Исчезнувшая в полночь - Джейк Андерсон

как будто реальность разбирает и пересобирает себя, следуя за движениями ее головы. Эти симптомы появились совсем недавно. Закат струился сквозь окна, геометрически идеальные полосы пересекались и сливались под причудливыми углами, подсвечивая случайные части людских тел, пряди волос и участки голой кожи. Лица пассажиров вспыхивали, когда они поворачивались, чтобы что-то сказать соседу, засмеяться, взять какой-то предмет, устроиться поудобнее в преддверии ночи. Все казались такими спокойными и счастливыми. Пребывали в гармонии. В потоке.

Элиза однозначно не была в потоке. В сущности, она могла ощутить себя в потоке лишь во время эпизода. Высокая цена за несколько часов ясности и уверенности.

Сейчас ей необходимо было электричество — или ей конец. Не в буквальном смысле, но почти. Ей требовался доступ в Интернет, а ее паршивый ноутбук отказывался работать, не будучи подключенным к розетке. Она его ненавидела, но ноутбук был единственным скакуном, способным доставить ее в киберпространство. Если повезет, на Национальной выставке Pacific она сможет сделать апгрейд.

«Интернет, я без тебя не могу», — подумала она. Элиза откровенно признавала свою эмоциональную зависимость от Tumblr.

Она рассталась со своим парнем сразу после того, как вернулась из Торонто. Или, если точнее, он с ней расстался. Официально он сформулировал это так, что ему нужен «перерыв», — если верить сестре Элизы, это означало, что ему не нравится быть с ней в отношениях, но он не хочет, чтобы она еще глубже скатилась в депрессию.

Элиза порылась в сумке и достала ноутбук. Подключившись к поездному вайфаю, она зашла в свой блог Ether Fields, вспомнила недавнюю встречу со старыми друзьями и начала новый пост:

…доказывает, что в моей жизни все-таки происходит масса потрясающих прекрасных вещей, и, хотя все они заняты достижением всяких вершин, им на меня не наплевать. Моя жизнь не состоит из депрессии целиком и полностью. В ней есть еще много всего, и эти люди напоминают мне о том, как мне повезло. Жизнь длинна и сложна, и люди всегда будут вести себя как идиоты и жаловаться. Но жизнь того стоит, пока в ней случаются вот такие особые дни. Их будет много в будущем, и их было много в прошлом. Ну и что с того, что жизнь — дерьмо и все мои планы накрылись одним местом. Если я попрошу о помощи, кто-то даже может с готовностью протянуть мне руку. Спасибо вам, друзья, семья и Tumblr.

Потоки эндорфинов, серотонина и дофамина — изначальных, природных наркотиков — затопили ее сознание. Элиза чувствовала, как зарождается, как поднимается изнутри радость. Позитив пронизывал ее насквозь, рождал тысячи мыслей.

А потом она оглядела вагон и поняла, что любит всех пассажиров до единого. Вот он, ее путь, вот дорога самосозидания. В то мгновение основополагающие радость и благодарность казались Элизе источниками грядущего успеха и триумфа. Упорный труд и терпение помогут ей однажды стать знаменитым блогером. Она сумеет добиться всего, чего пожелает.

«Если бы только можно было сохранить эту радость про запас, на будущее», — подумала она.

Это ее секретное оружие, и никому не под силу остановить ее. Это удивительная тайна, которую давным-давно познали все великие. Раскрой объятия хаосу и сражайся за любовь в самой его сердцевине. Именно этого она хотела: сбежать из постылой тюрьмы повседневной рутины и заняться чем-то новым, чем-то совершенно беспрецедентным. К черту учебу, к черту всех тех, кто в нее не верит!

Так начиналось ее турне по Западному побережью, ее побег из заточения. Она даже не знала толком, куда отправится. Скорее всего, в Сан-Диего, в Санта-Крус. Возможно, в Лос-Анджелес. Неважно, главное — что она выбралась из своей комнаты в Ванкувере.

Она открыла в браузере два новых окна. Добавила к посту картинки, опубликовала и продублировала в Twitter и Tumblr. Потом продублировала еще несколько постов.

«Боже, храни интернет, — написала она. — Все, кто ищет способ излить свою тоску, приходят сюда и чувствуют себя не так одиноко».

Последние багровые лучи заходящего солнца растаяли на небосклоне.

Мужчина, сидевший в нескольких рядах от Элизы, вдруг повернулся и встретился с ней глазами. Это длилось недолго, но достаточно, чтобы в душе явственно зашевелился страх, который она старалась не замечать уже несколько дней. Причиной страха был столь обожаемый Элизой интернет. Она внезапно с ужасом осознала, что рассказала в сети о маршруте своего путешествия, его основных точках и даже датах.

Элиза вспомнила, сколько незнакомых парней писали ей в личку в Tumblr. Еще никогда ее паранойя по поводу онлайн-фолловеров, которые могут попытаться найти ее в реале, не была такой отчетливой.

Зачем тот мужчина на нее смотрел? Элиза стала прокручивать в голове последние несколько часов, пытаясь отыскать среди файлов-воспоминаний тот момент, когда она решила сесть именно в этот вагон. Перед глазами снова встал тот мужчина, и выражение его глаз, пристальный взгляд теперь казались ей знакомыми. Он шел за ней до вагона? Он следил за ней в сети?

Элиза ощутила знакомый укол тревоги, а потом еще укол, еще и еще. Паника накатила, словно волна, мучительная, всепоглощающая. Она ехала в поезде, но мысленно барахталась, покинутая всеми, в пенных волнах штормящего моря темной безлунной ночью.

Она прибегла к единственному своему спасению. Открыла ноутбук и начала писать новый пост в Tumblr, чтобы выплеснуть страх, облечь его в слова.

Правое полушарие: Почему я пишу под своим именем?.. Да что я за самовлюбленная дурочка, если считаю, будто мой жалкий голос кому-то нужен в блогосфере?.. Что, если меня уже гуглит куча психов? Они найдут мой адрес за десять секунд…

Левое полушарие: Я просто публикую тексты от своего имени… то есть делаю то, что с шести лет хотела делать больше всего на свете… Почему какой-то воображаемый маньяк должен мешать мне заниматься тем, что я люблю и за что отвечаю?.. Какой смысл вообще об этом говорить, пока у меня не наберется больше четырех читателей?

Правое полушарие: …Этот воображаемый маньяк может оказаться настоящим и выследить меня… Этот маньяк может оказаться моим пятым читателем.

Если интернет когда-нибудь заметит мое существование, я обязательно получу вот такую фигню или что похуже. А если это перерастет во что-то действительно страшное, люди немедленно скажут, что ничего бы не случилось, не будь я такой идиоткой и не публикуй посты под своим именем, чтобы достать меня было легче легкого.

Она подняла голову. Тот мужчина на нее не глядел — но только потому, что никакого мужчины в кресле уже не было. Он пропал!

Взгляд Элизы заметался по