Геннадий Шубин - Вооружённые силы и военная промышленность Южно-Африканской Республики

М. Лекота от имени правительства ЮАР высказал удовлетворение состоянием сухопутных силы страны и уверенность в их способности выполнить любую задачу на Юге Африки или в другом регионе. В этой связи он выразил удивление сообщениями о том, что в САНДФ в боевой готовности всего 4 танка и 8 бронетранспортёров (см. выше). Свое мнение министр обороны подтвердил сообщением о готовящихся в сентябре 2002 г. масштабных военных учениях на территории провинций Свободное Государство и Северный Кейп, в которых должны были принять участие воздушно-десантный батальон, механизированный пехотный батальон, артиллерийский полк, танковый полк и т. д.

Министр отметил также, что на состояние боеготовности большее воздействие оказывает не плохое техническое состояние боевой техники, а эпидемия ВИЧ-инфекции и СПИДа среди военнослужащих. По последним сведениям медицинской службы САНДФ, не менее 23 % личного состава армии являются ВИЧ-инфицированными (в соответствии с конституцией наличие ВИЧ-инфекции у военнослужащего не может служить основанием для его увольнения или отказа приема на службу)[274].

В сентябре 2007 г. армия ЮАР объявила новую военную доктрину нацеленную на выполнение миротворческих операций и гуманитарную помощь. Так заявил главнокомандующий САНДФ Соли Шоке. Он отметил, что до 2020 г. армия страны будет переживать период трансформации. Уже почти закончено перевооружение, начата структурная перестройка и формирование новых целей и задач. САНДФ в будущем будут состоять из учебных, вспомогательных и боевых сил — всего 10 моторизованных и механизированных бригад… Отныне южноафриканская армия будет действовать по принципам львиного прайда — ставить реалистичные цели, поддерживать мощность, строгий отбор обеспечивает отсутствие балласта, общий дух подразумевает доверие, уважение и гордость, тренировки должны быть напряжёнными, в сумме целое должно быть эффективнее всех составляющих. В ближайшее время ЮАР предстоит сформировать боеготовые сухопутные силы, способные обеспечить оборону национальной территории и сохранение суверенитета, дать отпор любому агрессору и победить в любой войне. Кроме того, перед армией стоит задача поддерживать мир и стабильность в стране и за рубежом. В целом, армия ЮАР исходит из того, что угроза обычной войны фактически сошла на нет. Речь может идти не о конфликте между государствами, а о конфликтах регулярных армий с повстанцами или о локальных конфликтах. В этом отношении армии ЮАР надо быть готовой действовать в Африке и вне её[275]. Подобные заявления командующего САНДФ вызывали лишь улыбку, поскольку он явно выдавал желаемое за действительное.

К началу 1996 г. ВВС ЮАР из-за низкого денежного довольствия покинули 116 высококлассных лётчиков — 33 % всего лётного персонала, что значительно снизило оперативные возможности военной авиации. Выход из сложившейся ситуации в ВВС виделся не в найме иностранных специалистов, а в подготовке новых пилотов. ВВС было необходимо 488 лётчиков, в наличии же было только две трети их штатного состава[276].

Новое правительство старалось обновить офицерский состав. Но из-за низких окладов из ВВС только за 18 месяцев (1995–1996 гг.) ушли в частные компании и на международные линии 169 вертолётчиков, лётчиков истребительной и транспортной авиации, а также большое число бортинженеров. Для справки: полный курс подготовки одного лётчика-истребителя обходился стране в 4,1 млн рандов[277].

В 1996 г. 36 пилотов и 44 выпускников лётных школ (в том числе 10 женщин) поступили на военную службу вместо ушедших. Однако, хотя и изменялся кадровый состав офицеров в армии ЮАР, но проблемы оставались старые — ВВС по-прежнему теряли квалифицированные кадры[278].

Так, авиадиспетчеры военно-воздушной базы «Ватерклуф» предупреждали в августе 1997 г., что спецрейсы с высшими правительственными чиновниками на борту, в том числе с президентом Манделой, подвергались большому риску из-за недоукомплектованности диспетчерского персонала базы.

Увольнялись контролеры движения и диспетчеры посадки. Большинство диспетчеров перешли на более высокооплачиваемую работу в частные компании, в том числе зарубежные — Гонконга и ОАЭ[279]. Это серьезная проблема, так как подготовка аэродромных диспетчеров длится три года, а диспетчеров посадки — шесть лет.

Об острой нехватке лётчиков сообщалось в марте 1999 г.: вместо необходимых 486 пилотов в наличии было всего 238. Стоимость же подготовки пилота, как уже упоминалось выше, составляла в среднем 3 млн рандов (а лётчика-истребителя — свыше 4 млн.), и многие молодые лётчики собирались уйти из ВВС в частный сектор[280].

По сведениям на 21 февраля 1999 г., за десять лет из ВВС ушли 169 пилотов транспортной авиации, а за предыдущие три года уволились 69 наземных механиков и 24 бортинженера[281].

2 сентября 1999 г. газета «Бильд», выходящая на языке африкаанс, разразилась статьей о понижении стандартов требований к пилотам — о том, что ВВС ЮАР вынуждено снизили эти стандарты. Так, предельный возраст для желающих стать военным лётчиком теперь составлял не 25, а 28 лет. Уже не нужно было иметь прекрасные оценки по математике и по общеобразовательным предметам. Ныне оценки D по математике и C по общеобразовательным предметам (то есть «троек») было вполне достаточно. Это отражало неспособность привлечь в армию кандидатов с хорошим образованием, в частности из-за гораздо большей зарплаты в частном секторе, к примеру, в гражданской авиации или в мелких частных авиакомпаниях[282].

Тогда же командующий ВВС ЮАР генерал-лейтенант Деон Ферейра предупредил, что ВВС более не в состоянии защитить территорию страны, в том числе военные объекты, поскольку в соседних странах на вооружении состояло около 180 истребителей, бомбардировщиков и штурмовиков[283].

Сокращения ассигнований на оборону привели к тому, что часть стратегических авиабаз ВВС (в 1994–1995 гг. потребляли 31,9 % военного бюджета) закрыли, а количество воздушных судов в составе ВВС сократилось с 791 в 1989 г. до 390 в 1999 г.[284]

В октябре 2000 г. появились сведения из конфиденциального исследования боеготовности ВВС ЮАР. Как оказалось, из-за нехватки средств 88 самолётов и 46 вертолётов не поднимались в воздух, а налет пилотов не превышал 67 % от необходимого. Кроме того, предполагалось закрытие трёх авиабаз, а число наземных радаров дальнего действия сократить до трех[285].

18 июля 2001 г. объявлены планы развития ВВС САНДФ. Предполагалось сократить число штурмовиков Impala Mk.I и Impala Mk.II с 48 до 24, число истребителей Чита С и Чита Ds — с 39 до 28 и тренировочных Pilatus PC 7 Mk.II Astra — с 58 до 40 единиц[286]. В дальнейшем так и произошло.

Лишь 25 июля 2001 г. первый чёрный пилот закончил обучение и получил право полётов на истребителе Чита. Это был капитан Мусса Мбокота (Musa Mbhokota), учившийся летать с 1997 г. на Pilatus Astra и служивший на штурмовиках Impala Mk.I и Impala Mk. II[287].

Среди чёрных пилотов ВВС ЮАР почти все — выходцы из «Умконто ве Сизве», ПАК или бывших вооружённых сил Транскея, Сискея, Бопутатсваны и Венды. Уровень образования зачастую не позволял им стать лётчиками реактивной авиации, а снижение образовательных стандартов для будущих пилотов не могло не сказаться на боеготовности ВВС. В качестве альтернативы чёрным пилотам было предложено пройти годовой курс лётчика-инструктора с тем, чтобы каждый из них тренировал чернокожих курсантов-пилотов в течение трёх лет. Но большинство лётчиков отказалось от данного предложения, пригрозив увольнением[288].

В 2001 г. ВВС ЮАР покинули 63 лётчика[289] (по другим сведениям — 67 пилотов).

27 июня 2002 г. южноафриканские военные вертолётчики (на вертолётах Oryx) доставили с южноафриканского исследовательского ледокола «Агулас» на зажатый во льдах с 11 июня ледовый транспорт «Магдалена Людендорф» продукты питания для российских полярников (позднее их освободил аргентинский ледокол «Адмирал Илизар»[290]).

По данным на август 2002 г., ВВС ЮАР имели в боевой готовности только 54 самолёта и 44 вертолёта. И только 10 из 28 истребителей Чита и 12 тренировочных штурмовиков Импала, 10 транспортных С-130 (6 модифицировали в Англии и 3 в ЮАР, их поставка ожидалась к началу 2005 г.)[291] могли подняться в воздух. Не хватало денег на обучение пилотов (обучение лётчика для полётов на Хоке или Импале длится четыре года и ещё семь лет необходимо, чтобы получился квалифицированный лётчик-истребитель. И хотя с января 2003 г. предполагалось набрать 50 новых лётчиков (из них — 16 вертолётчиков) в ВВС ЮАР, средств и времени на их обучение было недостаточно[292].