Дерево всех людей - Радий Петрович Погодин

не предмет гордости. Война породила истину, но ее, как большую деньгу, разменяли на мелочь: на песни, парады и фейерверки, на всякого рода медали, значки и жетоны из легкого сплава. Обилие их породило сплетни, желание суда.

Рвение, с которым растаскивается победа под судейские микроскопы, суетно, корыстно и нечистоплотно,

Народу же, конечно, нужна победа.

На памятнике «Тысячелетие России», в Новгороде, под крестом стоит князь Рюрик. Но какое имеет он отношение к Руси православной? Никакого! Но может быть, именно ему была определена в этом деле заглавная роль.

Наше воображение рисует рядом с ним, или даже впереди него, князя Олега с младенцем Игорем на руках. Художники и скульпторы даже переборщили в эксплуатации этой темы…

Но что же случилось на Ильмень-озере в девятом веке? Почему к тайнам этого времени мы возвращаемся и обязаны возвращаться?

Ну, убили варяжского князя Рюрика. Ну и что? Мало ли их убивали? Подумаешь, Рюрик! Правда, имя у него красивое. От Рарока-Рарошки, славянского дракона – огня небесного, молниеносного сокола. И первый вопрос – почему мы Рюрика, варяга, помним по его славянскому имени?

Да потому, что был он наполовину славянин, был он внуком Гостомысла, легендарного посадника ильменьских славян, первого и Первейшего выборного старейшины племен, наделенного народной памятью ореолом провидчества и таинственности. Люстра считал, что Гостомысл – Рус, верховный жрец.

У Гостомысла были убиты сыновья. Именно этот факт побудил славян призвать на княжение Рюрика.

Но кому-то Рюрик мешал – неспроста же воин Вадим Храбрый восстал против него. Рюрик якобы слишком теснил свободу славян (?). Выйдя из Ладоги, тогдашнего княжьего гнезда, Вадим Храбрый построил против Рюрика молодую крепость Новгород.

И что же получается? Какая картина?

Ильменьские славяне живут себе в городе Великом Словенске. Рюрик строит себе городище на холме ближе к Ильмень-озеру, поскольку князя в город тогда еще не пускали. Вадим ставит свою крепость на другом берегу – в город и ему хода не было. В Киеве настороженно сидят Аскольд и Дир, воеводы Рюрика. Топоры и мечи уже горячи. А Олег? Где Олег?..

Но, прежде чем все сдвинется с места, следует все же остановиться на попытке Большой Советской Энциклопедии ославянить Аскольда и Дира, поскольку принадлежность действующих героев к славянам будет играть для нас важную роль.

Нестор называет Аскольда и Дира варягами. Будь они славянской крови, монах этого не упустил бы. Но ничто не свидетельствует об их славянстве. Нет в памяти народной ни имени их отцов, их жен и детей. Известно лишь, что Аскольд и Дир с дружиной «ходили на греки». Царьграда воеводы не взяли. И не потому, что не хватило им мужества или корыстолюбия – просто Царьград не всегда сдавался варварам. Иногда он достойно сражался и даже побеждал. Известно также, что Аскольд и Дир воевали в Закавказье, боролись с Дунайскими болгарами, печенегами, уличами, древлянами.

Заглянем в Большую Советскую Энциклопедию. Том 3, стр. 248. «Аскольд и Дир. Киевские князья… в 822 г. были убиты Олегом, обвинившем их в узурпации княжеской власти в Киеве. Сторонники лженаучной норманистской теории на основе созвучия имени Аскольд с некоторыми скандинавскими именами считали А. и Д. варягами-скандинавами. Однако слово „Аскольд“ не может быть сведено только к скандинавскому корню, а имя „Дир“ является чисто славянским».

В этой маленькой статье очень много занятного. А. и Д. киевские князья. Почему же Олег обвиняет их в узурпации княжеской власти? Чтобы их укокошить, Олегу не нужны никакие уловки, он бы и кесаря цареградского укокошил, если бы это нужно было ему. Но он обвиняет их в узурпации. Стало быть, имелся князь. А кто?

Игорь? Так считал мой друг Люстра. Кстати, в те годы и не было этого странного спора с Нестором-летописцем. А что касается «чисто славянского» имени Дир, то не было более ни одного Дира в истории всех славянских государств, а словарь древнего русского языка приводит лишь одно похожее слово «Дирка-Дырка», что, право же, не годится для мужского, тем более княжеского имени. А вот у скандинавов даже фамилия с этим корнем сохранилась – Дирак.

– И Рюрика они убили, – говорил Люстра, – не мог Рюрик погрешить в сборе подати. Ну не мог. У них же тариф был. И князь свою честь знал.

Действительно, тариф был, например, хазары «брали с полян и северян, и с вятичей по серебряной монете и белке от дыма».

Существует легенда, что Рюрика, когда он пошел по реке Мете за данью, якобы окружили недовольные мужики в глухом лесу, дружину его обратили в бегство, а его самого зарубили.

А вот захоронен Рюрик в кургане, в гробу, оплетенном золотой цепью. Уж не мужики ли его золотом оплели?

Думается, что в глухом лесу поджидала Рюрика дружина числом поболе, а умением не слабее.

Если славяне были недовольны тем, что Рюрик слишком теснил их свободу, то чем недовольны были варяги?

Но посмотрим все же, кто такой Вадим. В 864 году Вадим Храбрый возглавил восстание против Рюрика. Вот что сказано об этом в летописи: Рюрик «…уби некоего храбра новгородца именем Вадим и иных многих новгородцев, советников его». Слово «храбр» или «хоробр» имело в старину значение «воин», я полагаю, более того – воевода. Все от того же корня «хор» – коллективный герой, отряд, организованная масса. Кстати, «хорома» – дружинная изба.

Итак, Рюрик убил воеводу Вадима. Если следовать догадке писательницы М. Семеновой, что именно Вадим построил Новгород, то и «новгородцы» из летописи предстанут нам не как просто жители, но как сторонники Вадима. Далее, в летописи сказано, что Рюрик убил и многих «советников его». Значит, имел место заговор против Рюрика: Вадим, Аскольд и Дир и другие воеводы-варяги, сидящие на волоках и городах «пути из варяг в греки». Чем их не устраивал Рюрик? Может быть, они желали каких-нибудь нововведений? Скорее всего, они хотели, чтобы все осталось по-старому, как было. Значит, Рюрик нес с собой перемены. В чем?

Люстра утверждал, что Рюрик, распропагандированный своим дедом Гостомыслом и своей славянской мамой, вознамерился «варяжский» путь преобразовать в «славянский» и основать славянскую династию. Поскольку и жена Рюрика была славянка, то Игорь, Рюриков парнишка, был уже на три четверти славянин, говорил Люстра. А Святослав-князь, сын славянки Ольги, – был уже полным славянином и имя имел славянское. Но не на это же обижались славяне, а на то, что Рюрик теснил их свободу. Какую? Понимая христианизацию Европы необходимостью абсолютной, он и «путь из варяг в греки» видел европейским – христианским.

Слушая такие его заявления, мы со