Николай Зенькович - Мальчики в розовых штанишках. Очень грустная книга

По телевизору шла и идет реклама московского храма Христа Спасителя. После показа ролика, снято­го Грымовым, произошел смешной случай.

Сюжет ролика простенький. Стоит старушка с ко­робочкой, на ней написано: «На восстановление храма Христа Спасителя». Проезжает пожилой автомоби­лист — бросает денежку, проезжает юный рокер — тоже бросает денежку...

— На другой день после первого показа ролика на улицы столицы вышли сотни старушек с коробочками, на которых было написано... сами понимаете что,— смеется один из строителей храма.

ТОНКАЯ ИГРА ВООБРАЖЕНИЯ

Музыкальный критик «Новой газеты» Анна Саед-Шах комментирует новогоднюю программу «Песня- 98»:

«Не воспринимать же всерьез Наташу Королеву, по старой привычке изображавшую из себя маленькую такую крошку, которая как

Каждая маленькая девочка

Мечтает о большой любви.

Правда, песенка эта оказалась с секретом. К концу ей как бы не хватало мелодии, и бедной Наташке приходилось все время сокращать слова. В конце кон­цов от песенки осталось только:

Каждая маленькая девочка

Мечтает о большом.

И так раз десять, чтоб зритель понял и осознал намек и тонкую игру воображения».

Еще один ее сюжет:

«Действительно, почему бы не исполнить задушев­ную песню о том, как трудно найти мужчину, спо­собного на длительный секс, и как поэтому прихо­дится женщинам справляться со своей бедой в оди­ночку. Тем более если эту песню заказывает простая учительница. И Надежда Бабкина удовлетворяет ее, как умеет:

...Взлетишь — и сразу с неба кувырком,

Тебе летать со мной, соколик, рано.

Куда привычнее ползти пешком,(sic! — А.С.-Ш.)

...Мне в одиночку свой вершить маршрут...

Надеюсь, эта училка не преподает детям русский язык...».

КОГО ПУСКАЮТ К ЗАМОЧНОЙ СКВАЖИНЕ

Из заметки в «Московском комсомольце» в разделе «Курьер культуры»:

«Независимая газета» хорошо держит нос по ветру и уже печатает статьи в духе времени, которое вот-вот нагрянет. Судя по всему, нас ждет запретиловка, по-училовка и жестокая цензура под вывесками «Товари­щеский суд», «Руки прочь» и «Не могу молчать».

Во всяком случае, в «НГ» от 18.12.98 в рубрике, на полном серьезе названной «Трибуна писателя», высту­пил пламенный трибун Константин Щербаков, больше известный как бывший зам. министра культуры, чем писатель. На площади, предоставленной ему газетой, он разразился отповедью очернителям театра в лице журналиста «МК» Марины Райкиной. Ну что сказать писателю, подробно изучившему творчество журна­листки?

«Ну, во-первых, жизнь прожита не зря: благодаря «МК» К. Щербаков наконец прикоснулся к теме, судя по всему, его давно и тайно волновавшей, — любви за кулисами. Во-вторых, то, что мы по наивности считали жизнью и любовью за кулисами, старый театрал назы­вает грязью и постелью. Воистину— грязь в глазах смотрящего. Именно к грязи и постели писатель воз­вращается с подозрительным упорством человека, же­лающего встать в очередь к замочной скважине. Но, видимо, не пускают, в отличие от журналиста «МК», которому артисты и режиссеры доверяют как челове­ку, понимающему и любящему театр, переживающему за него...».

КНИГА СОСТОЯЛА БЫ ИЗ ОДНИХ МНОГОТОЧИЙ

— Извините, вы ненавидите Ельцина?— спросил журналист Леонид Крутаков у писателя Александра Коржакова.

— Нет, ну что вы.

— Но в вашей книге есть ужасно грязные моменты.

— Если бы я написал все так, как было на самом деле, то там были бы одни многоточия. Описался, обкакался, обделался — все это было на самом деле.

— А что вас держало при таком президенте?

— Но я же не вытряхивал штаны президента. А держала меня служба.

ГОЛЫЙ ПУШКИН С ГОЛОЙ ЖЕНЩИНОЙ В ПОСТЕЛИ

Игорь Шафаревич — академик РАН, почетный член Американской академии наук, лауреат Ленинской пре­мии и математической премии Геттингенской акаде­мии наук — недоумевает:

— К 199-му юбилею Пушкина газета «Культура», которая рекомендуется как «газета интеллигенции», напечатала три большие статьи: одна на тему «Пуш­кин и женщины», иллюстрированная тремя рисунками, на каждом из которых голый Пушкин лежит в постели с голой женщиной; другая статья на тему «Пушкин как картежник»; и третья — об Арине Родионовне, в кото­рой доказывается, что роль няни сильно преувеличена, Пушкин, оказывается, вспомнил о ее смерти между посещением проститутки и поездкой в театр...

КНИГИ НЕТ, НО В СОЮЗ ПИСАТЕЛЕЙ МОЖНО

Литературный критик Валентин Оскоцкий расска­зывает о последней встрече с Галиной Старовойтовой:

— Перебирая в памяти газетные и журнальные публикации Галины Васильевны, которые могли бы составить ее будущую книгу, задал вопрос, воспри­нятый поначалу как неожиданный: «А почему бы вам не вступить в Союз писателей Москвы? Если сочтете возможным, пусть одна из рекомендаций будет моя». О заявлении для приема обещала подумать. А за го­товность дать рекомендацию заранее поблагодарила...

Вот и бывший главный охранник Бориса Ельцина Александр Коржаков стал членом Союза писателей, и теперь Михаил Шолохов ему коллега. Впрочем, у Коржакова книга все же есть. Правда, не ясно, кто ее написал. А кто Шолохову «Тихий Дон» написал, ясно?

А ВАШ ШОЛОХОВ ВООБЩЕ ПЛАГИАТОР

Под таким заголовком «Комсомольская правда» (18.12.98 г.) опубликовала интервью своего корреспон­дента Светы Кузиной с графологом-криминалистом Татьяной Борисовой.

— Я участвовала в экспертизе по Шолохову, — сказала, как написано в газете, один из признанных специалистов, сотрудник Федерального бюро судебной экспертизы при Министерстве юстиции, — и уверена на 100 процентов, что он не является автором «Тихого Дона». Эту книгу он переписал. Наша заведующая делала экспертизу главы, переписанной его простень­ким детским почерком, — вот уж где нет гениальности никакой. Видно, как он подделывал черновик: зачерк­нуто слово, которое во всех учебниках написано — «небушко», сверху написано «небо», снова зачеркнуто и снова написано «небушко». В настоящем же чернови­ке всегда видна работа мысли. Автороведческая экс­пертиза по частоте встречаемости слов в «Тихом До­не» и «Поднятой целине» показала, что «Тихий Дон» писал мудрый и интеллигентный человек, а не 15- летний мальчик, который никуда не выезжал из ста­ницы. И даже книгу «Они сражались за Родину» Шоло­хов писал не один.

— Графолог может ошибиться?

— Может, но в криминалистике это страшная ошибка. Был случай, когда к нам в лабораторию после 5 лет отсидки в тюрьме пришел человек, который захотел посмотреть в глаза почерковеду: тот ошибся. А после следующей экспертизы следователь позвонил эксперту: «Можете не волноваться, приговор уже при­веден в исполнение, так что этот человек к вам не придет, если вы даже ошиблись».

Шолохов тоже не заглянет в глаза графологу Бори­совой, поэтому и появилось такое интервью. Оно име­ло неожиданное продолжение.

ПОКАЖУ ТО, ЧТО ДЕЛАЮ ИНТИМНО

«Прямая линия» читателей «Комсомольской прав­ды» с Еленой Ханга, ведущей телепрограммы «Про это».

Звонит женщина, представившаяся Антониной Се­ргеевной.

— Мне активно не нравится ваша передача, — го­ворит зрительница. — Она просто неприличная. Я один раз заставила себя ее посмотреть. Это и слу­шать, и смотреть стыдно.

— А что в этой передаче было?— спрашивает Ханга.

— Там женщина онанировала.

— Она занималась самоудовлетворением,— по­правила Ханга.

— Мне такие слова даже произносить неудобно. Вы как-то сказали, что раньше с мамой стеснялись говорить о сексе. И правильно: все стесняются. А те­перь вам заплатили, и вы перестали стесняться, рас­сказываете об этом на всю страну. Это возмутительно.

— Скажите, а где, кроме нашей программы, под­росток узнает, например, о безопасном сексе?

— Сейчас много рекламы.

— Какой рекламы? Если у человека проблема, он что, решает ее с помощью рекламы?

— Но нельзя же решать ее публично! Это раз­вращает подростков. И вообще это не проблемы, а ка­кое-то глупое хвастовство: «Вот я вам сейчас покажу то, что делаю интимно».

— Я понимаю, о какой передаче вы говорите. Мо­жет быть, она была не самая удачная. А эта женщина сказала, что будет заниматься самоудовлетворением, чем изменять мужу.

— Ой, ну везде можно найти каплю разумности.

ПРИДУМАЛА ГЕРОИНЕ ПОНОС СО СТРАХА

В писательство жительница города Владимир Та­тьяна Полякова пришла из... воспитательниц детского сада.

— Как вы сами считаете, почему вы так популяр­ны?— спросила у нее журналистка Татьяна Филип­пова.

— Потому что я пишу, не оглядываясь: хорошо это или плохо с точки зрения морали. Мне говорят: как же так, у вас такие хорошие бандиты, а девчонки ваши — ужас какие озорницы! Ну и что? Разве мир только черный и белый? Правда, вести себя так, как мои героини, я бы своим подругам все-таки не советовала. С тем, что назначение литературы — воспитывать, я не согласна. Точнее, она воспитывает, если человека му­чают вопросы. Но спросите сейчас у молодых людей, что они думают о Раскольникове. Дурак, скажут, Ро­дя — сам себя ментам сдал. А что до моих книжек, то я всем говорю: отвлекли они вас на время от забот и грустных мыслей — и слава Богу.