Михаил Зуев-Ордынец - Всемирный следопыт, 1926 № 11

Твердое мнение читателя — расширить журнал (около 9/10 ответов). Лишь 9 % — считают ненужным учащать выход или увеличивать об'ем (многие указывают, что опасаются при увеличении — ухудшения качества журнала, — опасение, конечно, напрасное; другие боятся сильного вздорожания).

83 % читателей просят участить выход журнала и 50 % — увеличить размер журнала, при чем 45 % читателей хочет и того и другого. 2 % согласны на уменьшение об'ема при учащении.

Около трети ответов прямо указывают желательную форму: двухнедельник в том же об'еме или больше (до 100–200 стр.).

Понимая, что увеличение об'ема или учащение выхода журнала должно повлечь за собой изменение цены, 86 % читателей ответили, что могут платить больше, чем до сих пор. При этом многие отметили, что до сих пор цена была «весьма низкой», «добросовестной», «меньшей, чем у других журналов» и т. п.

Около 4 % — просят оставить цену прежней; это в большинстве те, кто не требует расширения журнала. Лишь 3 чел. считают существующую цену для себя высокой. Но, наряду с этим, вот что пишет один читатель: «Я получаю 22–23 р., и для меня эта цена хороша; но в случае повышения, смогу уплатить 5–6 р. за год» (18 л., чернораб.).

20 % предлагают увеличение до 5 руб. (связанное в большинстве лишь с увеличением об'ема).

35 % — до 6 р., 23 % — до 7–8 р., 3 % — свыше 8 р. (до 9, 10, 12, даже до 15 р, при еженедельном выходе). 5 % не указывают определенной цифры, оставляя ее на усмотрение редакции: «вам виднее», «сколько выйдет», «сколько назначите», «полагаюсь на расчет издательства».

Редакция и издательство тщательно обсудили эти два вопроса. Мы понимаем, как дорог каждый рубль нашему читателю, и знаем, что не все могут уплатить сразу сумму годовой подписки при ее увеличении. Но, поскольку выяснилось что огромное большинство читателей ждет расширения журнала и готово в этом случае уплачивать за журнал больше прежнего, издательство находит возможным осуществить расширение «Следопыта» в 1927 году, не прибегая к коренной ломке журнала (см. об'явления на 2 стр. обл. и на 41 стр. этого номера).

Несмотря на увеличение об'ема журнала на 16 стр. (до 96 стр), издательство оставляет розничную цену прежней (50 к). Годовая плата с 4 р. повышается до 6 р. в рассрочку, но при полуторном увеличении цены журнал увеличивается вдвое (96 стр. + 64 = 160 стр. того же формата в месяц), путем выхода в промежутки между номерами журнала выпусков «Библиотеки Всемирного Следопыта», содержащей большие романы, повести и рассказы.

Таким образом при увеличении об'ема основного журнала, читатели будут иметь материал «Следопыта» для чтения два раза в месяц.

«Библиотека Всемирного Следопыта» разрешает и вопрос о бесплатных приложениях к журналу, в чем мнения читателей весьма расходятся: сделано свыше 100 различных предложений, при чем общего в них только то, что в приложениях читатели хотят найти литературу, близкую программе нашего журнала. 25 % просят фантастику и приключенческую литературу, не указывая что именно. Свыше 60 % просят эту же литературу, но определенных писателей Жюль Верна, Дж. Лондона, Г. Уэлльса, Дж. Конрада, Майн Рида, Л. Буссенара, Л. Жаколию, А. Беляева, А Грина. Ч. Робертса, Ф Купера. Хаггарда, М. Пембертона, Кэрвуда, Конан Дойля и др. Многие просят дать «Библиотеку Романов», «Библиотеку Следопыта» да т. п. Часть подписчиков просит атлас или географические карты. Многие просят дать крышки для переплета журнала.

«Библиотека Всемирного Следопыта», включая избранные романы и рассказы лучших иностранных авторов, eщe не изданные на русском языке (или давно забытые), даст то, чего ждет читатель.

12 карт в красках, напечатанные на последней странице обложки, составят атлас, охватывающий географический облик земли, и этим удовлетворят большую назревшую потребность читателя.

IX. Пожелания читателей.

На вопрос о картине ответили, что хотят ее — 80 %; не хотят — 18 %.

По техническим обстоятельствам редакция лишена возможности в этом году исполнить так ясно выраженное желание читателей: в картине среднего качества — читатель не нуждается, а, действительно хорошую картину, художественно выполненную, мы пока дать не можем. Однако, желание нашего читателя выявлено, и редакция будет подготовлять возможность его осуществления в будущем.

На вопрос о доплатных приложениях в виде полного собрания сочинений какого-либо писателя 93 % — просят дать эти приложения, говорят о их необходимости, приветствуют это предложение, так самое жизненное и назревшее.

Редакция в настоящее время выясняет возможность дать подписчикам «Следопыта» ряд полных собраний сочинений лучших писателей за недорогую плату, в рассрочку.

В заключение, большинство читателей прибавили ряд пожеланий на будущий год, которые частью встречались уже в предыдущих пунктах анкеты, а частью сводятся к бодрому напутствию и пожеланиям дальнейшего процветания и улучшения журнала.

Следопыт среди книг.

ПИРАТ-РОБИНЗОН.

С обрывистого каменистого откоса вдруг шумно посыпался гравий и, подпрыгивая, покатился между деревьями. Я невольно оглянулся и увидел что-то темное и косматое, поспешно спрятавшееся за стволом сосны. Кто это был, — медведь, человек или обезьяна, — я не успел рассмотреть.

Я немедленно повернул назад, к берегу острова, и, озираясь, побежал к шлюпкам. Странное существо опять появилось и, сделав большой крюк, забежало спереди. Я не мог более сомневаться, — эго был человек. Мне припомнилось все, что я слышал о людоедах, и я собирался уже крикнуть, призывая на помощь. Но мысль, что передо мной находится все же человеческое существо, хотя и дикое, несколько приободрила меня. Кроме того, во мне ожил страх перед Сильвером и другими пиратами. Я остановился, обдумывая способы защиты, и вдруг вспомнил о своем пистолете. Как только я увидел, что я не беззащитен, ко мне сразу же вернулось мужество, и я решительно двинулся навстречу дикому обитателю острова.

Притаясь за деревом, он следил за мной. Увидев, что я иду к нему, он вышел из засады и хотел было двинуться мне навстречу. Потом остановился в нерешительности, отступил назад и вдруг, к величайшему моему изумлению, упал на колени и с мольбой протянул ко мне руки.

— Кто вы такой? — крикнул я, остановившись.

— Бен Гунн, — ответил он хриплым, как скрип проржавленного замка, голосом. — Я — несчастный Бен Гунн. Вот уже три года не слышал человеческого голоса.

Вглядевшись, я увидел, что он был такой же белый человек, как и я, с довольно приятными чертами лица. Только кожа его так сильно загорела от солнца, что даже губы у него стали черными, а светлые глаза еще резче выделялись на темном лице. Выглядел он самым ужасным оборванцем. Одежда его состояла из лохмотьев парусины и изношенного матросского платья. Весь этот набор лоскутов скреплялся целой системой застежек, медных пуговиц и узлов просмоленной бечевки.

— Три года! — воскликнул я. — Вы один спаслись от кораблекрушения?

— Нет, товарищ, — отвечал он. — Меня высадили на этот необитаемый остров.

Я слышал об этом ужасном способе наказания у пиратов: виновного высаживали на какой-нибудь необитаемый отдаленный остров и оставляли там одного на произвол судьбы, дав ему оружие и немного пороху.

— Меня высадили на этот остров три года тому назад, — рассказывал Бен Гунн, — и я с тех пор жил, питаясь дичью, ягодами и устрицами. Человек, оказывается, ко всему приспособляется. Но я стосковался по настоящей еде. Нет ли у вас кусочка сыра? Нет! Очень жаль… Я не раз ночью во сне грезил о сыре, нарезанном ломтиками, поджаристом сыре, и потом просыпался разочарованный.

— Если я только попаду обратно на шкуну, то вы получите сыра, сколько хотите, — отвечал я.

— Если вы только попадете обратно на шкуну? — повторил он мои слова. — Кто же может вам помешать?

— Не вы, конечно.

По лицу его пробежала какая-то тень, и он, сжав мою руку, угрожающе поднял палец.

— Скажите мне правду. Это не судно Флинта?

Меня осенила счастливая мысль. Я подумал, что он может стать на нашу сторону, и я тотчас же ответил ему:

— Нет, это не корабль Флинта. Флинт уже умер. Но я скажу вам правду, если уж вы спрашиваете меня: у нас на борту есть несколько бывших пиратов из его команды, что для нас большое несчастие.

— Но не человек на одной ноге? — пробормотал он.

— Сильвер? — спросил я.

— А, Джон Сильвер! Да, так его звали.

— Он у нас коком и руководит всей шайкой.

Он схватил меня за руку и крепко сжал ее.

— Если вы подосланы Долговязым Джоном, то, значит, я погиб! — воскликнул он. — Вы знаете, где вы находитесь?