Живой Журнал. Публикации 2009 - Владимир Сергеевич Березин

История из старых запасов: "Слово о магазинах"

Я расскажу, что нужно для того, чтобы стать настоящим русскими писателем — меня об этом иногда спрашивают, и ответ у меня теперь наготове.

Настоящему русскому писателю нужно для утверждения в этом качестве придти в магазин и, заняв очередь, выйти на волю, в октябрьский промозглый воздух. Закурить "Беломор" с дембельской гармошкой.

— Эй, братан, — окликнут тебя. И ты поймёшь, что пока не сделал ошибок.

К тебе подойдёт сперва один, тщательно тебя осмотрев. Он спросит, нужен ли тебе стакан. Вместо ответа ты вынешь семнадцатигранник из кармана и сдуешь с него прилипший мусор. Тогда подойдёт и второй — спросит денег. Надо, не считая, на глаз, отсыпать мелочь.

И вот тебе нальют пойла, оно упадёт в живот сразу, как сбитый самолёт.

— Брат, — скажет тебе первый, — сразу?

А ты ответишь, что занял очередь.

— Не ссы, — ответит второй и свистнет. Из магазина выйдет малолетка, ты дашь ему денег (уже по счёту) и он вынесет тебе полкило колбасы, черняшку, три консервные банки неизвестной рыбы и главное в стекле.

Торопиться будет уже некуда. Вы разольёте по второй и снова закурите.

Ветер будет гнать рваные серые облака, будто сварливые жёны — мужей. И в этот момент надо понять, что ничего больше не будет — ни Россий, ни Латвий, а будет только то, что есть — запах хлеба из магазина, гудрона из бочки и дешёвого курева. И ты будешь счастлив.

В этот момент проковыляет мимо старушка и скажет:

— Ну, подлецы. Буржуи. Ещё б ананас на людях ели, гадюки.

И ты улыбнёшься ей.

Если соискатель сумеет в этот момент улыбнуться старухе, улыбнуться такой расслабленной улыбкой, после которой старушке даже расхочется плюнуть ему в залитые бесстыжие глаза — то, значит, он прошёл экзамен. Всё остальное: национальность, политические взгляды, ордена и тиражи — не важно, важна лишь эта улыбка русской небритой Кабирии, воспетой Венедиктом Ерофеевым.

лучший подарок автору — указание на замеченные ошибки и опечатки

Извините, если кого обидел.

23 ноября 2009

История из старых запасов: "Слово о проверке документов"

Juan, who did not understand

a word of English,

save their sibboleth "god damn"!..

Я несколько раз слышал апокрифические истории про то, как в Москве милиционеры, проверяя документы, спрашивая документы, присовокупляли к этому требованию какой-нибудь дурацкий вопрос. Вопрос типа "А где в Москве находится зоопарк?" или "Как решить квадратное уравнение?" — в Долгопрудном эти вопросы свои, на Шаболовке — и вовсе другие.

Я никоим образом не подвергаю сомнению подлинность этих историй — это не моё дело.

Понятно, что для меня, как и для многих других людей, архетип таких диалогов восходит к довлатовскому милиционеру, что спрашивает богемных тунеядцев, в каком году изданы "Чётки" Ахматовой.

Хотя, конечно, тут есть и два иных образа. Это, разумеется Сфинкс со своими загадками, предтечей фрейдовщины, ну и шибболет народный. Радостная резня на фоне колосса или колоса.

Про этот шибболет я и расскажу — у моего друга, писателя Колоса, есть чудесный рассказ про город Душанбе. Это рассказ про москвича, что приезжает в Душанбе и понимает, что это тот город, в котором он должен жить. Москвич бросает квартиру и работу (это правильный иерархический порядок), переселяется, начинает работать в какой-то пирожковой, женится, но город не признаёт его своим.

Он дружит с множеством людей, блестяще знает язык, но всё равно, он — чужой. И вот, когда начинаются беспорядки, его ночью (действие рассказа происходит на протяжении одного дня, то и дело проваливаясь в прошлое), так вот, его ночью останавливают какие-то люди и говорят:

— Скажи "Овечка, овечка…" — а это такая песенка, аналогичная русской песенке про ёлочку и зайку серенького.

И по странному наитию, этот бывший москвич произносит это точно таким же образом, каким его жена, бывшая родом с окраины, пела над колыбельной сына: "Едет Фархух на кудрявой оветьшке… — бормотал он, потягиваясь, скребя носками сапог чёрную глину. — Звёзды горят на блестящей уздетьшке"…

— Ага, — говорят вопрошающие, — так ты — кулябец!

И режут его. И вот, бывший москвич, с ножом в печени, выгибаясь перед смертью, понимает, что его признали за своего. Он заплатил свою цену, и вот — он свой.

Оттого, истории про милиционеров, что интересуются школьными начатками математики, меня не смешат.

Меня они пугают.

лучший подарок автору — указание на замеченные ошибки и опечатки

Извините, если кого обидел.

24 ноября 2009

История из старых запасов: "Слово о русской истории"

Механическое движение русской истории представляется мне чем-то похожим на строительство бани немытыми людьми. И я один из тех, кто годами стучит по дереву топориком, отмахиваясь от комаров и утирая пот со лба. С надеждой на будущий банный рай, голый и счастливый. Только мы можем отказаться от настоящего в пользу будущего.

Про себя мы думаем: "Эх, достроим, воткнём мох между брёвнами, прошпаклюем, крышу поправим, а там и попаримся всласть. Пока же поспешать надо".

Внезапно выясняется, что баня построена не так: без дымохода, без дверей, а то, пуще, одной стены у неё не хватает.

Собравшиеся чешут в затылках и говорят:

— Надобно новую строить. И поскорее, иначе совсем грязью обрастём.

Они берегут время и, понятно, не моются — как и прежде.

Неожиданно налетает ворог, и постройка предаётся огню…

Русские люди отгоняют басурмана и принимаются строить опять.

Ещё немного осталось.

лучший подарок автору — указание на замеченные ошибки и опечатки

Извините, если кого обидел.

24 ноября 2009

История из старых запасов: "Слово о буднях и праздниках"

Праздников у нас много. Праздники более заметны, сунь нос в календарь — то праведник, то мученик, а этих-то, последних, у нас всегда хватало. Каждый день к чему-то приверчен, с чем-то сплетён.

Круговорот года, который катится как масляный блин — от зимы, через круглое летнее солнце, к круглым налитым бокам яблочной поры и урожайной округлости. За кругом года следует круг жизни — крик роженицы, детский крик, свадебное причитание, вопли на похоронах.

Третий круг, круг забот и работ, возделывание земного шара, выращивание на нём колосистой еды и прочих луковиц, кормление скота, выуживание большой рыбины из текучих вод, рукоделие и круглое колесо домашнего ткачества. В некоей энциклопедии, что я разглядывал прилежно, одно оглавление чего стоит: раздел "Престольный праздник".