Живой Журнал. Публикации 2020 - Владимир Сергеевич Березин

зарабатывать на собственном туризме, а другое — восторженного недоумения от того, как можно истоптать жанр путевого очерка до полного неуважения зрителя к оному.

И, чтобы два раза не вставать — автор ценит, когда ему указывают на ошибки и опечатки.

Извините, если кого обидел.

12 февраля 2020

История про то, что два раза не вставать (2020-02-13)

А вот забытая история! Кому забытую историю? Двух месяцев не прошло, как её забыли, а уж как она дышала, как дышала, в неё было всё скандалы, драки, карты и обман, как по другому поводу поводу пел один известный человек.

Маленький мальсик на стройке играл, и… Нет, не так.

Вот сейчас на другом конце Галактики (с) Великая Галина Юзефович (тм) пишет о книжке, в которой рассказывается история компании "Теранос" (Ну, это вы помните, экспресс-анализы крови в домашних условиях — всё оказалось блефом). И там в обсуждении говорится, что это такой карго-культ: хочешь быть стартапером, притворись им. Одень чёрную водолазку, как у Джобса, начни нести пургу и всё получится.

Я же думаю, что дело не в том, что человек притворяется стартапером, а дело в том, что он притворяется образом стартапера, то есть он притворяется стереотипом, который живёт в голове обывателя.

(Это были долгие подходы)

Так вот здесь пресловутый мальчик был тем самым стереотипом. И человек, который психологически организован так, что ему после завтрака каждый день нужна эмоция "кошка бросила котят, это Путин виноват", тут же легко встраивает этого мальчика в свою картину мира. И если он не встраивается, то тем хуже для реальности. И тем людям, что, наоборот, хочется видеть нищету и падение нравов среди молодых трансгендерных хипстерах это тоже, как бальзам на душу.

И если что-то не стыкуется, то на это можно не обращать внимания, ведь само ощущение правоты приятно — вот я о чём.

Я люблю рассуждать о каком-то событии, когда всё отшумит. Это как ворваться с гаечным ключом в ресторан, где уже не просто затихла драка, а всех увезли, и только официанты подметают битое стекло. Вроде ты теперь не участник, а хмурый человек с кофейным стаканчиком, под руководством которого одни актёры что-то измеряют рулеткой, а другие щёлкают фотоаппаратом бессмысленные вещи, оставшиеся без хозяина.

Так вот в конце прошлого года, как раз под чужое Рождество, развернулась одна поучительная история. Ничего тут точно измерить не получается, потому что я сужу о ней по пересказам. Жил на свете несчастный мальчик, причём полна несчастий была его жизнь в самом начале, а в приёмной семье всё было ещё горше.

А дальше — по ссылке.

http://rara-rara.ru/menu-texts/byl_li_malchik

Извините, если кого обидел.

13 февраля 2020

Повесть о Герде и Никандрове (День святого Валентина. 14 февраля) (2020-02-14)

Обходчик Никандров медленно вышел из тамбура и стал надевать лыжи.

Связи не было уже месяц. Каждое утро он с надеждой смотрел на экран, но цветок индикатора всё так же был серым, безжизненным.

Может, спутник сошёл с орбиты и стремительно сгорел в атмосфере — вместе со своим электронным потрохом и всеми надеждами на человеческий голос, и всеми буквами, летящими через околоземное пространство. Или что-то случилось с ближайшей точкой входа.

Нужно ждать, просто ждать — вдруг спутник в последний момент одумается и вернётся на место. Или неисправное звено заместится другим — включится, скажем, резервная солнечная батарея, и всё восстановится. Но цветочек в углу экрана по-прежнему обвисал листиками, оставался серым. Ответа не было.

Вокруг была ледяная пустыня и — мёртвый Кабель, который Обходчик должен был охранять.

Когда-то, до эпидемии, Кабель был важнее всего в этих местах.

Вдоль него каждый день двигался на своей тележке или на лыжах, как сейчас, Обходчик. Кабель охраняли крохотные гусеничные роботы (впрочем, забывшие о своих обязанностях сразу после перебоев с электричеством) и минные поля, которые в итоге спасли не Кабель, а Обходчика.

Когда началась эпидемия, произошли первые перебои с электричеством. Обходчик решил было бежать, но уединённая служба спасла его — толпы беженцев, что шли на Север, миновали эти места.

Несколько банд мародёров подорвались на минном поле. Эти поля шли вокруг Кабеля и были густо засеяны умными минами ещё до появления Обходчика — чтобы предотвратить диверсии. Диверсанты перевелись, но и теперь умные мины спасали Обходчика от прочих незваных гостей.

Но и лихие люди давно пропали. Видимо, эпидемия добралась и до мародёров, и они легли где-то в полях, в неизвестных никому схронах или мумифицировались в пустых деревнях.

Обходчик забыл о них, как забыл и о минном поле. Он не боялся его — умная смерть на расстоянии отличала его биоритмы от биоритмов пришельцев.

А только шагнёт чужой внутрь периметра — и из-под земли вылетит рой крохотных стрел, разрывая броню, обшивку машины или просто человеческое тело.

Мелкого зверя поле смерти пропускало, а крупное зверьё тут давно перевелось.

Давно Обходчик сидел на своей станции, потому что идти ему было некуда.

Не ходит зверь в неизвестность от тёплой норы, не покидает сытную кормушку — и человеку так же незачем соваться в мир, который пожрал сам себя.

Связь с внешним миром была безопасной — этот мир людей выродился в движение электромагнитных волн.

Обходчик, проверив своё хозяйство — теплицы, генераторы и отопительную систему — усаживался за экран. Там, плоские и улыбчивые, жили настоящие люди. К несчастью, у обходчика в прошлом году сломался микрофон, и он не мог по-настоящему отвечать своим собеседникам.

Обходчик слышал голоса внешнего мира, а сам отвечал этому миру, стуча по древней клавиатуре.

Откликались всего несколько.

От эпидемии спаслись немногие, настолько немногие, что человечество угасало — Старик, Близнецы, Доктор… И Герда.

Старику было чуть за двадцать — он сидел в развалинах метеорологической станции в Китае.

Близнецы — две сестры — жили на бывшей нефтяной платформе в Северном море. Они купили её ещё до эпидемии, и это уединение сохранило им жизнь.

Доктор выходил на связь из пустыни, полной причудливо разросшихся кактусов. Правильнее было бы сказать «из-под пустыни», потому что он уже много лет жил внутри огромного подземного города. Ему не надо было в страхе преодолевать тайные ходы, заваленные мумифицированной охраной — подземный город стал его рабочим местом и жильём задолго до эпидемии.

Потом появилась Герда.

Герда стучала