Виктор Полищук - Горькая правда. Преступность ОУН-УПА (исповедь украинца)

Правда, что в 1934–1939 годах действовал концлагерь Береза Картузская. Он, наряду с пацификацией некоторых галицких уездов в 1930 г., является тем, чего должна была стыдится тогдашняя польская власть. Ведь Польша провозгласила себя демократическим государством, республикой, она равнялась на цивилизованные государства Западной Европы и Северной Америки. Между тем… не обошлось без влияния тоталитарных систем, которые властвовали к востоку от Польши — большевистского СССР, и на западе — гитлеровской Германии, а также Италии. Чего скрывать — концентрационный лагерь в Берегу Картузском был явным проявлением фашизирующих течений в Польше. Таким же проявлением было существование с 1934 г. в Польше польской фаланги — ОНР (Обуз Народово- Радикальни), организации с выразительным фашистским лицом.

Однако… следует сказать следующее: никто из украинцев не был в Берегу Картузском замучен до смерти, как это случалось в то время в концлагерях СССР и в гитлеровской Германии. Сказанное здесь в любом случае не приуменьшает вины польской довоенной власти за деятельность Березы Картузской, сказанное здесь не означает, что в этом лагере не издевались физически и морально.

Не только в Берегу Картузском, но еще до создания этого концлагеря, в отношении к польским гражданам, а, следовательно, и к украинцам, применялись незаконные меры репрессивного характера. Об этом явно свидетельствует сеймовая интерпелляция партий "Центролев" по делу Бреста от 16.12.1930 г. В ней говорится, что в ночь на 10.09.1930 г. был арестован без судебной санкции 21 человек, среди которых было 20 послов в Сейм, в том числе видные деятели — поляки, евреи и двое украинцев: Иосиф Когут и Дмитрий Палиив — бывшие послы в польский сейм. Всех их посадили в военную тюрьму в Бресте.

Били их, издевались морально, не позволяли контактировать не только с адвокатами, но и с ближайшими родственниками[132].

Но, повторяю, никто из украинцев не был убит в результате такой деятельности польской власти.

ОУН до сентября 1939 не только убивала представителей польской власти и украинцев, которых считала "изменниками", не только нападала на почтовые амбулансы и почтамты с целью их ограбления, но также вела широкую пропагандистскую деятельность. Еще до формального происхождения ОУН, с 1927 г. начал выходить 10-тысячным тиражом как орган УВО месячник "Сурма" — сначала в Германии, а впоследствии в Чехо-Словакии, в Литве. С 1928 г. начал выходить, также за границей, более поздний официоз ПУН — Провода Украинских Националистов, журнал "Перестройка нации". Когда я пишу об этом, в голову приходит следующее: С 1992 г. начал выходить в Киеве журнал "Перестройка государства", учрежденный проводником ОУН мельниковцев Николаем Плавьюком и сегодняшним амбасадором Украины в Канаде Левко Лукьяненко. Не свидетельствует ли это о продолжении линии "Перестройки Нации"? А мне интересно — на чьи деньги (а это большие деньги) учредили вышеназванную "Перестройку государства"? Ведь Левко Лукьяненко более 20 лет своей жизни провел в концлагерях, на ссылке, он не вел никакой деловой деятельности. Можно только догадываться, что это — партийные деньги ОУН-м, потому что Украинская Республиканская партия, возглавляемая Левко Лукьяненко, и является сегодняшней трансформацией ОУН-м на Украине. А "Перестройка Нации" была в то же время теоретическим органом ОУН[133].

УВО, впоследствии ОУН, осуществляли в широких масштабах военное обучение кадров. Уже в 1925 г. были организованы курсы для старшин (офицеров) в Гданьске, в 1926 г. их окончило 60 членов УВО, бывших военных, и 50 младших членов УВО[134]. ОУН поддерживала обучение будущих своих кадров в свободном городе Гданьске, где в начале 1929 г. в немецком Гданьской политехнике обучалось около 200 украинских националистов[135]. ОУН субсидировала обучение своих кадров в Берлине, в Риме, в Чехо-Словакии. ОУН имела своих политических организационных представителей во многих столицах европейских государств.

На все это нужные были средства. Откуда ОУН их брала?

Незначительная часть средств УВО-ОУН поступала от ограблений почтовых амбулансов, почтамтов, почтальонов. Однако, этот источник мог составлять лишь какой-то небольшой процент нужных организации денег. Часть фондов после 1929 г., то есть после организации Евгением Коновальцем ОГОУ в США и УНО в Канаде, начала поступать из Америки. Однако, и этот источник финансирования УВО-ОУН был мизерным в сравнении с нуждами. В этом труде я не ставлю себе цель доказать сотрудничество УВО-ОУН с немецкой разведкой, которая взамен финансировала деятельность этих организаций. В конечном итоге — сама постановка вопроса — неправильная. Сотрудничать могут равные партнеры, а таковыми не были УВО-ОУН в отношении к немецкой разведке. УВО-ОУН могли выполнять не более чем поручения немецкой разведки. Выполняли ли? Сошлюсь в этом вопросе на некоторых авторов.

А. Щенсняк и В. Шота пишут, что через Гданьск немцы поставляли украинским националистам оружие. В 1938 г. в Австрии велись курсы для саботажников-диверсантов из ОУН под руководством Абвера. С 1934 г. велись тайные разговоры между немецкой разведкой и Евгением Коновальцем, во время которых было решено, что за услуги в интересах немецкой разведки ОУН будет получать 110.000 немецких марок[136].

Многолетний ведущий член УВО-ОУН, бывший боевой референт УВО, Зиновий Кныш, в книге "Бунт Бандеры" пишет: Рико Ярый… получает от немецкой разведки деньги… перед взрывом большевистско-немецкой войны организует из бандеровцев шпионскую и саботажную сетку (сеть — В.П.), подготавливает парашютистов, создает т. н. украинские легионы…[137]

Ришард Такжецкий пишет, что с 1926 г. УВО пользовалась политической и финансовой поддержкой немецкого военного штаба, с того же времени резиденция УВО перенесена в Берлин[138]. Тот же автор пишет, что разведывательную деятельность в пользу Германии вели главные члены УВО — Рико Ярый и Роман Сушко[139]. Далее автор указывает на факты: в 1933 г. был подписан договор между гитлеровцами и Р. Ярым об выучке членов ОУН в С.А., о переговорах, в которых принимал участие Е. Коновалец с гестапо, о финансовой помощи для ОУН[140]. Польские авторы ссылаются на архивные документы в этом вопросе.

Ярослав Пеленский пишет: До определенного времени обе группы (ОУН-б и ОУН-м — В.П.) в известной мере были готовы сотрудничать не столько с Германией вообще, сколько, скажем, с Абвером (немецкой разведкой), то есть с армией[141]. В этом украинский националистической ориентации (ОУН-с?) ученый, также допускает неточности, говоря о "сотрудничестве", скорее всего "готовности сотрудничать" с немецкой военной разведкой. Считаю, что можно говорить исключительно о выполнении поручений Абвера, а не о сотрудничестве, которое указывало бы на партнерство, которого не было. И почему-то тот же автор стыдливо говорит о "готовности сотрудничать", с Абвером, а не о том, что действительно УВО-ОУН работали на немецкую разведку. Такое утверждение ученого, который занимается изучением истории ОУН — симптоматическое, оно, в сущности, является частью известной с окончания II мировой войны дезинформации, хотя нужно сказать, что немного есть ученых украинцев на Западе, которые так много говорят о сути ОУН, как это делает проф. Я. Пеленский.

Разведывательную деятельность не следует упрощать, не следует возводить к вульгарному стереотипу шпиона. Военная разведка, это, на первый взгляд, несущественные данные о расположении войск, об их перемещении, о видах оружия, вооружения, снабжения, о настроениях среди населения, о путях сообщения и тому подобное. Тысячи членов ОУН могли не знать и не подозревать, что, сообщая, кому следует, некоторые данные, они выполняли разведывательные задания. Их много служило в Польском Войске.

Ни одно в мире государство не делает ничего абсолютно бескорыстно. Также не без пользы Германия обучала диверсантов из УВО-ОУН, не без пользы готовила офицерские кадры для этой организации. Не без пользы в 1939 г. был организован украинский легион под командованием Романа Сушко, который принял участие в сентябрьской агрессии Гитлера на Польшу.

Об утверждении, задокументированном источниками из архивов, которые касаются услуг УВО-ОУН в пользу немецкой разведки, можно было бы писать много. Ссылаясь на различных авторов, однако, считаю, что этого здесь не нужно делать: и так было ясно, что УВО-ОУН с начала своего существования были сориентированы на Германию, которая через свою военную разведку использовала названные организации для своих целей. Не бескорыстно.

До сих пор я не натолкнулся на книгу-воспоминание члена ОУН о выполнении заданий в пользу немецкой разведки. Вместо этого знаю книгу Грицка Купецкого "Там, где солнце всходит — воспоминания боевика ОУН на Дальнем Востоке". Автор — участник нападения на почтамт в Городке, сбежал от польского правосудия в Италию, где проходила выучка вместе с хорватскими националистами. ОУН посылает его в оккупированную японцами Маньчжурию в распоряжение японской военной разведки. Там он с двумя другими принимает участие в курсах для диверсантов, готовясь к эвентуальной войне Японии с СССР. Одного из них Валентин Мороз во вступительном слове просто-таки называет — "хороший боевик-террорист". Жили они и одевались на средства японской разведки. В книге на 500 страницах изложены подробности об этой деятельности членов ОУН. Они не были использованы эффективно только потому, что Япония отступила от плана войны против СССР[142].