Русская елочная игрушка. Козули, космонавты и бонбоньерки в истории самого любимого праздника - Екатерина Мокрушева

отдала их на съедение Мышиному королю, чтобы спасти Щелкунчика. Те сахарные куколки стояли в шкафу, но были и съедобные игрушки, которые вешали на елку. Из сахара, соленого теста, леденцов и шоколада делали ангелов, детей, гномов. А из пряничного теста – домики и фигурки. В российских каталогах и прейскурантах глазированные фигурки из сахара часто называли «конфектами». Поэтому когда в литературе встречается упоминание о «конфектах» на елке, мы не знаем, о чем именно речь – о конфетах в обертках или о подобных фигурках. В рассказе «История одной сосульки» Г. Галиной, опубликованном в 1909 году в детском журнале «Светлячок», среди персонажей есть пряничный король в мантии с кусочками миндаля, солдат в шоколадном мундире и сахарная барышня с цветами из бумаги. В другом выпуске «Светлячка» рассказывалось, как самим сделать сладких человечков из сухофруктов и ягод. Отдельно пояснялось, что такие фигурки очень хороши, ведь «они не имеют ничего против того, чтобы у них отъесть руки и ноги»[24].

Вешали на елку и «шоколад с сюрпризами» – предка нынешних «Киндер-сюрпризов». Только тогда из шоколада отливали не только шары и яйца, но и ананасы, и курочек, и барашков.

Вот что вспоминает о съедобных игрушках Елена Мушкина в рассказе «Елка из кондитерской»:

В те годы елочные игрушки продавались и в кондитерских магазинах Алексея Ивановича Абрикосова. Красоты необыкновенной: зять Алексея Ивановича был художником. С восторгом рассматривали дети зайца в капусте, гномиков, домик с трубой на крыше. «А ты попробуй!» – предлагали родители. Как это – попробовать?! Домик из картона, паровозик – из жести. «Попробуй!» И тут-то выяснялось, что игрушки из шоколада!

Конечно, век таких елочных украшений короток: уже на следующий день ветки были голенькими. Что ж, приходилось снова идти к Абрикосовым, заказывать новые игрушки. Их тоже хватало ненадолго[25].

Все эти игрушки пришли к нам из Европы. Но были и съедобные украшения родом из России, точнее – с Русского Севера. Назывались они «козули». Козули были традиционной выпечкой поморов. Есть две версии происхождения названия: согласно первой, на языке поморов «козуля» означает «завиток», что подходит к затейливой росписи архангельских пряников. Согласно второй – таким названием пряники обязаны козе, которая была символом благополучия в доме и ассоциировалась с женщиной. Пряники чаще всего выпекали в виде козы, вот название и закрепилось. Считается, что козули начали печь в Архангельске не раньше XVIII века, когда появилась возможность использовать для приготовления теста недоступные ранее гвоздику и корицу. А в названии пряников обычно упоминалось то место, где их делали: мезенские козули пекли в деревнях по реке Мезень, каргопольские – в Каргополе, холмогорские – в Холмогорах. Архангельские козули были плоскими, а каргопольские и мезенские – объемными, потому что тонко раскатанное тесто скручивали как жгут и потом уже формировали пряники. Козули обычно выпекали в печи, но был и более древний способ: из теста лепили фигурку, затем погружали ее на несколько минут в кипящую воду, чтобы сохранить форму, и только потом отправляли в печь. Козули дарили колядующим, родственникам, даже кормили ими домашний скот, чтобы сохранить его плодовитость.

Козули – традиционная выпечка русского севера.

Fanfo / Shutterstock

Цена козуль зависела от размера и сложности росписи, это были одни из самых доступных украшений.

Печь козули начинают с октября. В начале декабря козули появляются в булочных и кондитерских. В половине декабря ими заполняются все витрины и полки булочных и кондитерских[26] (С. Г. Писахов. «Сказки, очерки, письма»).

Пряники обычно делали длиной 7–9 см, были и большие козули, которые ставили под елку. Традиционно козули выпекали в виде домашних животных, но для украшения елки начали печь пряничные звезды, корзинки, вазы с цветами, пряничных ангелов и пастушков. А с приходом XX столетия появились козули в форме аэропланов, паровозов, велосипедов. Пекари следовали за эпохой, и в советское время можно было увидеть пряничного орла в короне с надписью «РСФСР» и с серпом и молотом на груди. Интересно, что до революции в ходу была та же форма орла, но с крестом.

Где продавали елочные игрушки

Купить рождественские украшения можно было в магазине, в лавке, на рождественском базаре или выбрать в специальном каталоге и заказать по почте.

Об одном таком каталоге торгового дома «Пуришев и сыновья» шла речь ранее. Иосиф Никитич Пуришев был купцом 2-й гильдии. Свою фирму по продаже меди он открыл в 1879 году, а 1898 году начал торговать и всевозможными товарами для кондитеров, рождественскими и пасхальными украшениями. Вместе с отцом в семейном деле участвовали сыновья Иван и Андрей.

В журнальной статье о кондитерской промышленности в 1911 году приводится такой отзыв: «Нужно только удивляться тому разнообразию и тем огромным запасам различных товаров, какие каждый день может представить эта фирма». Среди этих товаров значились: машины для шоколада и карамели, формы для марципанов, мармелада и т. д., посуда медная в виде котлов, кастрюль и тазов, все виды необходимой кондитерам бумаги, масла, эссенции, шоколад, какао, пищевые краски… Перечень можно продолжать долго. В продаже были даже механические фигуры для рекламы, которые устанавливались на окна магазинов, заводились на несколько часов и своим движением привлекали внимание проходящей публики. Многие товары привозили из-за границы: из Германии, Франции, Италии… А кондитерскую бумагу для торгового дома «И. Н. Пуришев и сыновья» производили на собственной фабрике.

Иосиф Никитич занимался благотворительностью, много помогал бедным. Здание торгового дома находилось в Москве в Лубянском проезде.

Торговый дом «Мюр и Мерилиз» существовал в России с 1857 по 1918 год. Его основали два шотландца – Арчибальд Мерилиз и Эндрю Мюр. Сначала торговый дом открылся в Санкт-Петербурге, а затем филиал появился и в Москве – в здании нынешнего ЦУМа. Торговый дом выпускал иллюстрированные каталоги с ценами, по которым можно было заказать любые товары: канцелярские принадлежности, аксессуары, детские игрушки, белье, картины и, конечно же, рождественские украшения. Готовые наборы игрушек стоили от трех до пятидесяти рублей. В маленькие наборы клали свечи, хлопушки, мох под елку, простенькие картонажи, несколько шариков, орехи с сюрпризами и верхушку. В дорогих наборах обязательно были Рождественский дед, стеклянные игрушки и бонбоньерки.

В 1860-х годах в Кронштадте на Господской улице (сейчас это проспект Ленина) была «вполне респектабельная булочная», знакомая многим горожанам. В газете «Кронштадтский вестник» в 1864 году было напечатано объявление: «Игрушки изящные и фрукты для елки в огромном выборе по умеренной цене продаются у Каролины Христиановны, в булочной, что против гостиного двора…»

В Санкт-Петербурге в «Кондитерской Доминика» на Невском проспекте и в «Кондитерской Пфейфера» перед Рождеством выставляли настольные елки, украшенные бонбоньерками с сюрпризами, сахарными цветами и картонажами. Стоили такие елки от двадцати до двухсот рублей.

В Томске конфеты «для елки» продавали в «Кондитерской Бронислава», а во «Фруктовом погребе» можно было купить крымские яблоки «специально для елок». В «Магазин Шелковникова» привозили «бонбоньерки коллекциями и поштучно». А в «Магазине торгового дома М. Е. Голицына и Ко» был «громадный выбор разнообразных елочных украшений, бонбоньерок, коробок и картонажей, картин рельефных и переводных». «Кондитерская Дюрихенъ» предлагала «орехи золотые, елочные пряники», а также картонные коробки для подарков «с конфектами и с сюрпризами, картинками в виде спящих и просыпающихся детей, кошек и собак» (из рекламных объявлений периодического издания «Сибирская жизнь», Томск, 1897).

Если еще в сороковых годах XIX века даже в губернских центрах, таких как Казань, купить рождественские украшения было негде, то с пятидесятых годов игрушки стали заказывать в Москве, Петербурге, Одессе, Киеве, Харькове или покупать в местных галантерейных магазинах, игрушечных и писчебумажных лавках, а также на рождественских базарах. В канун Рождества казанцы шли на базар на Николаевской площади, где торговали елками и елочными украшениями.

Подобные базары открывали и в других городах. Например, с начала 1850-х годов вятские чиновники считали «непременной обязанностью купить на базаре елку»[27] (М. Е. Салтыков-Щедрин. «Губернские очерки», 1856). В 1900 году Рождественский базар в Твери на Трехсвятской улице в доме Александровой предлагал «елочные украшения русских и заграничных фабрик и разного рода предметы и вещи для подарков и хозяйства».

Объявление в еженедельном журнале «Прогрессивное садоводство и огородничество». 1909 г.

© Инна Грязнова / Фотобанк Лори

Церковь обычно не возражала против праздничной торговли, особенно когда целью была помощь бедным или сиротам. Один