Алексей Шкваров - Россия - Швеция. История военных конфликтов. 1142-1809 годы

По прежнему вынуждены были держать наемников. Так в царствование Эрика XIV в Швеции было 6 шотландских пеших знамен[307] (полков) и 2 конных. Юхан III добавил к ним еще одно знамя (полк) английских всадников. Карл IX содержал нидерландскую конницу и один французский полк.

Вместе с тем, шведы, будучи ближе связаны с европейскими странами нежели Россия, быстрее перенимали все особенности тактических боевых порядков, применяемых там. Из наиболее подходящих на их взгляд была тактика, авторство которой приписывают принцу Морицу Нассаускому или Оранскому[308]. В Европе это была первая регулярная армия, тактической единицей которой был полуполк — 250 мушкетеров и 250 пикинеров. По центру строились пикинеры — 10 шеренг по 25 рядов, по флангам вставали мушкетеры, по три прямоугольных коробки в 10 шеренг и 4 ряда каждая. Общее построение армии было в три линии — каждая линия шесть тактических единиц. В основе такого построения был заложен принцип сильной взаимной поддержки отдельных тактических единиц[309]. Маневр на поле боя становился одним из главных условий тактического успеха. Одновременно, разукрупнение больших пехотных масс приводило к уменьшению потерь от артиллерийского огня. В тоже время уходило в прошлое, когда кавалерия безраздельно царствовала на поле боя и являлась главной и решающей силой в сражения. На первый план выдвигалась пехота с ее огнестрельным оружием и артиллерия. Огонь пехоты, ее маневренность, наряду с наличием пик и копий, позволяли спокойно отражать атаки тяжелой кавалерии.

Этим объясняется и то, что в открытом бою, шведы превосходили русскую армию в XVI веке, полагавшуюся в основном на свою конницу. И лишь неожиданные и очень быстрые массированные атаки передовых русских полков приносили успех в битвах — в 1582 — при Лялицах, в 1591 — при Яме.

Кавалерия, по Морицу Оранскому, строилась в пять шеренг, и состояла из рейтаров, вооруженных мечом, длинным пистолетом, защищенных шлемом и кирасой-нагрудником. Он обучал их производить атаки и эволюции отдельными отрядами, совершать повороты, отрываться от противника, строиться в колонну и линию, менять фронт, не нарушая порядка. В нидерландском боевом порядке кавалерия размещалась на уровне второй линии пехоты, а также на наружных флангах всего расположения и позади третьей линии.

Четкие действия несовершенным еще оружием, перестроения и тактическое маневрирование можно было осуществить при наличии двух условий: большого количества офицеров и хорошей обученности солдат.

Состав армии Нидерландов был практически однородный по своему национальному составу. Это достигалось тем, что сама республика обладала достаточными материальными средствами, благодаря процветающей торговле, и могла позволить содержать себе наемную армию из своих же жителей. Жалование выплачивалось всегда своевременно, кроме того поддерживалась жесточайшая дисциплина.

В каждой роте имелся постоянный состав из 28 человек, даже если войско распускалось[310]. "Нидерландские капитаны, вместе с остальным помогавшим им командным составом были офицерами в том смысле, в каком мы привыкли их понимать теперь. Они не просто вели солдат, но сперва создавали и вырабатывали бойцов, которых затем вели в бой. Мориц Оранский возродил искусство обучения солдат и стал отцом подлинной военной дисциплины, тем самым он сделался и творцом офицерского корпуса"[311].

Чтобы построить в боевой порядок армию требовалось 20 минут, ибо первая обязанность солдата заключалась в знании его постоянного места в строю, которое он стремительно занимал, повинуясь сигналу барабана.

Новая воинская дисциплина, основанная на прочной экономической базе, на иерархии многочисленного командного состава, при абсолютном соблюдении принципов единоначалия и закрепленная строевой муштрой, давала возможность нидерландской армии, при относительно не глубоком построении выдерживать и отражать натиск противника.

Из иностранных наемников формировались лишь конные части. Таким образом, в Нидерландах была создана первая в Европе регулярная национальная армия со всеми признаками этого: штатная организация войск, однообразное вооружение, регулярная выплата жалования, централизованное снабжение и регламентация уставами поведения солдат, их обучения и способов ведения боевых действий. Шведам действительно было с кого брать пример[312].

Но, подводя итоги по всем характеристикам шведских вооруженных сил, особенно сравнивая их с армией Оранского, можно сказать, что к концу XVI века шведская армия являлась слабой, плохо организованной, плохо снаряженной, а командование было ниже всякой критики. И лишь с именем Густава II Адольфа — внука Густава Ваза связана главная военная реформа Швеции, после которой страна достигла пика своего военно-политического могущества.

XVII ВЕК

РОССИЯ

Организация Московского войска в период царствования Федора Иоанновича и Бориса Годунова оставалась практически неизменной. Единственное, что можно отметить это увеличение числа наемников до 4–4.5 тысяч человек[313].

С точки зрения военного искусства примечательно сражение между московской ратью князя Мстиславского и войсками Лжедмитрия под Добрыничами 21 января 1605 года, где русская пехота применила линейную тактику в оборонительном бою с конницей противника и привела ее в полное расстройство сильным огнем своих пищалей и орудий.

Нанеся основной удар своим левым флангом, Лжедмитрий опрокинул русскую конницу и хотел было обрушиться на пехоту. Но одновременный залп из всех пушек и 10–12, а некоторые очевидцы утверждали, что из 16 тысяч пищалей, был сокрушительный. Русская пехота была выстроена в линию в шесть шеренг. Первая и вторая шеренга стреляла в упор с колена, вторая и третья стреляла стоя и тут же опускалась на правое колено, давая возможность выстрелить последним двум шеренгам. Учитывая численность русской пехоты в этом сражении (около 18 тысяч), столь мощное и умелое использование ружейного огня было ошеломляющим фактором для противника.

Развернувшиеся после этого гражданская, по сути, война особого интереса для нас не представляет. Действовали разрозненные части, борьба шла в основном за обладание городами. Но хотелось бы отметить две особенности, касающиеся непосредственно военного искусства.

Первая — это участие отряда наемников, возглавляемых шведским полководцем Делагарди в составе русского войска, который продемонстрировал отличную боевую выучку и стойкость в отражении противника, что, безусловно являлось хорошим и поучительным примером для русских. Отряд Делагарди состоял в основном из немецких ландскнехтов, которые считались одними из лучших в Европе.

И второе — активная оборона крепостей, продемонстрированная в Смоленске (1609–1610 гг.) и Пскове (1615 г.). Знание военного дела русскими военачальниками позволяло вести сложную контрминную борьбу, срывать осадные мероприятия противника и противодействовать разрушительной силе его артиллерии.

В вышедшем в 1852 году сборнике "Русская военная сила", его авторы писали: "Образ и характер ведения войны, вообще был не правильный, беспорядочный, не изобличающий никакого искусства, и, притом, по грубости и жестокости нравов времени, соединенный с истинно-варварским грабежом и разорением городов и селений — сопровождался избиением и пленением жителей, сожжением городов, их предместий и посадов…"[314]. Тактические неудачи русских войск были следствием немощи в "военном искусстве воевод, за исключением немногих, сравнительно с воеводами иноземными, в особенности шведскими, и вообще — полного незнакомства русских войск этой эпохи с основами военного дела"[315].

Советские историки, особенно середины��XX��века, всегда возмущались подобными заявлениями и писали о том, что авторами данного сборника не изучалось военное искусство в деятельности народных масс, повлиявшее на развитие вооруженной организации Русского государства, что их труд есть преклонение перед иностранными военными специалистами и искажение исторических фактов[316].

Только зададимся вопросом: А когда, в истории, вооруженный народ, не превратившись в регулярную армию, одерживал окончательную победу в войне?

Нет, безусловно были отдельные победы, но результаты любой войны оцениваются по тому, а что было достигнуто, выполнены ли те цели и задачи, которые ставились перед началом боевых действий? Можно однозначно ответить — нет!

Я бы назвал век XVII — веком постепенной подготовки всех вооруженных сил России, включая и развитие военно-теоретической мысли к созданию той армии, которая в последующие века вышла на первое место в мире и позволила вернуть все то, что было отобрано от страны, начиная с 1323 года.