Живой Журнал. Публикации 2011 - Владимир Сергеевич Березин

был логичен: «Я дерусь, потому что дерусь» — но мы-то знаем, что и у него это была отговорка. Ему на самом деле было страшно, что кто-нибудь узнает, что у него перевязь была показушная. Мы всё-таки вступили на путь психоанализа.

Продвигаясь по нему постепенно, со временем можно понять, что лежит в причине влечения.

Хотя, можно, конечно, и отказаться от познания, если оно тревожно.

Например, может выясниться, что у частного путешественника ничего в итоге не остаётся — не считать же восемь миллионов фотографий «Я на фоне Эйфелевой башни» и шесть миллионов фотографий «Мы на фоне пирамид» рациональным итогом.

Нет, я знал людей, что совершали путешествия в более экзотические страны — осколок коммунистической Кореи или Кубу. Или в Верхнюю Вольту без ракет. Но это просто дополнительный слой упаковки всё над тем же вопросом «Зачем?».

И не надо говорить, что для познания мира — для того, чтобы познать город, нужно полжизни. Так на два тебя и хватит — что притворяться, что ты что-то понял, разглядывая Мачо Пикчу или напившись в любимом баре Хемингуэя.

Тут магическая пропасть неизвестности и отчаяния.

Извините, если кого обидел.

21 марта 2011

История про кинофестиваль

Однажды я поехал на какой-то кинофестиваль. «Какой-то» тут фигура речи — я, конечно, помню на какой, но это совершенно неважно. Жил я в старинном доме с толстыми стенами и окнами-амбразурами. Но оказалось, что слышимость в этой гостинице была превосходная и в последний день я всё не мог уснуть, ворочался в своей полутороспальной постели. В соседний номер пришёл старик — знаменитость, и вот он битый час трахал в соседнем номере какую-то журналистку. Он был худой и старый, седой и совершенно пьяный.

Сквозь стенку я вдруг услышал его дребезжащий голос:

— Вот стою я, перед тобой го — о — олый… Голенький…

И меня передёрнуло от того ужаса, с которым я представил себе вид этой сцены. Зашептал я всякие слова, да полез в холодильник за ворованным банкетным алкоголем.

Извините, если кого обидел.

22 марта 2011

История про ответы на вопросы

http://www.formspring.me/berezin

— Писатель Березин, вы мой кумир! Как вы относитесь к восторженным поклонницам? И как вы с ними обращаетесь?

— К восторженным поклонницам отношусь насторожённо. Восторг — это ведь дело недолгое и быстро сменяется депрессией. Я читал, что часто восторженные поклонницы потом вооружаются бутылками с кислотой и начинают караулить своих кумиров и членов их семей в подъездах. Этого бы мне хотелось избежать.

Вот если бы они скупали мои книги пачками, а потом раздаривали друзьям — это было бы интересно.

Ну, или присылали мне деньги в надушенных конвертах.

Если конвертов было бы достаточно много, то книги можно и не скупать.

— Какое у вас отношение ко всему этому сыр-бору околосетевому с Н. Михалковом? Было бы просто чудесно, если бы вы ответили поразвернутее.

— Это удивительно сложный вопрос. И вот почему — сейчас придётся объяснять базовые понятия моего мировоззрения. Да-да, не пугайтесь только, но без них никуда не денешься.

Во-первых, скандалов вокруг Михалкова в Сети было довольно много — и фильмы его ругали, и показывали, как он какого-то нацбола ногами бьёт за то, что тот в него помидором засветил (Там ужасно было то, что нацбола при этом держала михалковская охрана). Я думаю, что имеется всё-таки не это и не блог Михалкова, а его публичное утверждение, что это Бог наказал Японию землетрясением (Правда, вот меня тут поправили, не за Курильские острова, как обозреватели говорят, а вообще за всё дурное "постоянное использование, унижение окружающего мира, включая людей, себя самих, детей, природу"), ну и за грехи всего человечества. "И посылает бедным японцам девятибалльное землетрясение с цунами, реактором, который сегодня опять потрясло, и он на грани взрыва". Ему тут же напомнили — люди православные, что вовсе не дело иерарху Церкви, а уж мирянину и подавно, с уверенностью говорить о замыслах и мотивах Господа, а агностики справедливо добавили, что эмоция «У соседа корова сдохла — мелочь, а приятно» — очень опасная. Особенно, когда речь идёт не о смерти коровы. Мне всякий сыр-бор не очень интересен, а те слова, что я слышал сам — как Михалков оправдывается за мигалку, кажутся мне больше, чем преступлением — потерей вкуса. Но это, повторяю, не очень интересно.

Во-вторых, (хотя тут можно было бы и закончить) интересно рассуждать зачем нам явлен Михалков в этом своём современном качестве. Вот он был молодым режиссёром, и фильмы эти мы помним, потом до нас доходили слухи о каких-то необъятных поместьях и семейных богатствах, фильмы уже были несколько хуже, и вот мы имеем перед глазами не режиссёра, а то, что точно определяется словами «общественный деятель». Деятель этот поступает глуповато, говорит ужасно противные для всякого слушающего водителя слова значимости своей «мигалки» и всё такое.

Я всё думал, отчего это так? Ведь, если из всякого явления можно извлечь нравственный опыт, то какой — из этого?

Отчего человек произносит вещи, после которых о нем большее количество людей будет думать хуже, чем раньше?

Иногда мне кажется, что схема может быть такой: человек цинично понимает, что народ стерпит всё — и ныне, и присно, и вовеки веков. И Михалков уже снабдил себя такими прокладками между собой и народом, такими подушками безопасности, что защищён абсолютно.

Не пойдут на новый фильм? Да и ладно, всё уже заложено в смете.

Не дадут денег? Да у него уже есть.

Пристанут на улице? Да он по улицам не ходит.

При этом он знает, что чернь продажна и всё равно прибежит узнать, что случилось, если он скажет очередную громкую фразу, быть может, непродуманную. Возможно, у него просто есть предчувствие, что за «Цитаделью» для него кино кончилось, а, значит, кончился старый вид адреналина. Возможно, что он решил стать политиком типа Жириновского — кстати, непонятно ещё, кто кого сборет.

И хоть кино кончилось, но формат — не кончился. И в этом формате и будет политическим деятелем — но, я думаю, всё же не губернатором. Михалков всё-таки неглуп, да и пример несчастного Евдокимова с ужасным позорищем, который нам явило это губернаторство от начала до конца, ещё не забыт.

Я думаю, Михалков метил бы на государственный пост адекватный министру, или председателю думского комитета, или просто Главе Кинематографии (или и вовсе — Главе Культуры). Можно основать Академию