Живой Журнал. Публикации 2017, январь-сентябрь. - Владимир Сергеевич Березин

привычные к жизни в больших городах, редко верят в африканские пейзажи.

Они просто плачут, чтобы скрыть свою растерянность.

И как только он дочитал последнюю строчку, его отпустило.

Страх ушёл, смерть отступила

Она растворилась в стылой воде Атлантики.

Папаша Мартин курил на палубе после отменённой ночной атаки.

Они были опять одни — поэты, брошенные в море и живущие в чреве железной рыбы-левиафана.

Не было вокруг никого. Только в вышине над ними плыли небесные рыбы, внутри которых ждали своего часа бомбы.

Длинные сигары дирижаблей шли над ними, ощетинившись пулемётами, и несли смертный груз спящим городам.

Райнер манипулировал секстаном, угольки плохого табака из капитанской трубки мешались со звёздами.

— Знаете, Райнер, — сказал вдруг капитан. — Когда кончится война, я оставлю флот.

— Понимаю вас, капитан, — безразлично ответил штурман, — после этой войны мы все переменимся. Не убеждён, кстати, что я сумею писать стихи после этой войны.

— Кто знает. Каждый может написать хотя бы одно стихотворение, даже я. Даже я, — и в этот момент капитан решил, что Бог по-прежнему может рассчитывать на него.

— Написать может каждый, но останутся ли слушатели?

— Наверняка. Не может же смерть прийти за всеми сразу.

— Она может прийти постепенно, и мир изменится. Он всегда изменяется постепенно, но всегда в рифму.

Про себя Райнер подумал: «Он мог бы стать священником. Да, точно, у него повадки доброго патера. Только это будет странный священник»

Над носом лодки взошла Венера, похожая на гигантскую звезду.

«Об этом тоже можно написать стихотворение. Мы забыты на земле, и только ход небесных тел напоминает нам о… О чём-то он нам напоминает… Впрочем, все стихи напоминают нам о любви», — рассудил штурман. — «Но эту тему лучше оставить кому-то другому».

И, чтобы два раза не вставать — автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.

Извините, если кого обидел.

03 марта 2017

История про то, что два раза не вставать (2017-03-05)

Вот, кстати, сегодня — Торжество Православия. Первое воскресение Великого Поста, праздник, который честный обыватель, не озабоченный подробностями, связывает с чином анафематствования.

У тех, кому больше сорока, слово "анафема" верёвочкой привязано имя Толстого. Даже в ЕГЭ есть вопрос о том, кого из писателей отлучили от церкви.

24 февраля 1901 года в «Церковных ведомостях» № 8 было опубликовано определение Святейшего Синода.

Полный текст его таков:

«Определение Святейшего Синода от 20–22 февраля 1901 года.

Изначала Церковь Христова терпела хулы и нападения от многочисленных еретиков и лжеучителей, которые стремились ниспровергнуть ее и поколебать в существенных ее основаниях, утверждающихся на вере в Христа, Сына Бога Живого. Но все силы ада, по обетованию Господню, не могли одолеть Церкви святой, которая пребудет неодоленною во веки. И в наши дни Божиим попущением явился новый лжеучитель, граф Лев Толстой. Известный миру писатель, русский по рождению, православный по крещению и воспитанию своему, граф Толстой в прельщении гордого ума своего дерзко восстал на Господа и на Христа Его и на святое Его достояние, явно пред всеми отрекся от вскормившей и воспитавшей его Матери, Церкви Православной, и посвятил свою литературную деятельность и данный ему от Бога талант на распространение в народе учений, противных Христу и Церкви, и на истребление в умах и сердцах людей веры отеческой, веры православной, которая утвердила вселенную, которою жили и спасались наши предки и которою доселе держалась и крепка была Русь святая. В своих сочинениях и письмах, во множестве рассеиваемых им и его учениками по всему свету, в особенности же в пределах дорогого Отечества нашего, он — а) проповедует, с ревностью фанатика, ниспровержение всех догматов Православной Церкви и — б) самой сущности веры христианской:

+1. отвергает личного живого Бога во святой Троице славимого, Создателя и Промыслителя вселенной

+2. отрицает Господа Иисуса Христа — Богочеловека

+3. отрицает Иисуса Христа как Искупителя, пострадавшего нас ради человеков и нашего ради спасения

+4. отрицает Иисуса Христа как Спасителя мира

+5. отрицает воскресшение Иисуса Христа из мертвых

+6. отрицает бессеменное зачатие по человечеству Христа Господа

+7. отрицает девство до рождества Пречистой Богородицы и Приснодевы Марии

+8. отрицает девство по рождестве Пречистой Богородицы и Приснодевы Марии

— 9. не признает загробной жизни

— 10. не признает мздовоздаяния;

+11. отвергает все таинства Церкви и благодатное в них действие Святого Духа

+12. ругаясь над самыми священными предметами веры православного народа, не содрогнулся подвегнуть глумлению величайшее из таинств, святую Евхаристию.

Всеё сие проповедует граф Толстой непрерывно, словом и писанием к соблазну и ужасу всего православного мира, и тем не прикровенно, но явно перед всеми, сознательно и намеренно отторг себя от всякого общения с Церковию Православною. Бывшие же к его вразумлению попытки не увенчались успехом. Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею. Ныне о сём свидетельствует перед всей Церковию к утверждению правостоящих и к вразумлению самого графа Толстого. Многие из ближних его, хранящих веру, со скорбию помышляют о том, что он на конце дней своих остается без веры в Бога и Господа Спасителя нашего, отвергшись от благословений и молитв Церкви и от всякого общения с нею. Посему, свидетельствуя об отпадении его от Церкви, вместе и молимся, да подаст ему Господь покаяние и разум истины. Молим ти ся милосердный Господи, не хотяй смерти грешных, услыши и помилуй, и обрати его ко святой Твоей Церкви. Аминь».

При этом сам Толстой в «Ответе Синоду» от 4 апреля 1901 года признавался: «…Я действительно отрекся от Церкви, перестал выполнять её обряды… Я отвергаю непонятную Троицу и басню о падении первого человек… Я отвергаю все таинства».

Обер-прокурор Святейшего Синода Победоносцев, кстати, присутствует в романе «Воскресение» и назван Торопцевым. Торопцев выходит нехорош, нехороша и церковь как институт.

В то время, когда насаждалась зыбкая советская идеологическая конструкция «разных толстых», то есть, писателя — отдельно, а философа — отдельно, то отлучение объяснялось социальным противостоянием. Почти религиозным бунтом. Любимой объяснительной цитатой был пассаж из «Критики догматического богословия», в котором Толстой писал: «Православная церковь! Я теперь с этим словом не могу уже соединить никакого другого понятия, как несколько нестриженых людей, очень самодовольных, заблудших и малообразованных, в шелку и бархате, с панагиями бриллиантовыми, называемых