Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

недобро, что я понял, что если сейчас откажусь ловить воробьёв (а мы уже изрядно пива напробовались), то стану его злейшим врагом.

Пришлось идти ловить воробьёв.

Но только я растопырил руки, как, откуда ни возьмись, возник передо мной человек, сам похожий на воробья. Он заглянул мне в глаза и произнёс:

— Вы не хотите поучаствовать в социологическом опросе и получить немного пива?.. А!.. Что вы со мной делаете?!..

20 мая 2002

История про колдунов

Однажды я получил по почте следующее сообщение:

"Орден Славянский Круг. Славянская эзотерика. Москва. Россия. Славяне те, кто Богам славу поют. Орден Славянский Круг обращается к славянским целителям, колдунам, чернокнижникам, ведунам, знахарям, старейшинам. Если вы или ваши знакомые подверглись нападкам со стороны иноземной или иноземствующей нечисти, — сообщите нам. Орден возьмёт вас под свою защиту. Всяк сверчок — знай свой шесток. С Божьей помощью очистим от скверны нашу землю!".

Этот призыв кажется мне вполне соответствующим тематике книги "Мифогенная любовь каст". Нет, Бог с этой книгой, которую я тогда читал. Ну её…

Понятно, что противостояние культурных систем должно, разумеется, распространяться и на нечисть. Что русскому малина, то немцу — смерть.

Например, наши лешие почём зря должны мочить ихних лепреконов.

Но ведь как интересно — представить себе битву леших с лепреконами. Жуть! А если лепреконы с гномами скорешатся, то уж точно битва будет славная! Тогда можно напустить на них наших домовых с вениками, русалок с удочками и нетопырей со свистками. Нефига наших колдунов и чернокнижников забижать!

Только мне лично непонятна угрожающая фраза насчёт сверчка — кто имеется в виду? Колдуны вообще или только "иноземные и иноземствующие"?

И отчего у этого Славянского ордена электрический адрес в usa.net?

Берегись, русский эзотерик, это тебя выманивают из чащи дружелюбных осин! Зорко смотри из-за родных кустов!

21 мая 2002

История про туристов и банкиров

Как-то однажды, попав на день рождения друга, я сделал два важных для себя наблюдения.

Первое касалось того, что я, как оказалось, отвык от больших масс народа. Гости ко мне в то время приходили по-трое, по-четверо, а тут, навестив чужую дачу, обнаружил я такое количество людей, говорящих друг с другом, что даже ошалел. Очень я удивился, что все они что-то говорят, мне даже стало казаться, что все они действительно born July 04 — в этот-то день всё история и приключилась. Надежда Америки, так сказать, её научное будущее — и были все эти люди.

Через какое-то время начали у меня срабатывать защитные функции — стал я тоже говорить без умолку, но вдруг понял, что за то время, пока сидел дома, совершено отвык от разговоров с несколькими людьми одновременно. По телефону разговор идёт с единственным собеседником, а с гостями по очереди.

К слову, поразило ещё меня на этой странной даче огромное количество мелких детей. Они были наглядной иллюстрацией того суждения, что даже самую унылую комнату оживят обычные дети, красиво расставленные по углам. Причём я обнаружил, что больше шума, чем сами дети, производят их родители, покрикивающие на них, и наблюдающие за правильным детским поведением.

Может, дело было в природной моей мизантропии, или же в том, что дети отняли у меня костыли, избили ими друг друга, а потом вернули костыли обратно, потеряв предварительно некоторые их части.

Второе наблюдение было чужое. Одна девушка рассказывала мне про день рождения людей, превратившихся в моём сознании в персонажей — Синдерюшкина и Гольденмауэра. Или Гольденмауэра и Синдерюшкина. Ну, в общем, кого-то из них. И вот эта девушка говорила, что туризм консервирует людей.

Гольденмауэр-Синдерюшкин — я буду писать эти фамилии через дефис, как Бойля с Мариоттом и двух Лоренцев, держали компанию, занимающуюся путешествиями. Да и сами они ездили туда-сюда с рюкзаками и лодками. И вот, по словам девушки, встретившей их после нескольких лет разлуки, они практически не изменились. Ради чистоты эксперимента надо сказать, что я с посетителями дачи не виделся тоже лет десять. И, надо признать, что они тоже не изменились — как и все настоящие туристы. Даже тот человек, которого я время от времени сам встречал на горных склонах.

Та же девушка говорила, что банкиры, напротив, меняются сильно. Глаза банкиров меняют цвет. Глаза их становятся более светлыми. Эти глаза меняют форму и становятся круглыми. Носы банкиров утоньшаются к концу и чуть загибаются к губе. Это непростые и важные изменения. Они отмечают становление банкира.

Затем девушка сказала мне:

— А знаешь, как банкиры покупают друзей? Банкиры покупают друзей так: сначала они покупают большой бумажный пакет с углём для мангала. Потом грузят в машину этот пакет, сам мангал, и несколько мешков с шашлыком. Если хорошо расположить покупки в салоне, то там может ещё уместиться несколько будущих друзей. Потом банкиры позволяют будущим друзьям разжечь огонь, а сами открывают бутылки. И, наконец, когда все друзья основательно выпьют (вот они уже и стали друзьями), то они начинают кричать банкиру:

— Какой ты милый! Ты устроил нам праздник!

А довольный покупкой банкир отвечает:

— Не, это я себе праздник устроил…

А люди, подверженные туризму, походной коллективной жизни, наоборот, меняются мало.

Что-то во всём этом есть, что заставляет меня обдумывать соотношение банкиров и туристов снова и снова.

21 мая 2002

История про гонобобель

Эта история случилась давным-давно, когда деревья были большими, а доллар — маленьким. Однажды мне позвонил коллега.

— Здравствуй, — говорит, Владимир Сергеевич, вот ты у нас всё знаешь. Скажи мне скорее, что такое "гонобобель"?

Я быстро схватился за словарь и начал страницы перелистывать, а одновременно принялся отвлекать коллегу разговорами:

— Зачем, спрашиваю, Александр Феликсович, тебе гонобобель? Что ты с гонобобелем делать будешь? Хорошо ли это?

А сам ищу слово в словаре.

Нашёл.

Тут надо пояснить, что дело в том, что наш хороший друг сходил в новооткрывшийся ресторан… Нет, кафе. И увидел в меню этого кафе пирожки с гонобобелем. Он страшно испугался этого названия и есть ничего не стал. Убежал и принялся всех спрашивать — о гонобобеле. Оказалось, что никто не знает, и вот — обратились ко мне.

…И вот я нашёл про гонобобель в словаре, но продолжаю время тянуть:

— И что, в такое время тебя, Александр, потянуло на гонобобель? Уместно ли это? О жене подумай. О международной общественности.

Гонобобель оказался другим названием маленьких съедобных кустиков, известных как "голубика".

Называются они у нас честным именем "голубика", потому что цвет