Живой Журнал. Публикации 2017, январь-сентябрь. - Владимир Сергеевич Березин

тоже подделан — тогда ещё, впрок, etc.

В прежние времена, когда компьютер был диковиной, он казался неким арбитром, неподвластным политикам. Что-то вроде апелляции к оракулу, который не солжёт.

http://rara-rara.ru/menu-texts/priyatnoe_i_nepriyatnoe

Извините, если кого обидел.

16 февраля 2017

История про то, что два раза не вставать (2017-02-21)

А вот кому про писательское многописание и вообще скорбные итоги литературной жизни?

(ссылка, как всегда, в конце)

Соловьёв в своих воспоминаниях о Достоевском рассказывал, как при Достоевском разговор перешёл на Льва Толстого. Достоевский при этом говорил: «И знаете ли, ведь я действительно завидую, но только не так, о, совсем не так, как они думают! Я завидую его обстоятельствам, и именно вот теперь… Мне тяжело так работать, как я работаю, тяжело спешить… Господи, и всю-то жизнь!.. Вот я недавно прочитывал своего „Идиота“, совсем его позабыл, читал как чужое, как в первый раз… Там есть отличные главы… хорошие сцены… у, какие! Ну вот… помните… свидание Аглаи с князем, на скамейке?.. Но я все же таки увидел, как много недоделанного там, спешного… И всегда ведь так, вот и теперь: „Отечественные записки“ торопят, поспевать надо… вперед заберёшь — отрабатывай, и опять вперёд… и так всегда! Я не говорю об этом никогда, не признаюсь; но это меня очень мучит. Ну, а он обеспечен, ему нечего о завтрашнем дне думать, он может отделывать каждую свою вещь, а это большая штука — когда вещь полежит уже готовая, и потом перечтёшь её и исправишь. Вот и завидую… завидую, голубчик!..»

http://rara-rara.ru/menu-texts/more_slov

Извините, если кого обидел.

21 февраля 2017

История про то, что два раза не вставать (2017-02-24)

«На тебе блин и ешь да молчи, а то ты, я вижу, и есть против нас не можешь».

«Отчего же это не могу?».

«Да вон видишь, как ты его мнёшь, да режешь, да жустеришь».

«Что это значит «жустеришь»?

«А ишь вот жуёшь да с боку на бок за щеками переваливаешь».

«Так и жевать нельзя?»

«Да зачем его жевать, блин что хлопочек: сам лезет; ты вон гляди, как их отец Флавиан кушает, видишь? Что? И смотреть-то небось так хорошо! Вот возьми его за краечки, обмокни хорошенько в сметанку, а потом сверни конвертиком, да как есть, целенький, толкни его языком и спусти вниз, в своё место».

Отец Флавиан спускал конвертиками один блин за другим, и горя ему не было.

Извините, если кого обидел.

24 февраля 2017

История про то, что два раза не вставать (2017-02-27)

Написал про брата Мидянина.

(Ссылка, как всегда, в конце)

Мне иногда кажется, что автор образцового трэша оказывается в положении одного персонажа из бессмертного романа «Золотой телёнок». Если кто не помнит, есть в нём эпизод окончания строительства железной дороги. Для проведения банкета приглашают специального человека, бывшего в Москве метрдотелем, а теперь доживал свои дни заведующим нарпитовской столовой.

Тот со слезами на глазах бормотал, что кормил принца Вюртембергского, что ему и денег не надо, покормит и умрёт. И вот старик докладывает шестьдесят рублей из своих сбережений, приходит в нафталиновом фраке и печалится о том, соус пикан перестоится, а консоме с пашотом не готово. Иван Осипович на мгновение отлучается на кухню и наблюдает «страшную сцену разграбления стола. Это до такой степени не походило на разработанный Иваном Осиповичем церемониал принятия пищи, что он остановился. Англичанин с теннисной талией беззаботно ел хлеб с маслом, а Гейнрих, перегнувшись через стол, вытаскивал пальцами маслину из селедочного рта. На столе всё смешалось. Гости, удовлетворявшие первый голод, весело обменивались впечатлениями.

— Это что такое? — спросил старик упавшим голосом.

— Где же суп, папаша? — закричал Гейнрих с набитым ртом.

Иван Осипович ничего не ответил. Он только махнул салфеткой и пошёл прочь. Дальнейшие заботы он бросил на своих подчинённых»[1].

http://rara-rara.ru/menu-texts/trehsh_i_ukbar

Извините, если кого обидел.

27 февраля 2017

Слово о гранатовом браслете (2017-02-28)

Вновь читаю всю ночь о браслете гранатовом,

Над чужою судьбой слёзы горькие лью

И мечтаю помочь без вины виноватому,

Сочинённую боль ощутить как свою.

«Гранатовый браслет», «Гранатовый браслет»

Пленительный рассказ, знакомый с детских лет,

«Гранатовый браслет», «Гранатовый браслет»

У каждого из нас в душе оставил след.

Эстрадная песня

С рассказом Куприна «Гранатовый браслет» произошла очень странная история — я предполагаю, что это произошло благодаря Горькому, которому этот рассказ очень понравился.

Горький вообще ужасно возбудился, и говорил, что вот она, настоящая литература, отчего-то присовокупив к «Гранатовому браслету» ещё один рассказ, теперь уже совсем забытый, Сергеева-Ценского «Пристав Дерябин».

И вот в советское время текст Куприна стал одой любви (другие рассказы о любви были как-то неловки — вот «Суламифь», к примеру. Ну, сложно было рассказывать о любви на примере царя Соломона, когда прошли уже все безбожные пятилетки).

А вот в 1964 году Роомом был даже снят фильм «Гранатовый браслет». Там на фоне крымского прибоя сидел в тюбетейке писатель Куприн и говорил, что теперь, дескать, всюду дрянь и ужас, сплошной Арцыбашев-порнограф. И поэтому, говорил он, нужно писать о чистой любви.

Советский зритель, что никакого Арцыбашева, разумеется, не читал, понимал, что в страшный год разгула порнографии и растерянности (ну, это потому что безжалостный царизм подавил революцию 1905 года), так вот, в это страшное время писатель Куприн защитил святую любовь и всё такое.

Страшный год — это вполне мирный 1910-ый. А напечатан рассказ был в 1911-ом. Там все черты России, что мы потеряли — автомобили и технический прогресс, но шагни назад — участники боёв на Шипке и вообще дыхание истории.

Сюжет (отчасти взятый из жизни), следующий.

Стоит сентябрь, бархатный сезон. Княгиня Вера Николаевна Шеина и ее муж Василий Львович живут на даче, потому что в городском доме у них ремонт. Гости, типа, съезжаются на дачу — на именины княжны. Но тут приносят золотой браслет с камнями.

Этот браслет дарит давний обожатель княгини — и в семье этот неизвестный, что уже семь лет писал ей письма, стал уже комическим персонажем.

Среди гостей находится и старый