Виталий Меньшиков - ОНИ СТРЕЛЯЮТ В РАЗУМ

«Мы должны сохранить ядерное оружие в качестве политического инструмента, который должен использоваться для сдерживания»[17], – заявил, например, председатель военного комитета НАТО западногерманский генерал В. Альтенбург, выступая в ноябре 1987 г. в Брюссельском центре по изучению европейской политики. Приводя высказывания этого генерала, лондонская газета «Файнэншл таймс» акцентировала внимание читателей на идее, будто только «ядерное оружие обеспечило на протяжении всех послевоенных десятилетий мир в Европе». Она полностью разделяла позицию Альтенбурга, утверждавшего,

«что НАТО (европейские союзники США. – Авт.) окажется опасно уязвимым, если его убедят согласиться на так называемый „третий ноль“, т. е. ликвидацию ядерного оружия малой дальности (до 500 км) и ядерного оружия поля боя»[18].

Высказанные Альтенбургом опасения, считает «Файнэншл таймс»,

«вторят мыслям многих стран – членов НАТО, включая Великобританию и Соединённые Штаты, о том, что за договором о ядерных силах промежуточной дальности не должен следовать договор о ликвидации ядерного оружия малой дальности и ядерного оружия поля боя»[19].

Определённые органы буржуазных СМИ, поняв, как им освещать события, повели пресс-кампанию за объявление «паузы» в развивающемся процессе ядерного разоружения.

Смысл этой кампании раскрыл на пресс-конференции в Бонне 19 января 1988 г. член Политбюро ЦК КПСС, министр иностранных дел СССР Э. А. Шеварднадзе.

«…Возьмите разговоры о „паузе“ в деле ядерного разоружения, – сказал он. – Зачем она нужна? Похоже, для того, чтобы организовать так называемое компенсационное наращивание вооружений в Европе.

Это очень опасная линия, которая в случае её реализации опрокинет всё достигнутое в области ядерного разоружения, отбросит нас всех далеко назад. Этого допустить нельзя»[20].

Взвинчивал спираль «опасений» перед ядерным разоружением и бывший министр обороны ФРГ М. Вернер. Трибуной для своего выступления в духе «психологической войны» он избрал федеральный конгресс союза резервистов бундесвера, объединяющий (по данным этой организации) свыше 100 тыс. человек. Конгресс проходил в Бонне во второй половине ноября 1987 г., т. е. всего за две недели до вашингтонской встречи М. С. Горбачёва и Р. Рейгана. Как сообщило Немецкое агентство печати (ДПА), Вернер утверждал, что предстоящая ликвидация ядерных ракет средней дальности увеличивает угрозу безопасности Запада, а ликвидация тактического ядерного оружия вообще будет означать её конец…

Не удержался министр обороны ФРГ и от того, чтобы не напомнить о «советской угрозе». Он не стесняясь приписывал нашей стране некие агрессивные намерения. Пренебрегая фактами и настаивая на откровенной оппозиции ядерному разоружению, глава боннского военного ведомства утверждал, будто СССР «продолжает наращивать военную мощь и целенаправленно расширять способность к вторжению».

Следует отметить, что антисоветские пассажи Вернера явно звучали диссонансом повороту во взаимоотношениях ФРГ с СССР, который к тому времени уже наметился в официальном Бонне и более чётко обозначился в ходе январского (1988 г.) визита в ФРГ министра иностранных дел СССР. Он прошёл, как известно, под знаком готовности обеих стран «открыть новую страницу» в развитии советско-западногерманских отношений, заполнить её новым конструктивным содержанием. Советский Союз с удовлетворением отметил, что руководство ФРГ, политические деятели этой страны высказываются в основном за сохранение динамики движения в вопросах разоружения[21].

Примерно в «вернеровском» ключе звучало заявление министра обороны Англии Дж. Янгера. Аудиторию для своего пропагандистского выступления глава британского военного ведомства избрал не менее массовую, чем его коллега из ФРГ, – телевизионную программу Би-би-си. Излагая содержание его высказываний, английская программа сообщала, по мнению Дж. Янгера,

«возможность того, что после подписания соглашения по ядерным силам промежуточной дальности европейская оборона окажется подорванной, а Запад ослабит бдительность, очень реалистична».

Он совершенно серьёзно предупреждал соотечественников:

«Опасность для Англии заключается в том, что после подписания подобного соглашения может распространиться мысль, будто нам вообще не нужна сильная оборона»[22].

И тут же поспешил заверить британских телезрителей, что самому ему такая крамольная мысль чужда, а под «сильной обороной» он подразумевает ту, в арсенале которой непременно имеется «военный атом»!

Заверения министра обороны Англии о том, что его ведомство бдительно стоит на страже сохранения своих ядерных «независимых средств сдерживания», невольно воскрешали в памяти печально знаменитую фразу, которую не так давно произнёс бывший главнокомандующий объединёнными вооружёнными силами НАТО, эксгоссекретарь и один из «эпизодических» претендентов на президентское кресло в Белом доме в американской предвыборной кампании 1987–1988 гг., А. Хейг: «Есть вещи и поважнее мира»… Янгер подчеркнул в телепрограмме Би-би-си, что «ослабления бдительности» не произойдёт, потому что министры обороны европейских стран (НАТО. – Авт.) разделяют мнение о необходимости сильной обороны[23].

Так в преддверии вашингтонской встречи ответственные за военную политику деятели показали, как буржуазной прессе реагировать на прорыв в области ядерного разоружения и на что настраивать общественное мнение стран Запада.

Закреплению стереотипов старого мышления во взглядах на роль ядерного оружия в Европе среди народов западноевропейских капиталистических стран не могло не способствовать заявление главы английского правительства.

«Нет ничего мощнее ядерного сдерживания, – сказала М. Тэтчер в интервью итальянской телекомпании „Канал-5“, текст которого 18 ноября 1987 г. опубликовала римская газета „Република“. – Я согласна с генералом Гэлвином[24], который сказал: „Мы не хотим Европы без ядерного оружия. Мы хотим Европу без войн“. А для того, чтобы иметь Европу без войны, нужно иметь эффективное ядерное сдерживание»[25].

Консервации таких взглядов на «оборонную политику» НАТО способствовало то, что авторитет М. Тэтчер довольно высок среди значительной части британских граждан. Подталкивала их верить в якобы «мироспасительную» роль ядерного оружия и действительно взвешенная позиция, занятая главой кабинета в отношении советско-американского договора по ракетам средней и меньшей дальности, поддержка М. Тэтчер вашингтонской встречи между М. С. Горбачёвым и Р. Рейганом. Когда тележурналисты итальянской компании «Канал-5» обратились к М. Тэтчер с вопросом «Считаете ли Вы, что подписание соглашения о ликвидации ракет средней и меньшей дальности ослабит Европу и придётся реорганизовать её оборону?», она недвусмысленно ответила: «Нет, я не считаю, что это ослабит Европу». Но тут же добавила:

«Ведь НАТО основано на том, что принято называть „доктриной гибкого реагирования“. Это означает, что нужно иметь обычное, ядерное и химическое оружие… Мы должны быть уверены в том, что во всех сферах наша оборона будет надёжной. Мы должны быть уверены в том, что у нас есть достаточно надёжное ядерное сдерживание. Именно благодаря ядерному сдерживанию мы сохраняли мир в Европе в течение 40 лет»[26].

Вновь и вновь причины предотвращения войны на нашем континенте сводятся к обладанию ядерным оружием. Не в интересах лидеров стран – членов НАТО признавать, что рост могущества социалистической системы, авторитета и влияния на развитие событий и международную общественность миролюбивой политики СССР и его союзников не раз блокировал вспышки милитаристских авантюр империализма. В том же интервью М. Тэтчер воспользовалась возможностью телевизионного общения с миллионами итальянских граждан, чтобы вновь заронить в их души семя подозрений в адрес СССР.

«Я думаю, – прозвучал с экрана голос М. Тэтчер, – что внешняя политика Советского Союза – всё та же. Москва по-прежнему желает расширить сферу своего влияния, применяя всё те же методы».

Как видим, миф о «советской военной угрозе» жив. С экранов телевизоров, со страниц правобуржуазной прессы западноевропейских стран обрушиваются на людей призывы усиливать оборону с помощью ядерного оружия перед «угрозой» с Востока. Правда, довольно скоро премьер-министр внесла определённые коррективы в свою оценку действий СССР на мировой арене. 7 декабря 1987 г., во время остановки М. С. Горбачёва в Великобритании по пути в Вашингтон,