Владимир Попов - Очерк и публицистика. Журнал "Наш современник" № 2, 2012

Однако никаких сверхдержав, вопреки всем самым благоприятнейшиым условиям, не получилось. Границы провинций, еще вчера ровным счетом ничего не значащие и никого никак в действительности не разделяющие, границы условные и фантомные, выдуманные колонизаторами лишь для удобства управления, внезапно оказались непреодолимыми, несокрушимыми.

Сегодня на этой территории расположены не две великие страны, как можно было ожидать, а более тридцати. Большая часть из них невелики по размерам (кроме Аргентины и Бразилии) и являются суверенными только по документам, находясь в полной зависимости от более развитых стран мира.

Самое интересное, что все эти страны по-прежнему, как двести лет назад, населены более-менее единым этническим составом, говорящим на более-менее едином языке и обладающим более-менее единым менталитетом. Но они имеют самые разные режимы и, соответственно, гражданство. И никакого движения к объединению, слиянию на базе этнического, культурноязыкового, религиозного, хозяйственного, территориального и исторического единства они не проявляют даже в зародыше. Не сливаются, несмотря на очевидную однородность, — и все тут!

Это кажется противоестественным и противоречащим интересам населения этих стран, но факт налицо.

Спрашивается, как и почему, в то время как в Северной Америке разные штаты сложились в единую великую страну, в Южной — огромные и еще вчера единые колонии вдруг разделилась на самостоятельные государства?

Движение за независимость берет свое начало в 1810 году, и состояние границ между провинциями именно на этот год стало статусом кво по умолчанию[26]. Вот так и получило в один момент признание своих суверенитетов множество новых стран, еще вчера бывшее единой колонией Испании или Португалии и населенное более-менее однородной во всех отношениях этнической смесью.

На короткое время Симону Боливару удалось создать Великую Колумбию. А на юге континента сложились Объединенные провинции Рио-де-ла-Платы. Казалось бы, как хорошо! Но они просуществовали совсем недолго и развалились — в первом случае на Венесуэлу, Колумбию, Эквадор, а во втором на Аргентину, Уругвай, Парагвай, Боливию. Особо должен подчеркнуть, что Венесуэла и Эквадор оторвались от Великой Колумбии, а Уругвай и Парагвай — от Объединенных провинций не просто так, за спасибо, а через кровопролитные, подлинно братоубийственные войны.

Почему?!

Потому что ни расово-этническая, ни географическая, ни историческая, ни экономическая и вообще никакая иная общность не способна противодействовать Первому закону элит. О котором, увы, ни Храмов, ни его учителя и единомышленники не имеют, как видно, ни малейшего представления.

Этот закон прост и гениален, ибо безотказно работает всегда и везде, никогда не давая сбоя и не зная исключений. Его сформулировал Гай Юлий Цезарь, и звучит он так: «Лучше быть первым в провинции, чем вторым в Риме». Каждый, кто занимается управленческой работой, знает этот закон, но не умом, а спинным мозгом, поскольку он — в крови администратора любого уровня. Инстинкт, одним словом.

Латиноамериканские провинции еще вчера были всего лишь административными единицами единой империи (Испанской или Португальской). Но, добившись свободы, они не стали объединяться в единое государство именно потому, что сработал Первый закон элит. Вчерашние губернаторы при первой же возможности захотели стать президентами, королями, диктаторами и т. п. Потому что лучше быть полновластным владыкой в маленькой, нищей и зависимой стране, чем зависимым лицом в большой, сильной и великой державе. Их, по законам стайного существования[27], поддержало все ближайшее окружение, как военное, так и полицейское и административное, чтобы сохранить собственный высокий ранг.

Перед нами — зримая модель того, что немедленно будет с Россией, если дать веру и волю Храмову и его старшим и прочим товарищам. Первый закон элит тут же автоматически сработает с привычной неотвратимостью.

Нетрудно понять, что если рухнет или хотя бы существенно ослабнет власть центра, метрополии, власть Москвы, то границы русских областей, как это произошло в Латинской Америке двести лет назад, мгновенно станут непреодолимы и несокрушимы, как бы ни были нелепы и несправедливы (например, в Татарстане, Башкирии, Якутии, Адыгее[28]). Именно так, как это произошло при развале СССР. Счастье, если они останутся хотя бы прозрачны, в чем никакой уверенности нет.

Ничто не удержит единство нации и страны, как мы видим на примере Латинской Америки: ни этническое единство русских, ни общий язык, культура и религия, ни общая история, ни даже экономические выгоды и интересы, уповать на которые приучали нас марксисты. Большинство населения когда-то недаром проголосовало за сохранение СССР, понимая все пользы от этого, но голосование помогло, как мертвому припарки: республиканские элиты (российская в их числе) растоптали волю большинства и разорвали страну, не дрогнув.

Точно так же, не дрогнув, разорвут Россию элиты региональные. Федерация незамедлительно превратится в конфедерацию, а та — в какой-нибудь «Союз независимых русских государств», в точности по модели распада СССР с последующим созданием СНГ. В каковом Союзе, однако, примут участие далеко не все «русские республики», часть из которых начнет территориальные, или ресурсные, или еще какие-то междоусобные войны, а часть из республик преобразуется в микромонархии или микродиктатуры (а кто помешает? кто проконтролирует? центра-то ведь нет или он слаб!) с правом вести международную политику, объявлять войну, печатать свои деньги, с монополией на внешнюю торговлю, со своей пограничной и таможенной службой и т. д.

Напомню, что в 1990-е годы Якутия, например, уже пыталась ввести свою таможню, а другие республики обзавелись своими конституциями и законами, без оглядки на центр, стремясь к полному суверенитету. К примеру, по татарским законам можно было стать гражданином Татарстана, не будучи гражданином России! И т. д. Только Путину удалось отчасти поставить зарвавшихся этнократов на место и привести к единому знаменателю все республиканские законы. Удалось во многом потому, что все республики инфильтрованы русскими, выполняющими де-факто роль главной скрепы страны.

Но если с короткого кремлевского поводка сорвутся русские области, никакие путины их удержать уже не смогут. Вы хотели бы, читатель, чтобы ваши дети гибли, к примеру, при отделении Ханты-Мансийского округа от Тюменской республики? Или за свободу Московской области от Москвы? Нет? Но ведь вас и не спросят!

Если бывший центр или какие-либо союзные структуры попытаются удержать «руспублики» силой в новом, чисто русском СНГ, опять же начнется война за право выйти из Союза. Как воевали Венесуэла и Эквадор (точнее, их властные элиты) за то, чтобы не остаться в Великой Колумбии. Можно уверенно предсказать, что процесс раздела не остановится на распаде России по нынешним границам регионов, а пойдет дальше и приведет к разделу Якутии, Красноярского края и еще нескольких, слишком больших административных территорий. Как это было в той же Латинской Америке, где число государств сегодня почти вдвое превышает число провинций, воевавших за свой суверенитет двести лет назад. Не факт, что этот раздел будет бескровным.

Нетрудно предсказать и роль в таком развитии событий заинтересованных держав: США, Западной Европы (в целом и по отдельности), Китая, Японии… Напомню, кстати, что на крохотных Японских островах расселено 120 млн этнических японцев: ровно в четыре раза больше, чем российского населения на всем пространстве от Урала до острова Беринга (менее 30 млн). О населении Китая в этой связи лучше и не вспоминать. Ни Дальневосточная, ни Сибирская, ни Уральская республики, буде они возникнут, не смогут защитить свое достояние и своих людей, это более чем очевидно. И воевать, если что, за свои интересы мировые державы будут, конечно же, на территории уже разделенной, но еще не поделенной между ними России.

Но, конечно, первоочередная задача для всех сильных мира сего — это разделение, расчленение России: «разделяй и властвуй» есть вековечная формула на все времена. Храмов и ему подобные, посильно работая на эту идею, могут не задумываться и не догадываться, чьи интересы они в действительности обслуживают. Но это никак не меняет их реальной роли мелких агентов глобальных сил.

Надеяться, что «русские республики» сохранят хотя бы тень независимости от внешнего мира, — наивно, глупо и нелепо. Мне страшно даже мысленно заглядывать в ту пропасть, в которой мы обнаружим себя при таком развитии событий. Широпаевцы (и Храмов со своим РГС в том числе) хотят не переделать в единое Русское государство антирусскую Эрэфию, а уничтожить ее, разорвать на много маленьких стран, антирусская сущность которых от этого нисколько не изменится. Кто, кроме хищников и бандитов, захвативших сегодня власть в регионах, скажет им за это спасибо? Только еще большие хищники и бандиты — но уже международного класса.