Андрей Ланьков - Быть корейцем...

Куда сейчас ездят корейские туристы? У большинства из них всё-таки нет пока ни времени, ни денег на поездки по Европе, которые стоят от двух тысяч долларов и занимают не менее недели. Большинство корейцев предпочитает отправляться в относительно близкие к их родине места, куда можно съездить на 3–5 дней, потратив на всё удовольствие меньше миллиона вон.

Главным событием корейского туризма в 1990-е гг. стал «китайский бум». До августа 1992 г., Корея не имела дипломатических отношений с КНР (Сеул тогда признавал Тайвань), так что Китай был закрыт для неофициальных поездок. Однако, к концу 1990-х Китай стал пользоваться особой поплярностью среди корейских туристов, оставив позади Японию и США. В 2003 г. 23,7% всех поездок корейцев за рубеж пришлось на Китай.

В Китае корейцев привлекают дешевизна, обилие памятников традиционной культуры (которые, кстати, корейцам куда понятнее и ближе, чем россиянам) и географическая близость. Япония находится на втором месте, совсем немного отставая от Китая (23,6% всех поездок в 2003 г.). Это отставание объясняется как высокими ценами, так и традиционно непростыми отношениями двух соседей. На третьем месте находятся США (11% поездок), причём корейцы обычно ездят в западную часть страны, которая находится, так сказать, на другом берегу Тихого Океана, а также на принадлежщий Америке тропический остров Гуам. Наконец, на четвертом месте в 2001 г. находился Таиланд (9%). Страны ЮВА вообще пользуются у корейских туристов особой популярностью.

Каково же место России в этом списке? Довольно скромное, но не самое безнадежное. В 2003 г. в Российской Федерации побывало 43.202 корейца (в это число включаются не только туристы, но и люди, отправляющиеся по делам, на работу или учебу). Это означает, что на Россию приходилось примерно 0,7% всех корейских поездок за рубеж. Она, таким образом, слегка опережала Италию (40.831), но несколько отставала от Малайзии (60.398). В целом же в течение последнего десятилетия количество корейцев, посещающих Россию, оставалось довольно стабильным, колеблясь между 30 до 55 тысячами в год. Эта стабильность не слишком обнадёживает – ведь в целом за это время количество выезжающих за границу корейцев удвоилось.

Как стать миллионером?

Как стать миллионером? В наши дни этот вопрос весьма волнует бывших граждан «страны окончательно победившего социализма». Время от времени певцы нового строя проникновенно объясняют им, что стать милионером не так уж и сложно: всё дело тут, дескать, в предпринимательской жилке и умении упорно трудиться. Есть у тебя эти замечательные качества – и ты тоже станешь миллионером. Так, по крайней мере, написано в новых, постсоветских учебниках обществоведения.

Впрочем, экс-советские граждане в эти разговоры не слишком верят. Они, скорее уж, склонны доверять мудрости предков, которые хорошо знали, что «от трудов праведных не наживёшь палат каменных». Помнят россияне и то, чем в ещё недавние советские времена занимались нынешние «владельцы заводов, газет, пароходов» – или их родители. Среди российских милионеров есть, конечно, и настоящие выходцы из народа. Но их, во-первых, очень немного, а во-вторых все они, подобно бывшему шофёру Черномырдину, начали делать карьеру еще в советские времена, и приход капитализма встретили уже в немалых чинах.

А как обстоят дела в Корее? Кто они, корейские стальные бароны и автомобильные короли? Как они дошли до жизни такой?

Корейский капитализм, по историческим меркам, совсем молод. Первые корейские компании появились в колониальные времена, то есть в 1910–1945 г. Возникли они, само собой, при прямой поддержке японских колониальных властей. Однако лишь немногие из основанных в те времена компаний смогли выжить в бурные послевоенные годы. Почти все те фирмы, которые доминируют на корейском рынке в наши дни, были основаны между 1945 и 1955 гг.

В середине семидесятых группа американских социологов провела исследование руководства крупных корейских компаний. Исследование это проводилось с размахом, едва ли возможным в наши времена: учёные опросили руководителей примерно 15% всех крупных компаний, которые тогда существовали в Корее. За те три десятилетия, которые отделяют это исследование от нас, состав корейского делового Олимпа изменился не сильно – хотя масштабы производства выросли неимоверно, сделав бывших миллионеров миллиардерами. С другой стороны, в семидесятые годы во главе большинства компаний еще стояли либо сами их основатели, либо их дети, так что память о первых годах компании была еще очень сильной. Наконец, и пресловутым «пиаром», переписыванием своей истории, корейский бизнес в те простодушные и героические времена занимался гораздо меньше.

Результаты исследования весьма поучительны. Практически половина корейских крупных предпринимателей произошла из помещичьих семей. Детей крупных землевладельцев среди опрошенных оказалось 47%. В ходе земельной реформы, которая в Южной Корее завершилась в начале 1950-х гг., пахотная земля была перераспределена в уравнительном порядке (впрочем, помещикам выплатили частичную компенсацию). Однако в более ранние времена Корея была страной помещиков. Землевладельцы, в основном дворянского происхождения, составляли 3–5% всего сельского населения, но при этом владели примерно половиной всех земель в стране.

На втором месте среди глав крупных компаний находились дети купцов (19%) и промышленников (16%). Нашлось среди корейских олигархов место и для детей чиновников, хотя таковых было относительно немного – всего лишь 6%. Ещё 11% составили дети высокооплачиваемых специалистов – инженеров, врачей и т.п. В общем и целом 98% всех крупных предпринимателей вышли из элиты колониальных времён – из слоёв, которые составляли не более 10% всего населения страны.

Разумеется, не обошлось без исключений. Например, Чон Чжу-ён, основатель «Хёндэ», крупнейшей корейской суперкомпании-чэболь, родился в крестьянской семье и начинал свою трудовую биографию в качестве землекопа и грузчика, но со временем сумел выиться в миллиардеры. Однако подобное происхождение для корейских олигархов, скажем прямо, не слишком типично.

Вопреки убеждению корейской интеллигенции, капитаны промышленности первого призыва отличались неплохим образованием: 70% опрошенных окончили высшее учебное заведение. Это тоже является подтверждением совсем не простонародного происхождения этих людей: до начала 1960-х гг. высшее образование в Корее было исключительной редкостью (в 1945 г. только 2% корейцев имели законченное среднее образование).

Биографии большинства промышленников подтверждают эту картину. Типичная корейская компания была основана в первые послевоенные годы молодым человеком из помещичьей семьи, обычно происходившей из старого корейского дворянства, благополучно устроившегося и в колониальные времена. Несколько реже основатель компании происходил из семьи торговца или предпринимателя. Семья помогала начинаниям своего отпрыска и деньгами, и связями, которые только и давали возможность развернуть дело в бурные, небезопасные и предельно коррумпированные послевоенные годы. В положенный срок, где-нибудь в восьмидесятые годы, постаревший отец-основатель передавал дела наследнику, обычно – собственному сыну. Сейчас в главе компании может стоять уже его внук. Таким образом, старая элита, которая правила страной еще во времена династии Ли, благополучно переростала в элиту новую.

А что в этом, собственно говоря, необычного? Все же мы не так давно видели как советская номенклатура превратилась к новых русских капиталистов. Так оно обычно и бывает. Так что лучший способ стать миллионером – это родиться в семье миллионера. В этом-то случае предпринимательская жилка и трудолюбие, действительно, могут оказаться очень даже полезными.

Храмы торговли

Если современное южнокорейское общество – это общество потребления, то его храмом, конечно, является универмаг. Универмаг – это французское изобретение середины XIX века, а в Корее история универмагов началась сто лет назад, в 1906 году, когда японская торговая фирма открыла в Сеуле первый магазин этого типа. В тридцатые годы в Сеуле действовало уже 5 универмагов: 4 японских и 1 корейский. Любопытно, что два из них, сменив японских владельцев на корейских, сохранились до наших дней и продолжают благополучно работать. Это универмаги «Мидопа» и «Синсеге» в центральном Сеуле (правда здание «Мидопы» было несколько лет назад перестроено до полной неузнаваемости).

Вся организация корейских универмагов, их архитектура, принятые в них формы торговли и обслуживания скопированы с японских образцов. Вообще говоря, те, кому довелось побывать и в Японии, и в Корее, отмечают крайнее сходство систем торговли, существующих в этих двух странах. Принципы функционирования универмагов заимствовали у японцев не только в Корее, но во всей Восточной Азии. Универмаги Тайваня, Малайзии и Индонезии как две капли воды похожи на корейские и японские.