Олег Мороз - Главная ошибка Ельцина

"Конформист-диссидент"

Вообще-то в той характеристике, которую Усольцев дает "Володе-малому", есть кое-какие противоречия. С одной стороны, всем сослуживцам Усольцева, стало быть, и Володе Путину, как мы помним, существовавший тогда порядок вещей казался "вполне нормальным"; если что-то в нем и не нравилось им, то "казалось это все мелочью", с другой, -- и это мы тоже видели, -- у Володи было немало достаточно серьезных претензий к этому самому "социалистическому" порядку, он вообще был убежден в неоспоримых преимуществах капитализма перед коммунизмом.

Усольцев признается, что после володиных вольнодумных откровений об этих преимуществах и он сам стал склоняться к тому, что "капитализм выглядит симпатичнее коммунизма, от которого повеяло могильным холодом".

"Хотя я еще и оставался в плену коммунистической догмы, -- пишет Усольцев,-- но отрицательных эмоций к Володе в связи с его обнажившимся антикоммунизмом я не испытал".

Ну вот, "обнажившийся антикоммунизм". А вы говорили, что коммунистические порядки Володя, как и другие его сослуживцы, считает нормальными, что претензии у него есть только к мелочам.

Впрочем, "обнажившийся" володин антикоммунизм обнажился разве что для Усольцева. Для кого еще, -- неизвестно. В целом же Володя, естественно, продолжал придерживаться своего универсального принципа -- "не высовываться", не говорить открыто о своих глубинных убеждениях. Напротив, на людях он всегда говорил то, что надо. Не смущаясь поддерживал, например, разговоры о "сионистском влиянии" на академика Сахарова… Впрочем, странно было бы, если бы он, сотрудник КГБ, находящийся на оперативной работе за границей, повел себя как-то иначе. Усольцев:

"В этом был весь Володя: зачем наживать неприятности, плюясь против ветра?"

С подачи шефа, его даже избрали секретарем парторганизации разведгруппы.

Что касается володиных "диссидентских премудростей", Усольцев считает, что Володя набрался их еще в Ленинграде, работая в 5-й службе КГБ, ориентированной на борьбу с "идеологической диверсией". Усольцев:

"Похоже, в этой борьбе на участке фронта, где оборону держал Володя, верх одержали «идеологические диверсанты".

Я-то не думаю, что от своих "идеологических противников" Путин подцепил какую-то особую "заразу диссидентства". Убеждения в том, что коммунизм есть абсолютно нежизнеспособная утопия, в Стране Советов придерживались многие, кто хоть немного был способен здраво размышлять и анализировать происходящее. Но это убеждение не мешало им добросовестно делать свое дело и "не высовываться", то есть, в конечном счете, служить коммунистическому режиму. Усольцев называет своего сослуживца "конформистом-диссидентом". Не знаю, насколько вообще оправданно в применении к Путину слово "диссидент", но уж в любом случае упор здесь надо делать на первом cлове -- на слове "конформист": ну да, он способен был немного приподняться над средним мыслительным уровнем своих коллег-гэбэшников, но это никак не отражалось на его поведении. И, думаю, никак не проявилось бы и в дальнейшем, если бы коммунистическая власть сохранилась.

Так или иначе, из воспоминаний Усольцева следует как минимум, что Путин вовсе не испытывал какой-то особой душевной, сердечной привязанности к советскому коммунистическому режиму, так чтобы эта сердечная привязанность заставила его, когда он стал президентом, волочить страну назад ко временам, когда этот режим существовал. Вместе с тем, он, без сомнения, испытывал привязанность к идее имперского, державного величия страны (хотя об этом в разговорах двух дрезденских "сокамерников" вроде бы речи не было; я, по крайней мере, этой темы в книге Усольцева не встретил). А поскольку никакой другой "великой державы", "великой империи", кроме Страны Советов, перед путинским мысленным взором не открывалось, то он и решил максимально приблизить подведомственную ему страну к этому образцу. Максимально, но не полностью. Полагая, что рубеж, где надо остановиться, для него достаточно ясен: этот рубеж в его представлении обозначала капиталистическая, рыночная экономика, которой чурались и чураются коммунисты, но которую признает единственно возможной, жизнеспособной сам Путин.

Кроме того, ностальгия по утраченной советской империи, которую испытывали и испытывают у нас многие, остается хорошим подспорьем для какого-то, пусть уже и не очень надежного, объединения народных масс. А необходимость такого объединения под своей дланью испытывает всякий политик, оказавшийся у власти.

Но уж на границе "демократия -- отсутствие демократии" Путин точно не предполагал останавливаться в своем возвратном движении. Он легко переступил эту границу в сторону Совка, поскольку его очевидным убеждением было, что РОССИЙСКИЙ НАРОД ДО ДЕМОКРАТИИ НЕ ДОЗРЕЛ.

В ход идут "демократизаторы"

Кровавое побоище в Сочинском аэропорту

Пожалуй, одно из первых самых ярких свидетельств того, насколько неукоснительно при новом президенте будет соблюдаться священное Право, было представлено в октябре 2000 года в городе Сочи -- в том самом, где, как мы теперь знаем, в 2014 году, на радость всей России, будет проходить зимняя Олимпиада. С момента инаугурации Путина тогда минуло лишь пять с половиной месяцев.

Все началось 20 октября примерно в полдень. В кафе сочинского аэропорта под названием "Анжелика" заглянули, как писала "Новая газета" со ссылкой на местную прессу, "трое посетителей, предположительно сотрудников охраны президента России" (напомню, что в одном из сочинских районов --­ Бочаров ручей ­-- расположена резиденция президента; там как раз в этот момент находился Путин). Потом, впрочем, число заглянувших было уточнено: посетителей было не трое, а четверо.

-- Ребята спортивные такие, крепкие, в штатском. Трезвые на вид, -- рассказывала одна из свидетельниц происшествия. -- Время было обеденное. Все места в "Анжелике" оказались занятыми. Они подсели за столик к двум женщинам. И стали требовать "кофе по-быстрому". Мол, торопимся на самолет и ждать не можем. Хотя времени до их московского рейса было еще часа полтора-два.

-- Мужики, тут вообще-то очередь, -- попробовал им объяснить кто-то из местных…

-- Нас ваши очереди не касаются! -- вроде так ответили крепкие на вид. -- Слово за слово -- и началась драка. Кто кого первым ударил, я не видела. Но свидетелей было много. Так что разобраться, кто виноват, будет легко...

Однако, как писал корреспондент "Новой газеты" Сергей Золовкин, "в банальной потасовке почему-то все оказалось запутанным и таинственным": в местных правоохранительных органах об этой драке и о более серьезных событиях, которые за ней последовали, странным образом никто ничего не знал…

А дальнейшие события были такие: уже вскоре после той драки в "Анжелике" к кафе на двух машинах -- джипе и микроавтобусе -- подлетели люди в камуфляже, тяжелых ботинках и масках. Часть из них оцепила кафе, остальные ворвались внутрь. Послышались стоны, хрипы. "Один из местных сумел выскочить наружу, прошмыгнуть через кольцо охранения и забежать во двор штаба управления аэропорта. Там его настиг человек в маске, подсечкой повалил на землю..."

Из рассказа одного из пострадавших во время того налета (цитируется опять-таки по "Новой газете"):

-- Ворвались сразу восемь-десять человек в защитной форме без опознавательных знаков… У двоих из оцепления, по-моему, были даже автоматы наперевес. Все остальные -- с дубинками... Я лично не принимал никакого участия в драке, которая произошла минут за тридцать до этого. Мы с другом и его женой там случайно оказались. Родственника встречали. К другу, который сидел лицом к входу, сбоку подскочил мужик в маске. Друг только приподнялся, хотел что-то спросить -- и получил ботинком в пах. Упал головой о бетон. Его жена кинулась на помощь. Но "маска" оттолкнула ее так, что женщина отлетела к столику спиной и сильно ударилась об его край затылком. Со словами "Получи, чернож...й!" меня кто-то сзади трижды ударил по пояснице. По-моему, дубинкой. Я упал. И получил ботинком по голове... Когда пришел в себя, человек десять кое-как поднимались. У некоторых на лице была кровь. Кто-то за голову держался...

Продолжение -- в ночном клубе

Дальнейшие, уже ночные, события (в ночь с 20 на 21 октября) Сергей Золовкин описывает, опираясь на рассказы нескольких очевидцев, которые просили их не называть, и на свидетельство Александра Фроленкова, владельца популярного сочинского молодежного клуба "Экипаж-2000".

Около полуночи возле клуба появились "двадцать пять здоровенных лбов", которые, по свидетельству охраны, вместо того, чтобы купить входные билеты, "вытащили красные корочки с государственным гербом и отчетливой надписью "Служба безопасности президента".

Александр Фроленков самолично убедился в том, что пришельцы -- именно из этой службы, увидев в качестве сопровождающего их Дмитрия Космина, своего давнего знакомого из местного подразделения ФСО.