивший геополитические приоритеты. Было принято компромиссное решение со многими обещаниями в адрес СССР для спасения англо-американского союзного лица: вторжения во Францию в 1943 году не будет, но и переноса основных боевых действий на Тихий океан не последует. В 1943 году состоится вторжение в Италию, которую таким образом планировали вывести из войны. Когда с Италией будет покончено, союзники смогут войти в знаменитое черчиллевское «мягкое подбрюшье нацистского крокодила» – на Балканы. В случае удачного осуществления, план этот по своему масштабу ничуть не уступал высадке во Франции. Союзники оказались бы на подступах к Вене, Мюнхену, Будапешту и Бухаресту, а их авиация с легкостью могла бы превратить юг Германии, всю Австрию и румынские нефтяные прииски в дымящиеся руины. Однако на сей раз операция с самого начала пошла не по намеченному плану – сказалось отсутствие боевого опыта у союзных войск и наличие такового у вермахта. Планы по захвату Италии в 1943 году так и остались лишь данными СССР обещаниями, хотя некоторых успехов союзникам все же удалось достичь. Вторжение на Сицилию – итальянский остров, ближе всего расположенный к североафриканскому побережью, – казалось самым безопасным вариантом развития событий на европейском континенте для англо-американских войск в 1943 году. Армия Муссолини была очень слабой как в боевом, так и в моральном плане. Его режим с трудом держался у власти. Идеальный противник, чем-то сродни вишистским войскам, которых без труда одолели американцы в Алжире осенью 1942 года. Однако прежде следовало довести разгром немецко-итальянской группировки в Северной Африке до конца, что было делом недолгого времени. Группировка эта оказалась в окружении сильно превосходящих сил союзников, а ее линии снабжения через Средиземное море были полностью перерезаны. Вторжение в Италию планировали начать летом 1943 года. Между тем в Касабланке обсуждали еще одну важную военную возможность на предстоящий год. Некоторые военачальники и политики сочли ее самой важной, поскольку благодаря ей намеревались закончить войну в Европе за один год, не прибегая при этом к кровопролитным сражениям на суше. Речь шла о воздушной войне против Германии. К началу 1943 года американские ВВС завершили развертывание мощнейшей авиационной группировки на Британских островах. Королевские ВВС к этому времени также набрались сил и опыта и приготовились начать крупномасштабное наступление. Совокупные англо-американские воздушные силы, сосредоточенные на Британских островах, были поистине огромными. По крайней мере, так казалось военному командованию и политическому руководству союзников и так оно выглядело на бумаге. Тысячи тяжелых стратегических бомбардировщиков, склады, переполненные авиабомбами, огромные запасы топлива. Все было готово для воздушной войны, которая, казалось, могла обойтись малой кровью – но только для союзников, ведь жертвы среди мирного немецкого населения в расчет не брались. Высшее политическое руководство США и Великобритании в ходе обсуждений военных планов на 1943 год в Касабланке возлагало большие надежды на успешный ход запланированного воздушного наступления. Такое развитие событий стало бы наилучшим возможным способом ведения войны в Европе. Забегая вперед, можно сказать, что Японию удалось разгромить в основном ударами с воздуха, а не кровопролитными сражениями на суше. У Рузвельта, и особенно у Черчилля, имелись в этом отношении большие ожидания. Откладывая полномасштабное вторжение в Европу до 1944 года и оттягивая открытое столкновение с сильной немецкой армией, они надеялись за год разгромить Германию с воздуха и таким образом вообще избежать широкомасштабной войны – в умах людей жила память о Первой мировой с ее окопами и миллионными жертвами. Предполагалось, что разрушения на немецкой территории окажутся настолько серьезными, что у Германии не останется иного выхода, как капитулировать. Тем не менее расчет этот оказался ошибочным, хотя разрушения в Германии и превзошли все ожидания союзников. Капитуляции не последовало. Геббельсу удалось поднять народ на «тотальную войну», доведя собственную страну до полной разрухи, – тотальное, даже по меркам 1943 года, безумие.

Англичане жестоко бомбили Германию начиная с весны 1942 года. В феврале 1942-го Королевские ВВС получили нового командующего бомбардировочной авиацией – маршала Харриса, вошедшего в историю под прозвищем Бомбер Харрис. Именно ему принадлежит большинство идей относительно ведения воздушной войны с Германией. Маршал первым после Геринга перешагнул этическую грань в деле использования авиации против мирного населения. Он рассудил, что вместо английских летчиков должны гибнуть немецкие граждане, за что получил еще одно прозвище – Мясник Харрис. Смысл его идеи был крайне простым: не нужно атаковать сильно укрепленные цели, такие как военные заводы и иные стратегические объекты, и нести при этом большие потери – куда проще и эффективнее наносить удары по городам, то есть по площадям. Для этого лишь требуется выйти на цель и сбросить бомбовый груз. Никакого прицеливания, никакого снижения и, главное, практически никакого сопротивления со стороны противника, поскольку защищать все до единого города Германии тогда никто не собирался – слишком ресурсозатратно это было. Защищали только стратегически важные объекты. Первым весной 1942 года англичане спалили небольшой город Бремен, потеряв при этом всего 3 самолета. Никаких серьезных военных заводов там не было, но центр города разнесли в пух и прах – нарушили энергоснабжение, водоснабжение и транспортные коммуникации. Все это следовало срочно восстанавливать. Однако главное заключалось в другом – в Берлине неожиданно осознали, что страна перед лицом такого авиационного варварства оказалась абсолютно беззащитной. Германия начала лихорадочно создавать систему ПВО, способную защитить всю территорию страны. Летом 1942