Дмитрий Новоселов - Форс-мажор

Стол был небогатый, три икринки на всю компанию, водка и вино местного разлива. Мое шампанское оказалось самым приличным. Из разговоров я понял, бородатый мужик - программист или что-то в этом роде. Остальные почти все - студенты. За столом я не потерялся, раза три удачно пошутил, Серегиными шутками и, если учесть, что все остальные мужики едва открывали рот, а если и открывали, то несли полную ахинею, то не мудрено, что я скоро стал центром внимания, естественно у женщин. С Жанниным другом, которого звали Спартак, мы быстро подружились. Он непрерывно пил и мне желал того же.

- Он за рулем, - защищала меня Галя.

- Оставите машину во дворе, - возражала Жанна. - У нас не воруют. Или останетесь с Галкой ночевать у меня, места всем хватит, - она сделала большие глаза, и глупо улыбнулась. Это была разведка боем. Ей очень хотелось узнать, какие у нас отношения. И я, и Галя дружно отказались, а бородатый придвинулся к нам поближе и весь обратился в слух. Галя не стала говорить, что мы едва знакомы, она ничем его не успокоила.

Когда наступил момент беспричинного смеха и полного разброда и шатания, мы как-то незаметно остались с Галей одни. Она раскраснелась и была слегка навеселе. Я спросил ее, что их связывает с Жанной. Оказалось, что совместная учеба в школе, раньше они жили рядом. Хотя она не самая близкая ее подруга. Именно Жанна познакомила ее с Вовкой, бородатым типом, после этого они стали чаще видеться. А теперь, когда она дала Вовчику от ворот поворот, вроде и поводов-то для встреч больше нет, слишком разные люди, разве что - день рождения. Жанна вообще-то нормальная девчонка, просто их с отцом еще в детстве бросила мать, ради какого-то иностранца, а у папы на этой почве произошло помутнение рассудка. Теперь он вроде как вылечился, но говорят, что по вечерам он иногда переодевается в женскую одежду, оставшуюся от жены. Короче Жанна хорошая, только влюбчивая и выбирает себе в ухажеры всяких подонков. Если есть в радиусе ста километров какой-нибудь проходимец, Жанна обязательно к нему прилипнет.

Это полностью соответствовало моему представлению об имениннице. На вопрос о том, что ее не устраивало в бородатом, Галя ответила:

- Не то это все. Не могу объяснить. Давай не будем об этом.

Еще она рассказала, что ее старшая сестра замужем за крутым. Живет в большом доме, в десяти километрах от города по московской трассе, но они с мужем, который Гале совсем не нравится, уехали вчера отдыхать в Турцию, а ей оставили ключ, чтобы она кормила собаку и поливала растения. Две недели ей придется ночевать в пригороде, потому что у мамы на собак аллергия, и сегодня ей просто необходимо уйти пораньше, ведь последний автобус в их поселок уходит в одиннадцать, разумеется, если я не буду так любезен и не отвезу ее, когда все кончится. Я сказал, что без проблем.

Подошла Жанна вместе с болезненно тощей девицей и увела Галю в неизвестном направлении, скорее всего - курить. Я решил посмотреть квартиру. Комнат было три. Жанна не преувеличивала, если бы даже остались ночевать все гости, то места бы хватило. В зале все стены были увешаны картинами, из мебели стояли только кожаный диван, стол за которым мы сидели и тумбочка с телевизором. Курить разрешалось везде. В небольшом кабинете, в тумане табачного дыма сидели три мужика во главе с бородатым Вовчиком. Он размахивал руками и что-то рассказывал. Я посмотрел на книги и уже собрался было выйти, как до моих ушей долетели отрывки разговора, и я, заинтересовавшись, остался.

- Шикарная была тема, - с сожалением говорил бородатый. - Доплата за секретность, квартиры вне очереди, премии. Я - вообще пацан в то время, хату хапнул такую, что мои предки обалдели. Они за всю жизнь такую жилплощадь не заработали. Диссер защищал в секретном отделе, без открытой дискуссии, только среди своих. Все шары - мои. Лафа! Там три института было задействовано, мы - программисты, врачи и психологи. У нас все было автономное, своей разработки, мы даже операционные столы сами изобретали. Когда нашу группу расформировали, мы плакали. Сейчас два профессора из наших уже спились.

- А что за тема-то была? - спросил один из собеседников.

- Теперь уже можно, - подумав, сказал бородатый. - Теперь ни темы, ни группы, ни институтов. Мы лично отвечали за то, чтобы летчик - камикадзе направил самолет со взрывчаткой именно на тот объект, которому эта взрывчатка предназначалась.

- Как это? - спросил другой.

- Была такая идея, - надменно пояснил Вовчик. - Что приговоренных к смерти преступников не казнили, а обучали навыкам управления самолетами и воспитывали из них камикадзе по типу японских. Такой самолет мог только взлететь, он был устроен так, что приземлиться у него не хватало каких-то ресурсов. Наша задача заключалась в том, чтобы камикадзе упал на ту цель, которую ему указали.

- А какой смысл ему лететь куда-то в другое место, если он все равно погибнет? - спросил тот же парень.

- На самом деле мотиваций может быть масса, - ответил бородатый. - Например, чтобы навредить таким образом стране. Просто упасть в воду или на землю или из чувства мести направить самолет на наш объект. Я в это не вникал, это работа психологов. Мы должны были запрограммировать его мозг.

- Как это? - не унимался слушатель.

- На самом деле, - продолжил ученый, довольный тем, что к его персоне проявлен такой не дюжий интерес. - Запрограммировать можно любое счетно-вычислительное устройство, а человеческий мозг как раз таковым и является.

- Что-то типа нейро-лингвистического программирования? - осведомился я.

- О, молодой человек - эрудит, - язвительно произнес Вовчик. - Но там программа передается при помощи слов, жестов и касаний, а в нашем случае слова взять неоткуда. Это скорее нейро-моторное программирование.

- А наушники? - спросил я.

- Наушники можно без проблем снять, - бородатый снисходительно посмотрел на меня.

- Тогда как? - спросил третий.

- Там много вариантов, это долго рассказывать. Например, при помощи загорающихся в кабине огней разных цветов в определенной последовательности.

- Разве это действует? - спросил самый любопытный.

- Да. Именно это и было нашим открытием.

- А если он дальтоник? - спросил я.

Вовчик расхохотался, а я опустил глаза и случайно посмотрел на его ноги. На пятке правого носка была дырка.

- Молодой человек, - обратился он ко мне с таким видом, будто был старше меня на целую вечность. - Я могу за час с небольшим написать имена и фамилии двух тысяч известных мне людей, но, поверьте мне, ни один из них не является дальтоником. Какова вероятность того, что сейчас откроется дверь и в эту квартиру войдет дальтоник, да еще и преступник? Она ничтожно мала. Мы такую возможность не рассматривали даже теоретически.

Я не стал возражать и спорить, наверное, он прав, но если бы менты смогли повесить на меня убийство Игорька, то я, несомненно, попал бы в то ничтожно малое число.

- Послушай, а этот теракт одиннадцатого сентября, не по вашей ли схеме сработал? - спросил первый.

Вовчик так надулся, что можно было подумать, что он лично давал террористам инструктаж перед вылетом.

Ответа бородатого я уже не слышал, потому что покинул комнату. В зале намечались танцы. Девушки погасили верхний свет, включили ночник и спорили перед музыкальным центром, на какой мелодии остановиться. Спартак дремал, из мужчин, кроме меня, был еще один чахлый очкарик, дамы же, наоборот, все в сборе. Когда поставили музыку, я пригласил Галю, а Жанна побежала за остальными парнями. Танцевать с Галей было очень волнительно, она не отстранялась, но и поцеловать не разрешала. Большую часть времени мы молчали. И ее, и меня это устраивало.

За вечер я перетанцевал со всеми девушками. Когда дошла очередь до Жанны, я немного струхнул, уж слишком энергично она себя повела. Она так сильно прижималась, что я возбудился.

- Сильно он тебе вдарил, - пожалел ее я.

- Заметно? Надо еще подмазать.

- Болит?

- Теперь уже нет. Когда отвезешь Галку, - страстно прошептала она мне на ухо, - возвращайся. До часу ночи я всех выгоню.

Я пробормотал что-то типа того, что мне завтра рано вставать.

- Я ведь знаю, что приедешь, - уверенно сказала она.

Мы уехали самые первые в двенадцать.

Галя показывала дорогу и рассказывала о своей сестре.

- Лучше расскажи о себе, - попросил я. - Я ведь о тебе ничего не знаю.

- Нет, ты - первый, - возразила она.

- Спрашивай.

- Ну, уж нет. Это некрасиво, чтобы девушка выпытывала у парня о его жизни.

- А сам я не знаю о чем говорить.

- Ты так понравился девчонкам, - сменила она тему.

- Жанне, что ли?

- Всем, и ей в том числе.

- Чем?

- Ты не похож на всех остальных.

- Хороший комплимент, - сказал я, а сам подумал, пригласит ли она меня к себе в дом. Лучше бы пригласила, а то я, пожалуй поеду к Жанне, уж она-то девочка без комплексов.

Мы свернули с трассы, не доезжая КПМ. Дом действительно был рядом с городом, в самом престижном месте. Дорога была заасфальтирована до самых ворот. Забор сложен из красного кирпича, поверху пущена кованая решетка. Галя позволила мне проводить себя до ворот. Там я помог ей открыть тяжелую калитку и там же у калитки впервые поцеловал. Она ответила скромно и нежно. Я попытался войти внутрь, но она не пустила.